Цыпленок Лисы Патрикеевны - Дарья Донцова

Наташа вздрогнула.

– Что?

– В подсобке чайник есть? Заварка, может, печеньки?

Наталья кивнула.

– Вот и оформи нам покрепче. Сахар не забудь.

– Наташа, что вы видели? – задала я свой вопрос.

Продавщица начала объяснять:

– Сидела за прилавком, книгу читала – новую Смолякову купила. И вдруг! Бабах! Бух! В магазин вкатился… э… э… Шар! Огромный! Витрина в куски! Стекло повсюду! Жуть! Ваще!

– Мотоцикл заметили?

– А он сюда не въезжал, – заморгала Наталья, – только вы влетели!

– Понятно, – кивнул Коробков.

Когда мы вышли на улицу, Димон обнял меня.

– Жива?

– В целости и сохранности, – заверила я друга. – Вызову экспертов, пусть все изучат, вдруг определят по следу марку транспортного средства. И надо посмотреть камеру, что там на записи.

– Сама что-то заметила?

Я взяла Коробкова под руку.

– Всегда поражаюсь людям, которые попали под трамвай, а потом в деталях описывают внешность вагоновожатой, помнят, какие у нее серьги в ушах. Я услышала звук мотора, увидела нечто темное, летящее прямо на меня, и спиной разбила витрину. Есть два варианта, почему я стала мишенью лихача на колесах. Первый: он просто безголовый ездок, который слегка выпил. И второй: меня поджидали. Адрес офиса не такой уж секрет. Если вспомнить, как погибла Августа, – вероятно, организатор происшествия решил повторить уже удавшийся один раз вариант.

– Если второе предположение верно, значит, мы узнали информацию, которая выбила из колеи организатора истории с оглашением ДНК, – сделал вывод Димон. – Следовательно, он в курсе хода расследования. Новая загадка: каким образом информация дошла до преступника?

– Мы же кое-что рассказываем Мироновым, они могли с кем-то поделиться по-дружески. Давай выпьем чаю с пирожными вон в том кафе.

– Чай – это хорошо, но пирожные не мой формат. Закажу пирожки с мясом.

– Нашел кого-то, недавно уволенного из клиники Беловой?

– Сядем за столик – расскажу, что нарыл.

– Недавно Анастасия Борисовна уволила Зинаиду Яковлевну Першину, – начал Димон, наливая себе в чашку чай. – Женщина проработала у нее много лет санитаркой. В ее задачи входило поддержание чистоты в хирургической зоне и непосредственно в родильном отделении. Палаты, коридоры, санузлы приводят в порядок другие сотрудницы, они часто меняются, и об этих женщинах информации на сайте нет. А вот Першина удостоилась чести быть упомянутой среди персонала. Почему? Она служила в медцентре со дня его основания. Похоже, ее все устраивало – зарплата, график работы, – трений с начальством, наверное, не было. И вдруг на сайте клиники из раздела «Наши сотрудники» испаряется фамилия Першиной. Объяснений, конечно же, никаких. Раздобыл телефон Зинаиды, но мобильный выключен. Есть адрес, в квартире еще прописаны Елена Ивановна с такой же фамилией и Марфа, пятнадцати лет. Это дочь и внучка Зинаиды Яковлевны. Но не успел ни с кем поговорить – к тебе помчался.

– Давай я позвоню Елене, – предложила я. – Прикинусь пациенткой, поинтересуюсь, где ее мама. Якобы хочу передать небольшое вознаграждение – она мне очень помогла, когда я в клинике Беловой находилась. Зинаида Яковлевна дала мне свой телефон, но он выключен.

– Попробуй, – согласился Коробков.

Я взяла трубку и вскоре услышала сердитый хриплый голос:

– Вам кого?

– Здравствуйте, Елена Ивановна, – ласково завела я, – меня зовут Татьяна. Мы никогда не встречались, но знаю вас со слов Зинаиды Яковлевны.

– Хм, – донеслось в ответ.

Меня такая реакция вдохновила, я добавила меда в голос и пересказала весь текст, который только что озвучила Димону. Елена не прерывала мою пламенную речь, только сопела в трубку. Когда фонтан моих слов иссяк, дочь недавно уволенной сотрудницы некоторое время не произносила ни звука, но потом прохрипела:

– Подарочек-то какой для нее припасла? Хороший? Дорогой?

Я обрадовалась. Ага, рыбка заглотила крючок!

– Конвертик!

– С чем? – продолжила допрос Елена.

– С деньгами, – откровенно объявила я. – Подскажите, где Зинаида Яковлевна?

В ответ раздался смех.

– Отправляйся к…!

Потом трубка замолчала.

– Адрес она назвала известный, – отметил Коробков. – Ладно, давай поедим спокойно. На сытый желудок в мой мозг всегда приходят гениальные идеи. Как твое пирожное?

– Восхитительно. Пирожки, наверное, тоже вкусные?

– Нектар и амброзия, – кивнул Коробков.

И тут ко мне прилетело сообщение: «Новое платье, туфли, сумка, макияж, прическа, маникюр. Марта». Я рассмеялась.

– Что интересного получила? – с набитым ртом осведомился Димон.

– Кто-то ошибся номером, – объяснила я, прочитала вслух сообщение и увидела новый текст: «Согласны?»

Пришлось перестать наслаждаться эклером и ответить: «Вы отправили СМС не по адресу. Ошибка».

На этом переписке следовало остановиться, но нет, она продолжилась.

– «Вы только что говорили с моей мамашкой».

– «С Еленой Ивановной?»

– «Ага».

– «Вы кто?»

– «Марта, внучка Зинки».

– «Внучку Зинаиды Яковлевны зовут иначе».

– «Марфа! Согласны?»

– «На что?»

– «Платье и все остальное купить».

– «Вам?»

– «Да».

– «И зачем мне делать незнакомке подарки?»

– «Расскажу все про бабку. Она врет».

– «Сейчас».

Я показала переписку Димону, и тот продолжил диалог:

– «Уточните бюджет. Все, что вы хотите, продается по разным ценам».

– «Семидесяти тысяч хватит».

– «Пятьдесят», – решил поторговаться Коробков.

– «Ок. Высылайте на телефон».

– «Вечером – стулья, утром – деньги».

– «Какие стулья?»

– Она не читала роман Ильфа и Петрова, – поморщился Коробков и отправил иное СМС: «Сначала информация, потом оплата».

– «Все разболтаю и ни… не получу!»

– «Не обманываю».

– «Я тоже».

– «Почему я должна Вам верить? Встречаемся в кафе «Умный ворон», получите десятку авансом. В середине беседы, если она информативна, добавлю четвертак, остальное – когда все узнаю. Идет?»

– «Ок».

– «Сейчас пришлю адрес харчевни».