Жесткий ответ - Владимир Колычев

— А что, если Рысьеву не просто изнасиловали и убили.

Что, если это дело рук наших архаровцев?

— Ты про Алену с Денисом?

— Про них.

— Исключено, — покачал головой Рома. — Как они могли оказаться в той «копейке»? Твое предположение из области фантастики…

— Фантастика или нет, не знаю. Но смерть Рысьевой на руку этой «сладкой парочке». Теперь все права на фирму принадлежат Артему как единственному наследнику. Теперь-то он запросто может найти двести пятьдесят тысяч.

А то и больше…

— Может, он сам свою мать угробил?

— Кто, Артем?! Ты думай, что говоришь! Этот тютя муху убить не сможет… Нет, этот вариант отпадает, однозначно…

— Так или иначе, но за Артемом надо будет установить тайное наблюдение. И через него брать Дениса с Аленой. На признание их расколем. Чем черт не шутит, вдруг они на самом деле причастны к убийству Рысьевой?

В отделении их ждал мрачный как туча Степан Степаныч и заключение судмедэкспертизы.

— Рысьеву сначала жестоко избили, — объяснил он. — А насиловали, когда она находилась в беспамятном состоянии…

— Сколько их было?

— Увы, это не установлено. Дело в том, что насильники пользовались презервативами…

— Презервативами профессиональные шлюхи пользуются. А эти что, профессиональные насильники?

— У вас был шанс установить это.

— Кто ж виноват, что ниточка так быстро оборвалась.

Хотя, я думаю, еще рано об этом говорить…

— И не говори, Комов, не говори. Убийц будем искать.

А кто ищет, тот найдет… Жаль только, что кое-кто ищет не с той стороны…

Степан посмотрел на Федота с нескрываемым сожалением.

— Это ты про кого?

— Делом об убийстве Рысьевой городская прокуратура занялась. Следователь был у меня. Скользкий жук. Жук-вонючка, я бы даже сказал… Знаешь, какую он линию повел?

— Ну?

— Последний раз Рысьеву видели живой, когда она к вам с Ромой в машину садилась. Между прочим, свидетели нашлись…

Федота как обухом по голове.

— Ты хочешь сказать, что эта прокурорская крыса на нас все валит? — ошеломленно посмотрел он на Степана.

— Не валит, а строит версии…

— Он что, совсем сдурел? — возмутился Рома.

— Владельца «копейки» вы не установили, — утверждал, а не спрашивал Степан.

— Нет.

— Я-то понимаю, что это всего лишь стечение обстоятельств. А вот жук-вонючка развоняется. Скажет, что не было никакой «копейки». Скажет, что вы сами ее придумали.

Чует моя левая ягодица, что так и будет… Что будем делать?

— Не знаю, — угрюмо пожал плечами Рома. — Но в бега уходить не будем, это точно. Потому что вины на нас нет…

— Я лично в этом не сомневаюсь. Потому что знаю вас как облупленных. А вот прокурорский следователь этого не знает. Как бы чего не вышло…

1

«Жук-вонючка» испортил воздух основательно. Степану Степанычу стоило немалых усилий, чтобы Рому с Федотом не привлекли по этому делу в качестве обвиняемых. Но от ведения дела их отстранили.

— Да пошел он! — возмущался по этому поводу Федот. — Кто он такой, чтобы нам что-то запрещать? Затронута наша честь, и мы обязаны самолично найти убийц.

— Прежде всего затронута честь всего нашего отдела, — сказал Круча. — Мы все знаем, что вы ни в чем не виновны.

Но плыть против течения лишний раз не будем. Убийц найдем без вас. А вы пока займетесь делом. Тоже очень важным. Особенно для вас обоих. Ведь это была ваша идея.

— О чем ты?

— Не о чем, а о ком. А конкретно об Артеме Рысьеве. Ты, Комов, собирался установить за ним тайное наблюдение.

Вот и займешься этим. На пару с Лозовым. Или есть возражения?

Возражений не последовало.

— У матросов нет вопросов, — сделал вывод Круча. — Поэтому давайте в машину и дуйте ко мне домой.

— К тебе домой?

— А что тут такого? Из моего дома неплохой вид на дом Рысьевых. Артем сейчас там. Сходите к нему домой, принесите соболезнования, заверьте, что убийцы обязательно будут найдены. И постарайтесь установить «жучок». Дома у меня есть подзорная труба. Будете держать Артема под аудио- и визуальным наблюдением. Жанна приготовит вам коктейль — не алкогольный, разумеется. Молочный. Чтобы вам жизнь пивом не казалась… Видите, как я вам верю — жену свою доверяю. Знаю, что не обидите…

Сказано — сделано. Артему Рысьеву принесли соболезнования, по ходу дела установили «жучок». В доме Кручи их ждала Жанна. Подзорную трубу приготовила, треногу. Они устроились в комнате, откуда неплохо просматривался двор Рысьевых. Настроили радиоприемное устройство, на который шел сигнал от «жучка».

— Только и делай, что ничего не делай, — недовольно пробурчал Рома, закрывая уши наушниками.

Работа и в самом деле не бей лежачего. Но кому-то надо ею заниматься.

Степан вернулся домой вечером. Посидел с ними в комнате, попил пивка — чтобы расслабились. Поговорили о делах. Дождались, когда ляжет спать Артем.

— Можете домой идти, — разрешил Степан. — Но завтра рано утром снова сюда. Завтра похороны, не исключено, что Алена появится на кладбище…

Хоронить Валентину Сергеевну будут завтра. А у Ромы уже сегодня было похоронное настроение. Надоело ему все.

На-до-ело! С утра до ночи как проклятый на страже закона трудится. А его носом как щенка в ту же грязь тыкают, которую он разгребает. Это ж надо до такого додуматься — он с Федотом изнасиловал и убил женщину. Как у прокурорского следака язык повернулся такое сказать? А ведь повернулся.

Это хорошо, что Степан Степаныч глыба, ни сдвинуть которую, ни обгадить «жук-вонючка» не смог…

К подъезду он подходил в темноте. И не сразу уловил шевеление за спиной. Когда понял, в чем дело, было уже поздно. На голову обрушился удар страшной силы. Падая, теряя сознание, Рома услышал:

— Привет от Бурыкина!

Вот, значит, кто его оприходовал. Выжить бы… На этом ход мысли оборвался.

В себя Рома пришел дома. Он лежал на диване, уже в исподнем, под одеялом. Голова трещит от боли. Но даже не перебинтована. Рядом встревоженная Рита. Эдик Савельев и Саня Кулик тут же.

— Ну вот, очухался, — ободряюще улыбнулся первый.

— Все нормально, парень! — подмигнул ему второй. — Жить будешь!

— Штакетиной тебя по башке саданули, — сказал Эдик. — Голова кружится?

— Нет, просто болит.