В этой книге полно пауков. Серьезно, чувак, не трогай ее - Дэвид Вонг

Не переставая говорить, Джош прикрепил к своему дробовику маленькое электронное устройство. Эми подумала, это что-то вроде модного прицела, но Джош щелкнул пальцем по своему ноутбуку, и на нем появилось окно с видео. Он махнул дробовиком, и изображение послушно изменилось. Устройство оказалось беспроводной подствольной камерой.

Вручив лэптоп Эми, он сказал:

– Если мы не вернемся назад, загрузи видео на ЮТуб. Мир должен узнать о том, что здесь происходит.

– О, – сказала Эми, – разве я не иду?

– Мы берем ружья – нет, послушай, – потому что в первую очередь мы должны быть уверены, что все чисто. Потом мы вернемся за тобой. И не гляди на меня волком. Мы не сексисты, Фредо тоже останется здесь, а он уж точно мужик. Он останется за рулем, с работающим мотором, на случай, если нам потребуется быстро смыться. Ты будешь смотреть прямую трансляцию, через мою подствольную камеру. Если дела пойдут плохо и все будет выглядеть так, как будто мы не сможем вернуться, уезжай, не колеблясь ни…

– Так и сделаю. Фредо, слышал? Если я скажу «уезжай», мы уедем, верно?

– Ага. Я сразу давлю на газ, если услышу выстрелы и крики.

– Договорились, – сказал Джош. – Итак, Эми, твое новое поручение: ты отвечаешь за то, чтобы Фредо уехал только в случае крайней необходимости.

А людям в фургоне Джош сказал:

– Регуляторы, подъем.

Все встали. Один парень прицепил к своему ружью фонарик и нажал на него. Парнишка сзади надел мешковатые очки ночного видения.

– Помните, – сказал Джош, – необходимо беречь патроны. Это не видеоигра, и по дороге мы не найдем новые. Короткие контролируемые очереди. – Он повернулся к Эми и добавил: – Я вернусь. Обещаю.

Джош глубоко вздохнул и открыл боковую дверь. Налетел порыв холодного воздуха. Ветер со свистом проносился через раненое здание, и Эми внезапно очень сильно захотелось, чтобы дверь опять закрылась на замок, и теплый металлический кокон закрыл их от того, что было снаружи.

Перестань.

Мальчики один за другом прыгали в темноту, и Эми услышала, как Джош сказал: «Заткните уши». Все вынули наушники или заглушки и вставили их в уши. Как защиту от ужасных криков монстров, о которых рассказывал Джон.

Дверь за ними хлопнула, закрываясь. Эми взглянула на ноутбук и увидела окрестности лечебницы; камера передавала трясущееся и нечеткое изображение, внизу виднелось дуло дробовика. Это придавало всему происходящему оттенок нереальности. Словно она вовсе не сидела посреди заброшенной туберкулезной лечебницы, очевидно набитой ползающими монстрами, а смотрела какое-то глупое видео, показываемое компьютером.

Камера попрыгала по территории лечебницы, приблизившись к главным дверям старого здания. У парня слева от Джоша на ружье был фонарик, и луч света дико обежал ближнюю лужайку, как будто человек, державший его, скакал на механическом быке. Изображение стабилизировалось, когда Джош добрался до больших деревянных дверей. Парень с фонариком схватил одну из латунных рукояток, старых и пятнистых, и потянул. Заперто. Джош постучал и сказал:

– Привет. Меня зовут Джош Кокс, я здесь вместе с командой из шести человек, все вооружены и не заражены. Мы предлагаем ОАЭЭ свою помощь. Есть здесь кто-нибудь?

Ничего. Они уставились на запертую дверь как группа шимпанзе, глядящая на мотор автомобиля.

– Мы ехали сюда, э, следуя вашим последним сообщениям, пока не так давно канал не перестал работать. Здесь есть кто-нибудь? Принц Спаун? Лютоволк?

Изображение метнулось вниз, когда Джош, вероятно, направил ружье на землю.

– Я могу открыть замок, – крикнул парень с фонариком, но другой голос проорал:

– Нет, ты не сможешь. – Из-за заткнутых ушей все были вынуждены кричать, чтобы их услышали.

– Они, вероятно, забаррикадировали дверь, – проорал Джош. – Наверно, есть какая-то другая, через которую они выходят. Обойдем здание. Будьте внимательны.

Изображение опять прыгнуло на уровень плеч, и Зомби-Взвод Хипстеров осторожно пошел вдоль стены здания, свет фонарика метался вперед и назад, освещая заколоченные окна и сугробы мертвых листьев у фундамента. Они искали другой вход.

Наблюдать за ними через видео было очень мучительно. Когда луч фонарика оказывался вне поля зрения камеры, изображение становилось совершенно черным – маленькая беспроводная камера не имела встроенного ночного видения. Эми оторвалась от ноутбука и выглянула из окна фургона как раз в то время, когда группа исчезала за углом здания. Шедший сзади парень в очках ночного видения, выглядевший мальчишкой лет тринадцати, размахивал ружьем. Он следовал за остальными шестью именно так, как видел в каком-нибудь фильме. Или в мультфильме. Когда обогнул угол, Эми с Фредо остались по-настоящему одни.

– Ну, – сказала она. – И как быстро может двигаться эта штука?

– Зависит о того, – ответил Фредо, – сколько народу я должен буду задавить, по твоей просьбе. А вообще-то эта вещь послушна, как дирижабль.

Эми вернулась к ноутбуку и в окне с видео увидела, что группа остановилась. На подствольной камере стоял слабый микрофон, и слова с трудом пробивались через фоновый шум. И каждый раз, когда налетал порыв ветра, все заглушал звук, похожий на грохот океанских волн. Наконец шум утих настолько, что она услышала, как Джош спросил:

– Где?

– Прямо здесь, черт побери, – проорал Фонарик. – За тачкой.

Она не могла видеть, на что они смотрели, так как Джош имел неприятную привычку направлять камеру на место, которое было никак не связано с делом, любил целиться в свои ноги, затянутое облаками небо или голову одного из своих друзей. Наконец камера показала Фонарика, стоявшего на карачках и изучавшего землю перед собой. Он что, потерял контактные линзы? Джош подошел поближе, обогнул заржавевшую тачку, которую кто-то оттащил с дороги, и Эми увидела, что они нашли окно подвала. Стекло, похоже, выбили несколько десятилетий назад. Если окно и было заколочено, то не сейчас.

В микрофоне выл ветер, стирая куски разговора.

– …не может быть, чтобы они оставили это в таком…

– …не видно никого…

– …привет. Кто-нибудь меня слышит? Меня зовут Джош Кокс…

– …нет, давай войдем…

Фонарик направил свой луч света в окно, и парень с вьетнамским автоматом – Донни – опустился на четвереньки и, извиваясь, полез в здание; благодаря зазубренным кускам разбитого стекла это выглядело так, словно кирпичный рот проглотил его целиком.

Сначала ничего не происходило. Эми почувствовала, что ее мочевой пузырь схватило, пока темное окно подвала колыхалось в окне камеры. В конце концов, оттуда высунулись руки Донни и жестом показали, что все чисто. Следующим шел Джош, но камера осталась снаружи, потому что он отдал кому-то свое ружье, чтобы освободить руки. Картинка металась туда и сюда, пока ружье передавали взад-вперед, но мгновением позже Эми уже смотрела на темную комнату, выглядевшую как старый кафетерий с выцветшим кафельным полом, похожим на черно-красную шашечную доску. Камера метнулась обратно к окну, потом перешла на пол и показала выброшенный лист древней фанеры, ощетинившийся изогнутыми гвоздями.