Богиня пяти дворцов - Леа Рейн

белого докторского халата тот держит пистолет, которым не побрезгует воспользоваться.

– Но это по-прежнему будет Синлинь, а не одна из колоний Лиона, – заметила я, хотя мне было неизвестно, какие именно иностранцы позарились на наши территории, но у Лиона было очень много колоний по всему свету, так что логично было подумать сразу на них.

– Как бы там ни было, – сказал отец, – я не могу этого позволить. Я уже написал указ. Власть останется в руках нашего клана.

– Чжао Чжэнь? – Я не скрыла своего скептицизма. – Если Хо Фэн не выкарабкается, то императором станет твой сват?

– Да, это по-прежнему наш клан. А вам лучше отступить.

Шань Цай вышел из-за спины Лю Сана.

– При всем уважении, – начал он, но в голосе у него не было ни капли уважительных нот, – Его Величество уже не в том состоянии, чтобы угрожать.

Я бросила на него раздраженный взгляд: он что, задумал себя раскрыть?

Отец только усмехнулся.

– Я не угрожаю. Молодежь увлечена новыми течениями, и я вполне понимаю, что вы собираетесь сделать. Особенно, если у старшего поколения не хватило желания и способностей все изменить. Однако больше всего страна уязвима во время нестабильности. Революции часто приносят не те плоды, которые от них ожидают. В результате вашего переворота запросто у руля может встать иностранная держава.

Шань Цай злобно стиснул кулаки.

– Мы ни за что не допустим ни одного иностранца у руля!

Отца не убедили его слова, он их вообще будто пропустил мимо ушей. А еще, очевидно, Шань Цай выдал себя с потрохами, однако отец даже не счел нужным полюбопытствовать, кто он такой и как причастен к революционерам.

– Подумайте об этом, – устало изрек он. – Это будет мое последнее наставление. А сейчас, Мяо Шань, если не хочешь больше оставаться во дворце, тебе лучше уходить. Я благодарен, что ты пришла ко мне проститься. Лю Сан, отвези сестру туда, куда она попросит.

– Слушаюсь, Ваше Величество. – Лю Сан ухватил меня за локоть и потянул назад.

– Отец! – воскликнула я. – Ты не был мне плохим родителем, надеюсь, ты не считаешь, будто я ненавижу тебя, это совсем не так. Я стала той, кто я есть, во многом благодаря тебе!

Я не кривила душой. Пусть я и много времени провела в Тайном саду, не могу сказать, что мне испортили жизнь, есть судьбы и похуже, стоит это признать: у меня была крыша над головой, еда, образование и относительная свобода. У большинства женщин никогда не бывало даже этого.

– Твой отец может уходит спокойно, зная, что дочь на смертном одре не кричит ему слова ненависти, – отозвался он с улыбкой. – Береги себя, Мяо Шань.

Он сложил руки на животе и прикрыл глаза. Выглядел очень умиротворенным. Я понимала, что это последние секунды, когда я его вижу. И я нисколько не жалела, что приехала сюда.

– Натяни маску, – посоветовал Лю Сан. – Сейчас во дворце охрана на ушах, расследование уже началось.

Я сделала, как он сказал. Когда мы вышли во двор, кругом сновали солдаты.

– Лю Сан, объясни, почему ты оповестил о заговоре Чжао Гуя только сейчас? – попросила я. – Мы ведь сказали тебе об этом еще тогда, когда Хэй Цзинь привез тебя в администрацию.

– Привез? – Лю Сан хмыкнул. – Называй вещи своими именами, он меня похитил. Как раз поэтому я и не говорил. Никто не знал, что я был в администрации. Да если бы и сказал, то отец Чжао Гуя тоже подвергся бы проверке. А у нас ставки на то, что он станет императором. Но сейчас… я посчитал, что все-таки не стоит это скрывать. Будь что будет.

Последствия этого случились быстрее, чем можно было предположить. Только мы прошли крытую галерею и добрались до машины, как нас остановили.

– Князь, – сказал солдат, – мы начали расследование, и к нам сразу пожаловал придворный Хэ Ли с показаниями.

– Передайте это дело в руки главного министра Чжао Чжэня, – распорядился Лю Сан с деловым видом. Я даже удивилась тому, как он себя вел – будто дворцовые дела для него обыденность, хотя он к ним давно уже никакого отношения не имел. Впрочем, Лю Сан бизнесмен, так что опыт в управлении людьми у него точно есть.

– Мы не можем, – ответил солдат. – Дело спорное.

– То есть?

Солдат глянул на нас, не решаясь говорить важную информацию при свидетелях.

Лю Сан наклонился к нему, чтобы тот сказал на ухо. Солдат в замешательстве нас оглядел, не понимая, почему каких-то врачей не отправили куда подальше, но послушно выложил важные сведения Лю Сану шепотом. Как я ни прислушивалась, понять ничего не смогла.

– Ясно, – ответил князь. – В таком случае передайте дело в руки моего отца.

Министр Лю занимал второе место после Чжао Чжэня.

– Так точно! – Солдат отдал честь и отправился дальше.

Мы сели в машину. Лю Сан нервно хлопнул по рулю, ему точно хотелось выйти из себя, разнести тут что-то, но он сдержался.

– В чем дело? – спросила я.

– Я отвезу вас в казино и вернусь обратно сюда. – Он завел двигатель.

– Что за показания от этого Хэ Ли? – Не помню, кто такой этот придворный, но солдат с таким напряженным видом принес сведения, что я сгорала от любопытства.

– Говорит, что Чжао Гуй и Чжао Чжэнь были в заговоре вместе, чтобы отравить императора. Так и знал, что все испортится!

– И это правда?

– У Чжао Чжэня в комнате нашли подозрительный камень. Скорее всего, это мышьяк. Более того, у него есть во владениях двор-склад, который солдаты собираются обыскать. Мне кажется… я знаю, что там могут обнаружить.

– Что?

Лю Сан бросил на меня взгляд через плечо.

– Не скажу. Личная охрана императора со всем разберется, а я буду следить за всем тут. Как же все отвратительно выходит. Я так надеялся, что Чжао Чжэнь будет преемником.

– То есть они травили моего отца, а ты жалеешь, что он не унаследует трон?

Лю Сан только бросил на меня недовольный взгляд и резко двинул машину с места. Похоже, ему все равно на преступления Чжао Чжэня, лишь бы был хоть какой-то новый император, чем кризис власти.

– Лю Сан, можешь потом хоть позвонить и рассказать, чем все закончилось? – попросила я.

– Ладно. Обещаю, что как только что-то решится, я сделаю звонок в администрацию. Но подробности по телефону говорить не буду. Расскажу их, когда встретимся в сеттльменте, ну, или вы сами прочтете все в газетах.

Глава 7. Главный виновник

ЛЮ САН

Если бы я сказал, что ненавижу