Его считали подкаблучником - Владимир Колычев

– Что за машина?

– «Десятка», кажется.

– Номера не заметил?

– Я на биты смотрел, а не на номера. Понял, что кранты мне пришли, и буром на них попер. Одному в морду заехал. И второму бы вписал, а тут вдруг третий, сзади. Я его не заметил. Двоих видел, а третьего прозевал. Он мне железякой по башке заехал. Убить мог. Обидно!

– За то, что не убили? – не сдержался – сострил Пирожников.

– Что сам не убил! – недовольно глянув на него, заявил Никита.

– Ты нам это дело предоставь. Убивать мы их не станем, а посадим обязательно.

– Ага, ищи трамвай в поле!

– Так ты нам помоги.

– Говорю же, в масках они были.

– Может, привет тебе передавали? От того же Горохова, например?

– Передавали. Только без слов. По голове.

– Ты с Гороховым где подрался?

– Да здесь, перед больницей. – Никита уныло усмехнулся.

– Он один был или с телохранителями? – на всякий случай спросил Пирожников.

Он понимал, что, будь Горохов с охранниками, те отоварили бы Яркина прямо на месте. «Скорую» вызывать не пришлось бы, поскольку до больницы рукой подать.

Но не исключался нулевой вариант. Может, и не было никакой драки. Горохов просто прошел мимо Яркина. В сопровождении своих телохранителей. Тогда парень должен был бы видеть Тюленева и Филатова.

– Нет, один был.

– Его телохранителей ты не видел?

– Нет.

– Они ребята крупные, плотные. А те, которые нападали на тебя, они какого сложения?

– Один да, здоровенный. Второй пониже и худой. А третьего я не видел.

Пирожников покачал головой, глядя на Яркина. Нападавшие были в масках. Искать их – безнадежное дело. Если, конечно, они не допустили какую-нибудь ошибку. Вдруг подъехали к месту происшествия на машине с родными номерами? А если еще эта «десятка» принадлежит кому-то из преступников!..

Надо бы обойти жильцов дома, поговорить с автовладельцами, которые паркуют свои машины во дворе. Вдруг у кого-то на видеорегистраторе отметилась «десятка», замеченная Никитой?

Спору нет, сотовый телефон – вещь полезная. Но настолько же и опасная, особенно для человека, которому есть что скрывать. Через мобильник можно не только установить лиц, с которыми общался его владелец, но и узнать, по какой схеме он перемещался в пространстве за последнее время.

Горохов делал это не очень интенсивно. В Москву ездил редко, бывал на базе отдыха у лесного озера неподалеку от Белоковска. Но большую часть времени он проводил в окрестностях города, в доме своего зятя. Еще замечен был в ресторане «Гамма вкуса». Обо всем об этом Чебриков и доложил Архарову.

– Три раза он в этом ресторане обедал, – добавил он.

Архаров жестом попросил Диму не двигаться, приподнял руку с мухобойкой, прицелился и хлопнул.

– Есть!

Он с торжествующим видом сдул убитую муху на пол.

– А если бы она в тарелку с супом упала? – в раздумье спросил Чебриков.

– В какую тарелку? – Архаров непонимающе глянул на него.

– В ресторане «Гамма вкуса». Надо бы съездить, глянуть, нет ли там у них мух.

– Зачем? – недоумевал Архаров.

– Мухи – это повод. Меня больше тараканы интересуют.

– В супе?

– Нет, в голове у Горохова. Может, выскочил какой-нибудь тараканчик после того, как его Дробов ударил.

– А он его бил? – оживился Архаров.

– А вдруг?

– Не факт. Но езжай. Бери Клюева и вперед. Ты мне очень поможешь, если найдешь этого таракана.

Чебриков кивнул. Он знал одного такого большого и толстого таракана, который висел у Архарова над головой. Званцев фактически вытащил из Егора Васильевича слово, а теперь стоял у него над душой.

Совместить полезное с приятным очень просто. Достаточно прийти в ресторан по долгу службы и пообедать там за счет Клюева. Во-первых, Вадим сам предложил такой вариант. Во-вторых, он парень не бедный и всегда при деньгах.

Официант с печальными глазами и резиновой улыбкой на лице положил на стол перед клиентами две папки.

– Меню? – спросил Дима.

– Оно самое. – Резиновая улыбка стала еще шире.

– Именно тебя мне и нужно.

Резиновая улыбка переродилась в гримасу.

– Простите, что вы сказали?

– Поговорить с вами нужно. – Чебриков предъявил удостоверение. – Полиция, уголовный розыск. Прошу!

Он показал на свободный стол, но парень мотнул головой и заявил:

– Я постою.

Чебриков достал из кармана фотографию Горохова и показал официанту.

– Узнаешь клиента?

– Ну… – Парень замялся.

– Ты что, раньше в банке работал?

– Почему?

– Мне кажется, что ты про тайну вкладов вспомнил. Темнишь тут передо мной. – Чебриков щелкнул пальцем по фотографии. – Давал тебе Горохов на чай?

– Давал.

Чебриков достал фотографию Дробова.

– А этот не жлобствовал?

– Этого я всего лишь один раз видел.

– Когда?

– Недавно. Точно не помню.

– До двадцать девятого июня или после?

– До. Двадцать седьмого июня. Точно, у мамы день рождения был.

– Что тут произошло?

– Этот пришел, набросился на Горохова…

– Драка была?

– Да. – Официант показал на фотографию Дробова. – Этот ударил Горохова и зуб ему выбил. Я сам видел, как обломок упал.

– Куда? В суп?

– Почему в суп? На пол.

– Ты даже не представляешь, парень, как нам помог! – Чебриков поощрительно глянул на официанта.

Но тот почему-то не обрадовался.

– К Архарову надо ехать, – негромко сказал Клюев.

– Прямо сейчас? Товарищ нам ценную информацию слил. Мы не можем уйти просто так. Чаевые с меня!

Все хорошо в камере, стены недавно покрашены, унитаз вполне себе цивильный, койка с матрасом и бельем. Но дверь, открываясь, скрипит нещадно.

Может, это не просто скрип, а сигнализация такая? Тогда понятно, почему вертухаи петли не смазывают.

Поршень подорвался с койки, едва только в замочную скважину воткнулся ключ. Когда в камеру зашел надзиратель, он уже стоял в полной боевой готовности, с сумкой в руке.

– Ты куда-то собрался? – осведомился знакомый прапорщик.