Наша личная война - Лев Пучков

Всю ночь я не спала, разные тревожные мысли одолевали. Утром посмотрела на себя в зеркало – натуральная Страшила! Глаза ввалились, нос заострился, подурнела, постарела лет на десять. Немудрено, я с неделю нормально не отдыхала, сидела на стимуляторах с того момента, как акция возмездия на КПП перешла в активную фазу.

Аюб что-то задерживался. Я не смела звонить, чтобы уточнить, как дела, потому что была уверена – номер мой мало того что засвечен, а, вполне может быть, уже прослушивается чекистами.

Наконец, ясно солнышко Аюб явился, часов в десять. Был он мрачен, как зимняя ночь в горах, бросил мне на колени коробку с новым номером, плюхнулся в кресло и сообщил:

– Ахмед стал шахидом…

Я заварила кофе, угостила своего лихого напарника коньяком, и он вкратце поведал мне печальную историю.

Оказывается, Аюб (вот бесшабашный человек!) сначала съездил к базе ОМОНа. Оставил машину подальше, подкрался пешком и осмотрел там все. Он теоретически рассчитал путь Ахмеда, которым тот должен был ретироваться, если бы его кто-нибудь спугнул. И нашел на окраине пустыря, в канаве, много крови. В разрушенный дом, где Ахмед оборудовал наблюдательный пункт, Аюб заходить не стал, потому что там могла быть засада. С пустыря Аюб отправился прямиком в морг, но сразу туда не пошел, сначала попросил какого-то мальчишку, чтобы зашел и проверил, как там дела. В морге лишних не было. Аюб зашел, переговорил со сторожем, тот показал тела, что поступали за сутки. В одном из тел Аюб опознал нашего павшего разведчика. Сторож сказал, что его привезли федералы. Нашли, мол, где-то на пустыре.

Вот такая печальная история. Спасибо, хоть в морг привезли, не бросили на съедение собакам. Это, вообще, редкость, обычно федералы не заботятся о наших трупах, оставляют там, где убили, в лучшем случае сообщат в администрацию, чтобы опознали и оповестили родственников.

– Что будем делать? – уточнил Аюб, допив кофе.

Надо было рассказать обо всем Деду. Дед запретил звонить ему – разве что в самом крайнем случае, когда другого выхода просто нет. Надо было ехать.

– Поедем к Деду. – Я поменяла в своем телефоне SIM-карту и стала торопливо собираться.

– Думаешь, стоит? – единственный, кого Аюб уважает и боится, – это Дед. Перспектива стать гонцом, приносящим плохие новости, ему совершенно не улыбалась.

– Думаю, стоит. Экстренная ситуация, надо предупредить.

– Ну, тогда сама все будешь докладывать.

– А когда было иначе? Будь спокоен, я все улажу…

Мы поехали в село, где временно обосновался Дед. Название я приводить не буду, это не моя тайна. Скажу только, что это неподалеку от города, в пятнадцати километрах. То есть под самым носом у федералов, которые и не догадываются, какая большая птица у них тут обитает.

– Ты что-то неважно выглядишь, – сказал мне по дороге Аюб. – Где наша красавица Соня? Кто сидит рядом со мной, я что-то не пойму…

– Работа, да… И это мое дело, как хочу, так и выгляжу. Работе от этого хуже не будет, – проворчала я, покосившись на своего спутника. Сам Аюб, несмотря на сон урывками и колоссальную нагрузку, был свеж и румян, словно только что приехал с курорта. Разве что легкие тени под глазами да взгляд какой-то усталый.

– Надо беречь себя, – наставительно заметил Аюб. – Чтобы дольше воевать, надо чаще отдыхать. Спать побольше, стимуляторы лопать пореже. Положительные эмоции получать. Ты когда в последний раз была с мужчиной?

– Вот это уж точно не твое дело! – отрезала я.

– Пока – да, – кивнул Аюб. – Но если ты от напряжения свихнешься и в припадке застрелишь меня, тогда это будет мое дело. Не согласна?

– Уверяю тебя, моего запаса прочности хватит на нас обоих, – сказала я после недолгой паузы. – Я стальная женщина, ты не знал?

Видимо, мой ответ прозвучал не совсем уверенно, потому что Аюб продолжал гнуть свое:

– Я почему спросил? Женщине для хорошего здоровья и положительных эмоций обязательно нужен мужчина. Хотя бы раз в неделю. А ты тут торчишь уже четвертый месяц, вкалываешь как вол, спишь через раз, совсем не отдыхаешь. Я тебя вижу почти каждый день и знаю, что у тебя нет мужчины. Разве так можно? Так и свихнуться недолго!

– Слушай, отстань, да! – У меня не было сил с ним спорить, что-то действительно здорово устала я за эту неделю. – Чего прицепился, у тебя других дел нет?

– Помочь хочу как боевому товарищу, – Аюб пожал плечами и усмехнулся. – Тебе никуда и ходить не надо, никого искать не надо. Я рядом, здоровый, сильный, почему не пользуешься? Хотя бы раз в неделю…

– Ну ты достал… – Я многократно тренированным движением выдернула из-под юбки мой маленький «ПСС»[18]и приставила ствол к виску своего нахального спутника. – Еще слово об этом – и ты труп!

– Все, уже молчу, – Аюб даже глазом не моргнул – этот человек презирает смерть, считает себя заговоренным. – Если тебе станет легче, убей меня. Я же от чистого сердца, помочь хотел. Не хочешь – твое дело…

Я спрятала пистолет и уставилась на дорогу. Глупая какая-то выходка. В самом деле – нервы ни к черту…

Дед выслушал мой доклад и несколько минут думал, размеренно перебирая четки. Аюб нахохлился в своем углу, уставился в пол – видимо, опасался, что Дед без всяких разбирательств назначит его виноватым (меня-то он точно не назначит). За ним еще грешок – Заур, и хотя я и не сказала об этом шефу, но он ведь у нас обладает чудовищной прозорливостью… В общем, может сейчас это приплюсовать и спросит на всю катушку.

– Ну вы начудили, дети мои, – наконец вымолвил Дед. – Сначала с шахидом промахнулись, теперь это… По сути, элементарные вопросы, не так ли? Номера поменяли?

– Да, я объехал всех, всем раздал, – торопливо сообщил Аюб.

Проворный малый! А мне даже не сказал об этом. Видимо, счел это само собой разумеющимся. Молодец, что сказать.

– Ладно, – кивнул Дед и обернулся ко мне. – Ты чего такая?

– Какая?

– Как будто тебя на расстрел сейчас поведут! Держись веселее, жизнь продолжается!

Тут Аюб вдруг посунулся к Деду и начал что-то шептать ему на ухо. Я далеко сидела, через стол, ничего не слышала. Вот негодяй! И что он там ему нашептывает? Я ничего такого предосудительного не делала вроде бы. Это мне бы нашептывать про то, как он на самом последнем этапе Заура сломал…

– Да, заметно, – Дед усмехнулся и покачал головой. – Ничего, это легко исправить. Значит, так. Слушайте меня, безалаберные дети мои…

Дед в две минуты развеял все мои страхи и сомнения. И, в принципе, ничего такого особенного не сказал: я и сама бы могла до этого додуматься, если бы не напряжение последней недели.

– Ты уверена в Зауре?

– Да, уверена, – кивнула я. – Он умрет, но не предаст.