Реактивный шторм - Александр Тамоников

— Господин лейтенант, на холме и близ него ничего подозрительного не замечено.

— И помятой травы нет?

— Там трава выгорела, песок и пологий кустарник, есть старые траншеи, внизу галька. На ней следов не видно.

— А на песке?

— Тоже.

Рамис, ходивший с ним в разведку, теперь явно повеселел.

— Что? Пронесло? — спросил командир.

— Так точно, господин лейтенант!

— Ты хорошо осмотрел местность или обращал внимание только на то, что могло тебе как-то угрожать?

— Я все осмотрел хорошо. Ничего подозрительного. Обыкновенный холм, когда-то использовавшийся в качестве крепости.

Подошла и вторая пара.

Старший, рядовой Селим, доложил то же самое, что и Насыр. Ничего подозрительного. Никого ни на холме, ни в непосредственной близости, ни даже в долине.

— Хорошо, — сказал Казимар. — На броню! Возвращаемся.

В 12.10 бронетранспортер встал у больницы. Очередь к этому времени уменьшилась до десяти-двенадцати человек.

Казимар спрыгнул с брони, подошел к Смирнову, ожидавшему его, и доложил:

— Господин старший лейтенант, разведка опасного участка произведена.

— Судя по тому, что вернулись довольно быстро, вы никого там не обнаружили, да?

— Так точно!

— Никаких следов недавнего пребывания людей?

— Никаких. Холмы и долина чистые. Все спокойно.

— Ты сам поднимался на вершины?

— Нет.

— Почему?

Лейтенант помялся и ответил:

— Я принял решение послать на высоты по два бойца.

— И сколько воюют твои бойцы?

— Немного. Они пришли добровольцами в бригаду, когда ее выставили на охранение базы. Пару раз отбивали попытки игиловцев прорваться к аэродрому.

— Да и у тебя опыта достаточного нет.

— Мне приходилось драться с игиловцами. Я знаю их повадки.

— Так почему сам не поднялся на вершины?

— Этим я выразил бы недоверие солдатам. Они рисковали. Если бы на высотах оказались боевики…

— Если бы да кабы. Но ладно. Будем считать, что духов на холмах не было.

— Если бы они там были, то мы увидели бы их еще на подъезде.

— Увидели бы, если только отсюда, из Барава, их не предупредили, что к Воротам Дьявола пошел БТР.

— Агент ИГИЛ здесь?

— Ты считаешь это невозможным?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю. Ладно, медицинская бригада заканчивает работу. Ей надо еще минут двадцать, затем перекусим. Решено пообедать здесь. В четырнадцать часов начнем выдвижение к Хуману.

— В том же порядке? — поинтересовался Казимар.

— Я все уточню, — ответил Смирнов. — Ты оставь одного бойца у транспортера, остальных держи у больницы. Обедать будем в столовой администрации.

Казимар кивнул и сказал:

— Это недалеко.

— Здесь все близко.

Смирнов подошел к Соболю, стоявшему у входа вместе с местным чиновником, поддерживавшим порядок в очереди. Сейчас в ней оставалось всего три человека.

Старший лейтенант отвел прапорщика в сторону и спросил:

— Все нормально, Дима?

— Нормально. Только ты в Хумане поставь на двери Курко.

— Надоело стоять? Присел бы.

— Не в том дело. Местные слишком уж пристально смотрят. Одни дружелюбно, другие благодарно, третьи безразлично. Есть и такие, которые глядят на меня так, словно я с другой планеты к ним в селение свалился.

— Из-за этого я должен ставить на вход офицера?

— А чем Курко лучше меня? Пусть постоит, а я буду охранять медиков. В кабинете с кондиционером, где-нибудь в уголочке.

— Да ведь ты одним только взглядом не дашь медсестрам работать.

— Почему?

— Он у тебя, Соболь, как у голодного маньяка.

— Начинается!

— Заканчивается! Смотри, как закроют дверь, заходи в коридор, далее по команде. Вопросы, товарищ прапорщик?

— Никак нет, товарищ старший лейтенант. Или тебя господином называть, как ты велел этому сирийцу?

— Обойдемся без господ. Значит, вопросов нет, а аппетит-то хоть появился?

— Я в порядке.

— Это радует.

Смирнов прошел в кабинет за последним пациентом, парнем лет пятнадцати, который как-то испуганно озирался по сторонам.

— Боишься? — спросил у него Смирнов.

Парень вздрогнул, побледнел.

— Не понимаешь?

Сириец закивал. Мол, так оно и есть.

— Ясно, давай-ка двигай, не бойся.

Медсестра Соня сделала парню укол, бросила использованный шприц в ведро, почти до краев заполненное точно такими же, присела на кушетку, вздохнула и сказала:

— Все, слава богу, отделались.

Авдеева сняла маску и подтвердила:

— Да, здесь закончили. — Она взглянула на вторую медсестру и осведомилась: — Лена, ты журнал заполнила?

— Да, Галина Павловна.

— Молодец. — Докторша тоже присела, подняла глаза на Смирнова. — Ты? Нам одного вашего хватало.

Курко поднялся и заявил:

— Не понравилось им, видите ли, как я смотрю на них.

— Да вы, старший лейтенант, не просто смотрели. Вы взглядом раздевали нас.

— Надо больно! Подумаешь, Афродиты в белых халатах.

— Так тебе чего, Смирнов? — спросила Авдеева, глядя на бывшего жениха.

— Галина Павловна, делаю вам замечание как старший всей этой благотворительной миссии. Вы слишком много разговариваете, причем не по теме.

— А не пошел бы ты, Боря?..

— Конечно, но вместе со всеми. Сейчас вам надо быстро упаковать то, что еще пригодится, переодеться и отправляться в столовую. Обед в тринадцать сорок. В четырнадцать начнем выдвижение к поселку Хуман.

— А как насчет туалета? Руки помыть можно? Сопровождающий будет?

— Если нужен, то будет. Я вас лично сопровожу в отхожее место, мадам, с превеликим удовольствием.

Курко хмыкнул.

Смирнов указал ему на дверь и заявил:

— Ступай к Соболю! И смотрите, не расслабляйтесь. Мы не на базе!

— Какой строгий нам начальник попался, Галина Павловна, — воскликнула одна из медсестер.

Смирнов посмотрел на нее и спросил:

— Вы, если не ошибаюсь, Соня?