Портрет мафии крупным планом - Алексей Макеев

Выйдя на улицу, он немного постоял, затем достал телефон и набрал на нем эсэмэс-сообщение: «Лечение идет трудно, диагноз никак не поставят. Чувствую себя одиноко, пускай приедет брат» – и послал его генералу Орлову. Это был шифр, с некоторых пор вошедший в обычай у них в Главке. Сообщение означало, что следствие идет с трудом, сталкивается с большим противодействием. И что он нуждается в помощи своего старого друга и напарника полковника Крячко.

Отправив сообщение, Гуров не стал звонить генералу Тарасову, а вместо этого отправился к нему сам. Войдя в управление, он попросил секретаря доложить о себе, и его тут же пригласили к генералу.

Войдя в кабинет, Лев внимательно взглянул на его хозяина. Теперь, кое-что узнав о начальнике управления, он смотрел на него другими глазами. И отмечал больше, чем в первый раз. При первой встрече он заметил в лице генерала лишь легкое беспокойство. Теперь же явно проглядывала какая-то задняя мысль, которую хозяин кабинета тщательно прятал от гостя. Глядя на генерала, Гуров был почти уверен, что этот человек мог участвовать в вымогательстве денег, получать подношения. А мог, если ему угрожала опасность разоблачения, и организовать убийство слишком проницательного художника и слишком много знающего бизнесмена…

Однако пока что все это были не более чем подозрения. А генерал оставался начальником управления, и без его помощи Гуров вряд ли мог вести в Княжевске эффективное расследование.

– Вот, Николай Семенович, пришел к вам за помощью, – произнес Лев, садясь в предложенное генералом кресло. – Без вас никак не могу обойтись. Так что простите, что отнимаю у вас время.

– Ничего вы не отнимаете, Лев Иванович, – ответил Тарасов. – Буду рад оказать вам любое содействие. Что требуется – транспорт? Или выделить вам помощника? У меня в управлении имеются очень толковые ребята…

– Транспорт пока не нужен, город у вас небольшой, так что я обхожусь общественными средствами передвижения. Хотя совсем отказываться от вашего предложения не стану. Может быть, машина еще понадобится, тогда и обращусь. Помощник тоже пока не нужен. А что мне требуется, так это помощь в организации встреч с нужными людьми. Две или три такие встречи хотелось бы провести.

– Буду рад помочь, – сказал генерал. – И с кем бы вам хотелось встретиться?

– Во-первых, с начальником вашего СИЗО, – ответил сыщик. – Полковник Сачко Геннадий Виленович – я правильно запомнил?

– Правильно, все правильно, – кивнул генерал. – И устроить такую встречу мне совсем нетрудно – мы с Геннадием Сачко в прекрасных отношениях, по работе сотрудничаем, да и после работы общаемся. Только я не понимаю, какие же вопросы у вас возникли к начальнику СИЗО? Ведь он заведует убийцами, так сказать, уже известными. Его подопечные уже осуждены и отбывают срока. А вы занимаетесь еще не пойманными злодеями…

Генерал Тарасов произнес эту фразу, улыбаясь и излучая внимание. Но в глубине его глаз таилась тревога, а пожалуй, что и злоба.

– Знаете, Николай Семенович, бывают случаи, когда убийцы сидят в тюрьме, а их подельники остаются на свободе, – заявил Гуров. – И вот они из СИЗО дают команды тем, кто остался на воле. Я в своей работе сталкивался с несколькими такими случаями. Вот и сейчас, кажется, у нас нечто похожее.

– Вот как? – изумился генерал. – Надо же! Вон как дело, оказывается, обстоит! А мне следователь Злобин давеча рассказывал, что убийство Артюхова полностью раскрыто, убийца задержан. И что это какой-то приезжий, без роду и племени. И никаких подельников у него нет и не было. Что же, выходит, заблуждается Артем Юрьевич?

– Вот этого я вам, Николай Семенович, не скажу, – широко улыбнулся Лев в ответ на генеральскую реплику. – Может, прав молодой следователь, а может, и заблуждается. Ведь вы человек опытный, давно работаете и знаете, что в нашем деле бывает по-всякому. Бывает, что следователь быстро докладывает наверх о том, что дело раскрыто и убийца пойман. А спустя время выясняется, что человек, которого обвиняли в убийстве, не имеет к этому делу никакого отношения. Получается, знаете, конфуз. Всякое бывает, дорогой Николай Семенович, всякое… Так что, устроите мне встречу с вашим хорошим знакомым полковником Сачко?

– О чем речь, Лев Иванович, о чем речь! – воскликнул Тарасов. – Раз нужно, я вам мигом все устрою. Вот прямо сейчас и устрою.

Он взял со стола телефон и, набрав нужный номер, сказал в трубку:

– Приветствую тебя, дорогой! Это Тарасов. Взаимно, взаимно. Тут у меня сидит Лев Иванович Гуров. Слышал о таком? Ну, еще бы не слышал. И он хочет с тобой увидеться. Когда? – Генерал повернулся к Гурову: – Вы когда хотите с Сачко увидеться?

– Да прямо сейчас бы и увиделся, – ответил Лев. – Чего откладывать?

– Лев Иванович говорит, что готов встретиться сейчас. Можно? Отлично, через полчаса он у тебя будет.

Тарасов отключился и посмотрел на Гурова:

– Геннадий сказал, что вас ждет. Сейчас спускайтесь вниз, там вас встретит мой водитель и отвезет прямо в СИЗО. Вот так мы исполняем просьбы знаменитых сыщиков!

Однако Лев не спешил подниматься.

– Большое спасибо за организацию этой встречи, – сказал он. – Но нельзя ли устроить еще две?

– Ах, да, вы говорили о нескольких встречах, – вспомнил генерал. – И с кем еще вам бы хотелось увидеться?

– С двумя людьми – судьей Светланой Павловной Веселовой и вашим мэром Аркадием Владимировичем Царевым, – ответил Гуров.

Тарасов на секунду задумался, затем кивнул и заявил:

– На это потребуется чуть больше времени, но все можно устроить. В течение часа я могу гарантировать, что дозвонюсь до обоих и все организую. Пока будете беседовать с Сачко, все сделаем. Я тогда вам перезвоню.

– Весьма вам признателен, Николай Семенович, – поднявшись, сказал Лев. – Буду ждать вашего звонка.

…Подъехав к воротам княжевского СИЗО, Гуров убедился, что его ждут. У ворот стоял офицер с капитанскими погонами. Издалека завидев машину начальника управления, он дал знак, и ворота медленно распахнулись. Не задержавшись ни секунды, машина въехала во двор изолятора. Тут же открылась дверь, и во двор вышел высокий крепкий человек в мундире полковника. Это, несомненно, был начальник СИЗО Геннадий Сачко. Когда Гуров вышел из машины, он отдал ему честь, затем протянул руку со словами:

– Рад приветствовать высокого гостя!

Рукопожатие у Геннадия Сачко было крепким, улыбка – открытой. И вообще он производил впечатление дружелюбного, общительного человека.

– Ну что, Лев Иванович, хочу пригласить вас к столу. Прибыли вы как раз к обеду, так что будет правильно вас угостить. Не откажетесь со мной отобедать? Там, за столом, и поговорим.

Вообще-то Гуров не собирался садиться за один стол с полковником Сачко, про которого ему так много рассказывали Настя и ее друзья-художники. Однако, глянув на часы, он убедился, что время действительно обеденное – шел третий час. Вчера он как-то остался без обеда, и если сейчас откажется от приглашения Сачко, то и сегодня останется голодным.