Топливо Победы. Азербайджан в годы Великой Отечественной войны (1941–1945) - Михаил Юрьевич Мухин

что чем дальше, тем хуже это получалось), а прорваться к нефтяным промыслам Грозного и Баку. Руководитель германской военной промышленности А. Шпеер отмечал по этому поводу: «Нам предстояло внести коренные изменения в систему управления военной промышленностью, так как вплоть до осени 1941 года она основывалась на концепции блицкрига с промежуточными относительно длительными мирными периодами. Теперь же началась непрерывная война».[344] Разумеется, в контексте «непрерывной войны» вопрос обеспечения Германии топливом становился едва ли не приоритетным. Интересно, что уже на стадии подготовки плана по захвату Кавказа (т. н. план «Блау») гитлеровское руководство начало формировать бригады специалистов-нефтяников, которые должны были обеспечить бесперебойную работу нефтепромыслов Грозного и Баку.[345] Таким образом, «нефтяной фронт» приобрёл особое значение в контексте той войны – кавказская нефть стала едва ли не главным призом всей кампании 1942 года. Достаточно широко известна хрестоматийная история деятельности Н. К. Байбакова по подготовке к уничтожению нефтепромыслов Майкопа и Грозного на случай их оккупации неприятелем[346]. Однако следует помнить, что аналогичная подготовка велась и в отношении апшеронских нефтепромыслов. 14 августа 1942 г. было издано постановление ГКО «О специальных подготовительных мероприятиях по Бакинской нефтяной промышленности», в котором говорилось: «В связи с создавшейся военной обстановкой Государственный Комитет Обороны постановляет: Обязать НКВД СССР совместно с наркоматом нефтяной промышленности провести специальные мероприятия по подготовке к выводу из строя объектов нефтяной промышленности (скважин, ёмкостей, предприятий и оборудования) Бакинской нефтяной промышленности, которые к моменту начала проведения этих мероприятий окажутся не вывезенными… К реализации специальных мероприятий на объектах Бакинской нефтяной промышленности Военному Совету Закавказского фронта приступить по указанию Государственного Комитета Обороны с таким расчётом, чтобы… на проведение этих мероприятий было время не менее 48 часов».[347] Как видим, советское руководство рассматривало и крайние варианты, предусматривавшие прорыв соединений вермахта в Азербайджан. К счастью, события на фронте проходили по не столь пессимистическому сценарию, но в любом случае надо учитывать, что в 1942 г. нефтяники Апшерона трудились уже в пределах театра военных действий,[348] что также накладывало свой отпечаток на происходящее.

Итак, в прошлой главе мы выяснили, что начало Великой Отечественной войны привело к резкому снижению интенсивности работ Азнефтекомбината. Значительная часть персонала была мобилизована в действующую армию или переведена в восточные регионы Советского Союза для активизации добычи в новых нефтеносных районах. Практически прекратились поставки важнейшего оборудования. При этом часть станков пришлось опять-таки отправить на восток. Руководство азербайджанских нефтепромыслов было вынуждено перейти к политике массированного применения различных суррогатов, заняться самообеспечением необходимыми материалами и вновь использовать изношенное, выработавшее свой ресурс оборудование. Кардинально было сокращено разведочное бурение. Высокие темпы роста, развитые тружениками Апшеронского полуострова в первой половине 1941 г., позволяли до поры демпфировать вышеперечисленные факторы торможения; однако чем дальше, тем труднее было изыскивать способы добывать нефть без труб, станков и квалифицированных рабочих. Дальнейший спад был неизбежен, но руководство и рядовые сотрудники Азнефтекомбината сделали всё мыслимое и немыслимое для того, чтобы максимально снизить масштабы этого спада. В этой главе мы рассмотрим, как развивалась ситуация на апшеронских нефтепромыслах в 1942–45 годах. Экономика СССР уже была переведена на военные рельсы, период осуществления эвакуации остался позади – всё это теоретически должно было привести к улучшению положения дел в экономике. Но хватило ли перечисленных факторов для того, чтобы компенсировать последствия сверхфорсированной работы в 1941 г.? Рассмотрим это подробнее.

В 1941 г. советское руководство по-прежнему исходило из того, что свыше половины всесоюзной добычи нефти будет приходиться на Азербайджан:

План добычи нефти на 1942 г., принятый в 1941 г. (тыс. т)[349]

Таким образом, решающее значение апшеронской нефти для функционирования промышленности Советского Союза и победы СССР во Второй Мировой войне достаточно хорошо осознавалось в Кремле.

План добычи нефти по категориям скважин (тыс. т)[350]

Как следует из вышерасположенной таблицы, уже в 1939-1940 годах удельный вес добычи с новых скважин в Азербайджане был несколько ниже, чем по Советскому Союзу в целом. Между тем, как мы уже установили в нашей прошлой статье, для 1941 г., особенно для его второго, уже военного, полугодия, было характерно резкое сокращение ввода в строй новых скважин. Кроме того, следует учитывать, что в силу целого комплекса причин, стоимость разведочного бурения на Апшеронском полуострове была выше, чем в среднем по Советскому Союзу.

Стоимость бурения по плану Наркомнефти на II квартал 1942 г.[351]

Как видим, стоимость эксплуатационного бурения в ценах 1941 г. в Азербайджане планировалась на 6 % меньше, чем в СССР в целом; а стоимость разведочного – напротив, на 11 % больше. Разумеется, механически экстраполировать плановые показатели II квартала на всё годовое задание нельзя, однако общее представление о ведущих тенденциях квартальный план даёт. Этот тренд закономерно влиял и на общегодовой план бурения на Апшеронском полуострове.

План бурения на 1942 г.[352]

Из таблицы хорошо видно, что на долю Азербайджана приходилось 36 % эксплуатационного, но лишь 20 % разведочного бурения во всесоюзном масштабе. Видимо, это не в последнюю очередь объяснялось именно вышерассмотренной разницей в стоимости разведочного бурения в Азербайджане и других регионах СССР. При этом нагрузка на станки выше была в Азербайджане, но эту разницу нельзя признать существенной. Если на Апшеронском полуострове на 1 станок приходилось 3,95 тыс. метров запланированной проходки, то в масштабах всей нефтяной отрасли этот параметр составлял 3,8.

Однако кроме плановых параметров, следует учитывать и степень осуществлённости этих планов. Нижеследующая таблица демонстрирует, что годовые планы 1942 г. были недовыполнены практически по всем статьям расходов как наркоматом нефтяной промышленности в целом, так и Азнефтекомбинатом. Но различными структурами, и по разным направлениям финансирования это недовыполнение носило разный характер.

Выполнение плана 1942 г. (тыс. сметных руб.)[353]

Во-первых, следует отметить, что практически по всем позициям процент выполнения плана Азнефтекомбинатом был хуже, чем по наркомату. Единственным исключением являются капитальные вложения, которые были выполнены на две трети от годового задания практически по всей стране. Однако по бурению и геолого-разведочным работам ситуация для нефтяников Апшерона складывалась совсем безрадостно – план не был выполнен и на 40 процентов, в то время как во всесоюзном масштабе отрасль выполнила плановое задание более чем на половину.

Впрочем, следует признать, что оценка деятельности нефтяников, исходя из