Что скрывает правда - Кара Хантер

за то, чтобы выяснить, кто это сделал, – ведь не было ни ДНК-анализа, ни судебной экспертизы. И все же в их распоряжении была одна улика.

Паула видела того, кто это совершил. Всего одно мгновение, когда он вскочил на ноги и убежал в ночь. Однако она успела разглядеть его лицо.

Поэтому полиции оставалось только найти его. Они знали, что, как только он предстанет на опознание, ему уже будет не отвертеться. Все просто, правда?

Нет, неправда.

[ДЕСМОНД УАЙТ]

Впервые я увидел Гэвина в ИВС в отделе полиции на Нортхэмптон-роуд.

[ДЖОСЛИН]

Это Дес Уайт. В то время он был адвокатом Гэвина. Вернее, он был адвокатом, назначаемым государством. Просто он оказался первым в списке в ту ночь, когда арестовали Гэвина.

[ДЕСМОНД]

После нападения полиция провела крупную операцию на Локхарт-авеню. В большинстве своем девушки всячески сотрудничали. Как-никак они не хотели, чтобы еще кто-то из них подвергся нападению этого сексуального хищника.

[ДЖОСЛИН]

Так уж вышло, что никто из девушек не видел того, что произошло с Паулой, хотя одна из них видела, как бежал мужчина в темном худи с капюшоном примерно в то время, когда произошло нападение. Но от этого пользы было мало. Полиции нужно было что-то посущественнее. И через пару дней они это получили.

Камера видеонаблюдения засняла белый минивэн, на большой скорости выезжавший из района. Это был минивэн Гэвина, в то время зарегистрированный на его брата Бобби. У полиции не ушло много сил на то, чтобы определить, кто именно сидел за рулем в ту ночь.

Вооружившись госномером автомобиля, они принялись по кусочкам восстанавливать передвижения Гэвина в часы, предшествующие нападению. Они не только смогли установить его нахождение на месте происшествия, но и заполучили видеозапись того, как он ранее в тот вечер заправлял машину на АЗС, расположенной в двух милях от места происшествия.

На нем было темное худи с капюшоном.

[ДЕСМОНД]

Все это, естественно, было косвенно и ничего не доказывало. Но этого оказалось достаточно для ареста и для того, чтобы провести опознание.

[ДЖОСЛИН]

Гэвина привезли в отдел на Нортхэмптон-роуд и допрашивали его несколько часов. Во время допроса он упорно отказывался отвечать на вопросы. Но полиции было на это плевать. Они продолжали считать, что поймали того самого преступника. Им всего-то и нужно было, чтобы Паула опознала его, тогда дело можно было бы закрывать.

На опознании Гэвин стоял под номером три. Он хорошо это помнит, потому что всегда считал, что три – его счастливое число. Возможно, он был прав: когда Паулу спросили, узнает ли она кого-нибудь из этих мужчин, она ответила сразу и без колебаний.

Нет.

[ДЕСМОНД]

На этом все должно было закончиться. Но ситуация не всегда поворачивается так, как должно, особенно когда в дело вступает система уголовного правосудия. Полиция не поверила в то, что Паула не узнала его, – кое-кто из офицеров открыто высказывал предположение, что ее запугали, что Гэвин каким-то образом добрался до нее и вынудил держать язык за зубами.

А на следующий день у полиции появилась еще одна видеозапись с уличных камер, на ней Гэвин находился поблизости от квартиры Паулы утром того дня, когда его арестовали. Они заявили, что он выяснил, где она живет, и проследил за ней до дома, но, к счастью, мы смогли объяснить, зачем он оказался в том районе, – в полумиле от дома Паулы находился Центр занятости. За все это время показания Паулы не менялись – ей никто не угрожал, она никого не узнала исключительно по той причине, что они схватили не того человека. В конечном итоге у полиции не осталось выбора. Им пришлось отпустить Гэвина.

[ДЖОСЛИН]

И на этом действительно все закончилось. Во всяком случае, так считал Гэвин.

Через несколько месяцев они с Сандрой разошлись и Гэвин вернулся в Коули. К тому времени оба его брата перебрались в Оксфорд, так что переезд Гэвина имел смысл даже несмотря на то, что теперь у него не было возможности часто видеться с детьми, которых он любил. Он нашел квартиру, начал встречаться с девушкой, попытался начать жизнь сначала. Будущее выглядело значительно лучше, чем раньше.

А потом двадцать седьмого января девяносто восьмого года произошло нападение на двадцатитрехлетнюю молодую женщину по имени Эрин Поуп, которая шла домой с работы. Ей связали руки кабельными стяжками, на голову надели пластиковый мешок. Час спустя ее нашли всю избитую, без нижнего белья и с вырванным клоком волос.

Придорожный Насильник опять объявился.

[НА ЗАДНЕМ ФОНЕ «СЕКСУАЛЬНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ 1984» – ЮРИТМИКС]

Я Джослин Найсмит, и это «Восстановление справедливости». Слушайте этот и другие подкасты «Всей правды» на «Спотифай» или на любых других сервисах.

[ПЛАВНОЕ ЗАТИХАНИЕ]

* * *

Когда они подъезжают, на крыльце стоит полицейский констебль в форме. Один из новобранцев на Коули-роуд; Куинн смутно помнит, как раз или два видел его.

– Исполняющий обязанности детектива-сержанта Куинн. Что у нас тут?

Констебль вытягивается и становится чуть выше.

– Я прибыл на адрес в одиннадцать ноль шесть, сэр, по заявлению мисс Элизабет Монро. Она беспокоилась о состоянии проживающей, так как не смогла связаться с ней с раннего утра после того, как та не пришла на работу. Я обнаружил, что дверь открыта, признаки взлома отсутствуют, в помещении пусто. Сэр.

Куинн сухо улыбается:

– Как твоя фамилия?

Он краснеет:

– Уэбстер, сэр.

– Послушай, Уэбстер, не надо со мной говорить в манере электронных весов. Обычная речь вполне подойдет, даже в присутствии офицеров из убойного отдела.

– Да, сэр.

Куинн прямиком направляется в квартиру, а Эв улыбается Уэбстеру, проходя мимо.

– И нет надобности обращаться к нему «сэр». – Она понижает голос до шепота и подмигивает: – Мало ли что он там подумает…

Это маленькая квартирка на первом этаже перестроенного дома тридцатых годов, имеющего общую стену с соседним. Кухня, гостиная, спальня, душевая без окна. Все помещения тщательно убраны, как будто хозяйка ожидала гостей: друзей, родителей, потенциальных покупателей. Если здесь произошло ограбление, то кто-то приложил огромные усилия, чтобы убрать следы. Эв достает перчатки из кармана и берет сумку, лежащую на журнальном столике.

– Кошелек, бумажник и ключи, – говорит она через минуту. – А вот телефона нет.

Куинн медленно обходит комнату. Поднимает вещи, кладет их обратно.

– Совсем не «девчачья», правда?

Эв косится на него:

– Я сделаю вид, что не слышала этого.

Однако она знает, что он имеет в виду. Здесь есть книги и странный журнал,