Наша личная война - Лев Пучков

– Легко, – Вася с готовностью вытащил из-под маскхалата планшетку и обратился к снайперам: – А ну, Освальды, доставайте ваши палатки.

– Как ты их назвал? – живо заинтересовался лейтенант Серега.

– Ну ты… это ж история, блин! – Вася был немало удивлен такой неосведомленностью общепризнанного вундеркинда. – Ты что, не в курсе?

– Мм…

– Ну, там еще три снайпера сидели, блин, на какой-то сраной водокачке – Ли, Харви и Освальд. Интернационал, короче. Типа, китаец, индус и фашист. Ну, и в три смычка завалили америкозного презика. Грамотно, между прочим, слепили красавца, охраны-то там было – немерено…

– Ай-я-я…

– Вот я и говорю! А готовили их, типа того, наши. Неплохо, судя по всему, подготовили. Ты что, действительно не в курсе? Это ж история, все знают!

– Готово, товарищ капитан, – сообщил старший из снайперов. – Добро пожаловать!

– Ли, Харви и Освальд? – Серега все еще не мог прийти в себя. – Интернационал? Ой-е-е…

– Хорош там бормотать, полезай сюда! – досадливо буркнул Петрушин, невидимо краснея в темноте за боевого брата. – Все бы вам издеваться над человеком…

Многоопытные «освальды» быстро соорудили нехитрое приспособление из полпуда снега и двух плащ-палаток с самодельным утеплителем (это чтоб под себя подкладывать, когда на грунте часами лежишь). В конечной фазе, когда все собрались в кучу, сооружение выглядело как полукруглый герметичный шалашик, из которого торчали наружу семь белых задниц (в маскхалатах). Головы и плечи – внутри, там же карта, карандаш, циркуль, курвиметр, транспортир и слабенький китайский фонарик.

Костя, Заур и «вторые номера» снайперов в число посвященных не вошли. «Вторым номерам» потом по ходу объяснят, с Зауром все понятно, а Косте это не надо.

– Годится, – констатировал Петрушин спустя десять минут, когда палатки вновь свернули в скатки. – Подождем смену, потом прогуляемся.

Посмотрели смену. Ровно в полночь несколько раз мелькнул свет, на площадку перед входом в пещеру вылезли товарищи. Наши пользовались приборами, а то бы и не заметили: товарищи были в маскхалатах, которые здорово скрадывали их на фоне черно-белой скалы. Товарищи минут пять кучковались на площадке – низвергались вниз по веревочной лестнице, затем разбрелись по своим маршрутам. Спустя пятнадцать минут начали поочередно прибывать смененные парные посты.

– Бродят свободно, значит, мин нет, – сделал вывод Петрушин. – Плюс. Перед сменой радиопереклички не было. Правильно, зачем перекличка, когда смена идет? Еще плюс. Значит, на восемь утра мы будем иметь примерно то же самое. А это в корне меняет дело.

– Не факт, – возразил лейтенант Серега. – А вдруг у них в восемь будет перекличка?

– Не факт, – согласился Петрушин. – Но это мы посмотрим по ходу. А сейчас мы с Васей прогуляемся, снайперов рассадим. Костя – остаешься старшим…

На прогулку и рассадку ушло еще два часа – по «набитому» маршруту двигаться было значительно легче, тем более с таким проводником, как Вася. Спустя два часа Петрушин с Васей прибыли на позиции дозора, попили чаю и убыли по тропинке в тыл – за основными силами. Время наступления завершающей фазы операции неотвратимо приближалось…

* * *

На семь тридцать утра скрытая диспозиция грядущей сарпинской битвы выглядела следующим образом:

– основные силы сосредоточились неподалеку от первичной позиции дозора, напротив входа в пещеру Волчий Глаз;

– две снайперские пары разобрались с противоположной стороны гряды, на удалении трехсот метров от вражьих постов, одна – справа в створе с основными, имея в секторе центральный пост;

– Петрушин и Вася Крюков залегли неподалеку от поста, что торчит в северо-восточном секторе, над горловиной ущелья. Это объект № 1;

– всех ненужных отправили в засаду.

«Ненужные» – это, прежде всего, Костя и Заур. А в комплекте к ним, для поддержки штанов, снарядили Леху-разведчика и еще двух бойцов с автоматами и «мухами». Для экстренного спуска в ущелье (там стенка всего семь метров, зато вертикальная) выделили комплект альпинистского снаряжения и посадили все этой войско в семидесяти метрах с противоположной стороны гряды, напротив той самой верхней пещерки, что заинтересовала Петрушина. Никакого движения там обнаружено не было, насчет сквозного прохода из Волчьего Глаза всерьез никто и не думал, просто решили на всякий случай подстраховаться.

К восьми часам утро окончательно оформилось в приятные серые сумерки, туман стоял средней тяжести, до полного света было далековато, но для работы – как раз самое то…

В 7.59 Петрушин посмотрел на Васю и кивнул. Вася кивнул в ответ и осторожно пошевелился, разминая одеревеневшие от долгого лежания члены. Они вот уже полтора часа лежали в пятнадцати метрах от поста, за хиленьким таким валуном, припорошенным сверху снегом. Разговаривать было нельзя, шевелиться, в принципе, тоже. Когда подползли в темноте, казалось, все нормально, а теперь, по свету, выяснилось – пост совсем близко, рукой подать.

«Духи» сидели в небольшом, выдолбленном в скале окопчике, вели себя раскованно, спокойно разговаривали… И не догадывались о том, что все эти полтора часа в затылок им смотрит Смерть. Васе было немного не по себе, он, по сути, дикарь с чудовищно обостренной интуицией, не мог понять, как это можно не чувствовать в течение такого долгого времени постороннего присутствия!

Петрушин, как всегда, был хладнокровен и едва ли не дремал, уткнувшись головой в валун. Из окопа ощутимо наносило анашой и этакой дешевой попсятиной – товарищи все это время слушали круглосуточную эстрадную программу, слегка разбавленную короткими новостями. В общем, о каком-то обостренном чувстве опасности и интуитивном угадывании чуждого присутствия тут можно было и не упоминать. Увы, увы – это были не те профи, о которых мечтал наш волкодав.

А в 8.00 ничего не случилось. Радиопереклички не было. Выждав еще минуту для верности, Петрушин опять кивнул и вывалился из-за валуна влево, пристраивая цевье своего «ВАЛа» на левое предплечье. Точно такой же маневр, только в зеркальном порядке, произвел Вася.

«Тр-р-р»… – застенчиво прошелестели «ВАЛы», выпуская в мир жгучих свинцовых слепней, налитых смертоносной целеустремленностью.

В мгновение ока черепа бойцов поста № 1 перестали существовать. Тела еще несколько мгновений сидели в прежнем положении, у одного в руках играл приемник, рука второго сжимала дымящийся окурок… А то, что осталось от голов, больше было похоже на безобразный несвежий фарш.

– Вояки куевы! И стоило из-за этого коченеть тут столько времени, – разочарованно пробурчал Петрушин, спрыгивая в окоп и забирая у трупа окровавленный приемник, продолжающий изрыгать задорный музон. – Оп! Мое. Я первым увидел.

Приемник был хороший – чисто японский, не подделка.

– Вот так всегда, – обиженно засопел Вася, также спрыгивая в окоп и бегло осматривая трупы. – Работаем одинаково, а лучшее достается тебе!