До последнего удара сердца - Юлия Алейникова

– Да? – В голосе главреда слышалось сильнейшее смущение, смешанное с растерянностью. – Ну, извини, Потапова, забыл. Говоришь, со свидетелями надо в Москве встретиться? – сбавил обороты и уже пошел на попятный Трупп.

– Да. Хорошо бы прихватить съемочную группу, – словно размышляя вслух, проговорила Женя, заставляя Тенгиза Карповича побледнеть, – но я понимаю, финансы. Постараюсь справиться одна, а свидетелей заманить в Петербург на эфир.

– Да, да. Прекрасная мысль! – возликовал обведенный вокруг пальца горячий, но отходчивый потомок арийско-грузинско-украинских народов. – Гостиницу тебе Ада Львовна закажет, билет купи сама, деньги вернем, – полностью сдавая позиции, распорядился Трупп.

Женя довольно потерла ладошки. О слабостях Тенгиза Карповича и особенностях его характера, конечно, знала в редакции не одна она. Но лишь у нее хватало виртуозной наглости, артистизма, умения и изобретательности так мастерски и продуктивно играть на них.

А в Москву Жене понадобилось вот зачем. Вернувшись домой после поездки в салон красоты, она еще несколько раз пролистала записную книжку Анны Павловны, прежде чем придумала, с чего же ей начать и как среди сотен имен отыскать близких подруг пожилой дамы. На эту мысль ее натолкнула одна из пометок, сделанных под телефонным номером. Пометка о дне рождения. Ну, конечно! Посторонних людей с днем рождения поздравлять не станешь, а вот дни рождения близких друзей обязательно запишешь, потому как склероз часто встречается и в более юном, нежели у Анны Павловны, возрасте.

Именно так Женя смогла разыскать двух подруг лежащей в реанимации женщины.

Получив от Труппа «добро» на поездку, Женя помчалась домой заказывать билеты на поезд и собирать вещи, решая на ходу, как лучше поехать, «Сапсаном» или обычным ночным поездом, и когда лучше выезжать, прямо сегодня или все же не пороть горячку и поехать завтра. Не успела Женя разобраться в расписании и ценах, как ее отвлек от важного дела телефонный звонок. Полностью поглощенная делом, она, не глядя, ответила и страшно удивилась, услышав Лизу.

– Привет! Ну что, готовишься? – весело поприветствовав подругу, спросила она.

– К че-му? – продолжая изучать расписание поездов, задумчиво спросила Женя.

– То есть как? – встревожилась тут же Лиза. – К встрече с Платоном!

– С ка-аким? – по-прежнему не вникая в суть беседы, автоматически спросила Женя.

– Женька, ты где сейчас? Ты трезвая? – не на шутку заволновалась подруга и сумела наконец-то привлечь ее внимание.

– Что? Конечно, трезвая! Что за ерунду ты городишь? – искренне возмутилась журналистка, отлипая наконец-то от компьютера.

– Не я, а ты, – обиженно буркнула Лиза. – Ты что сейчас делала, что совершенно меня не слушала?

– Работала, конечно, – недоуменно пожала плечами Женя. – А что случилось?

– Ничего, я просто спросила, ты к встрече с Платоном готовишься? – все еще обиженно проговорила Лиза.

– С Платоном? – понимая, что совершенно забыла и о Платоне, и о встрече, переспросила растерянно девушка. – А когда она будет?

– Женька, ты что, подвести меня хочешь? Ты что, передумала? Ты же нам обещала! – заволновалась Лиза, и в голосе ее явственно прозвучал намек на слезы.

– Да нет, конечно, я обязательно приду, просто в запарке забыла, когда мы встречаемся, и если честно, то и где, тоже забыла, – извиняясь, проговорила Женя, отчего-то чувствуя себя виноватой. Лиза почти никогда не обращалась к ней с просьбами, а если по правде, то просто никогда. И в такой мелочи, как знакомство с Пашиным начальником, Женя просто не имела права ей отказать. Потому как именно на Лизином плече она последние лет десять выплакивала все свои горести, и та стоически это терпела, сочувствовала и утешала ее в трудные минуты, не изводя моралями и нотациями.

– Сегодня вечером, в новом ресторане на набережной, я же тебе говорила, – все еще встревоженным голосом напомнила Лиза.

– Ну конечно, буду, – уверила ее Женька. – Просто я тут материалы дела изучала и задумалась. Извини. В восемь встречаемся? – глядя испуганно на часы, уточнила она. Часы показывали начало седьмого.

– Ага, – с облегчением выдохнула Лиза. – В каком платье ты идешь?

Быстренько свернув разговор, Женя взглянула на расписание поездов. О поездке сегодня теперь и речи не шло. А может, вообще поехать в воскресенье, размышляла она. Что ей даст поездка в субботу? Ну, переговорит она с подругами Анны Павловны, а потом-то все равно придется сидеть до понедельника, чтобы встретиться со следователем, который вел дело, или, скажем, с судьей. А если она не сможет встретиться с ними в тот же день, придется сидеть там еще и вторник. Нет. Смысла ехать в субботу нет. Надо ехать в воскресенье. И лучше днем, вечером встретиться с подругами, а понедельник полностью посвятить официальным лицам.

Мысль об официальных лицах неизбежно привела Женю к тому, как она будет их разыскивать. Раньше такой простой вопрос в голову ей не приходил. Даже если предположить, что подруги Анны Павловны помнят имя судьи, которая вела дело, разыскать ее, а тем более убедить вспомнить обстоятельства дела, которое рассматривалось лет пять-шесть назад, будет крайне сложно. А что говорить про следователя? Его фамилию и вовсе будет не выяснить. Да и вообще, как Жене удастся разыскать хоть кого-то в огромном чужом городе? Она в Москве-то всего и была три раза за всю жизнь. Два раза со школой ездила на экскурсию и один раз еще на втором курсе университета с друзьями на Новый год. Приехали на сутки, встретили Новый год на Красной площади и домой.

Все эти размышления приводили к единственно правильному выводу. Без Суровцева не обойтись. А заодно можно было бы и Скрябина привлечь. Женя торопливо размышляла, пытаясь отыскать в шкафу подходящее платье. Эх, как не вовремя этот Платон нарисовался, у нее столько дел, а теперь еще и майора придется напрягать, а это задача не из легких.

Была пятница, и застать майора на работе было еще возможно, но у Жени катастрофически не хватало времени.

«А ладно, – махнула она рукой, – завтра с Суровцевым побеседую, теперь у меня есть козырная карта, по сравнению с прежними доэфирными временами. Домашний телефон Петра Леонидовича», – плотоядно усмехнулась Женя и, вытащив вешалку с платьем, захлопнула шкаф и целиком отдалась сборам.

В ресторан она опоздала минут на двадцать. Подъезжая к ресторану, Женя еще издали заметила нервно озирающуюся, подпрыгивающую от нетерпения Лизу. Чуть в стороне от нее стоял Павел в окружении двух мужчин и девушки, все четверо о чем-то весело непринужденно беседовали.

– Ну, где ты пропадаешь? Мы уже извелись все! – набросилась на Женю подруга, едва та вышла из такси. Ехать в ресторан на своей машине она посчитала непрактичным, а вдруг ей после знакомства с Платоном напиться захочется?

– Извини, на работе задержалась, – чмокая Лизу в раскрасневшуюся щеку, повинилась Женька. – Посмотри, пожалуйста, я прилично выгляжу? Одевалась на бегу, красилась в машине.