Фунт - Андрей Бехтерев

– Вы их не найдете.

– Найдем. Причем по твоей наводке. Зачем ты им дал столько денег? Без денег они могли бы быть где угодно. А с деньгами челобреки гораздо предсказуемей. Прошлую ночь они провели на улице. Пытались удовлетворится на лавочке, что было не удобно и травмоопасно. Сейчас у них куча баблоса, которое ты им дал, но нет документов. Следовательно, они снимут королевский номер в каком-нибудь почасовом отеле, где документы не спрашивают. В официальные гостиницы их не пустят, а в «трахотели» – добро пожаловать. Что бы найти твоих дружбанов, достаточно набить два слова в Google. Короче, мы пошли. Тебе, за то, что удовлетворил дядин мозг – амнистия. Можешь дальше миллионерить. Только контрольный вопрос – что нас ждет через 20 минут.

Заха поморщился. Ему очень хотелось выпить.

– Вы наведете порядок, – сказал он, – все вещи вернете на место и, извинившись, уйдете, а меня ждет заслуженный алкоголь и народный телевизор.

– Порядок обязательно наводить? – уточнил Рустам.

– Смотрите сами, – ответил Заха.

– Игнат, сложи одежду, как была, – крикнул полковник одному из своих орлов.

– Я уборщик что ли? – недовольно пробурчал здоровый детина.

– Ты уборщик что ли, – утвердительно повторил Рустам. Детина, брезгливо морщась, стал складывать Захину одежду в шкаф. Похоже, он делал это первый раз в жизни.

– Выполняй, что тебе предсказано, – добавил полковник, – не то он предскажет тебе шило в мыле.

Детина стал складывать вещи аккуратней. Остальные гвардейцы тоже стали прибираться.

– Знаешь, Захар Петрович, – сказал Рустам, – понравилась тетрадочка. Умиротворенное отвращение, вообще, моя тема. Может в баньку сходим. В баньке хорошо. Закажем гимнасток-полуфиналисток. Полуфиналистки лучше финалисток. Оценки за технику почти те же, а за старательность на порядок выше. Устроим ныряние в пивко. Взамен обещаю крышевать твои умственные отклонения.

– Зачем вам? – не понял Заха.

– Да тоскливо что-то, – сказал Рустам. – Даже отвращение уже не удовлетворяет. Не говоря уж про совокупление. Сходим?

– Только не сегодня. Я уже устал.

– Конечно не сегодня. Ты устал, а у меня рабочий день, как воздушный шарик – пока не лопнет. Надо долавливать блох. Мы же тебя допрашивать пришли. Узнать, куда молодожены отправились? Во что одеты? Не чихают ли? Но допрос уже не имеет смысла. Порно-парочку мы догоним и без твоего героического вранья. Ты уже все нам рассказал. Нам осталось только открыть рот пошире и чуть-чуть подождать.

Разомлевшие молодые люди лежали вдвоем в просторной ванне и дули на пену.

– Еще девять, – сказал Сера.

– Ты о чем? – спросила Лиза.

– Осталось 9 из 12, – добавил информации Сера.

– О резинках что ли? – засмеялась Лиза. Сера купил на ресепшене коробку с 12 презервативами. – Хочешь повторить рекорд кролика Пука?

– Он сумел 12 раз за ночь?

– Не сумел, а захотел. Ты собираешься Макаревичу-то звонить или у тебя временный маразм?

– Макаревичу? – переспросил Сера и засмеялся. – Сыщик тоже в маразме? Включи дедуктивный метод.

Лиза на несколько секунд задумалась.

– Ты обманул?! – сказала она и брызнув в лицо дружка водой.

– Конечно. Какой, на фиг, Макаревич. Обожаю провинциалок.

– А в лоб лопатой? Блин, а я уже размечталась об автографе на грудях.

Они стали кувыркаться и топить друг друга…

Через пол часа они уставшие лежали на огромной кровати, лениво ковыряясь друг в друге. На большом телевизоре, стоящем на стеклянной тумбе выступал Путин перед овощеводами. В новой гостинице еще не провели кабельное телевидение, а от гвоздя, вставленного в антенный разъем, хорошо показывал только Первый канал.

– Мне нужна твоя помощь, – сказал Сера.

– Дай отдохнуть, – сказала девушка.

– Я про другое. Я на самом деле не так сильно соврал про Макаревича. То есть про Макаревича я соврал сильно, но про поиск Эгга не соврал ничуть. Мне обязательно нужно его найти, причем завтра и желательно до обеда.

– Ищи, – лениво протянула девушка.

– Ну, Лизочка, я же тупой. Напряги пару своих мощных извилин и вытащи меня из болота.

– Мои извилины дрыхнут.

– Разбуди их. Короче, мне нужно найти ключ, то есть подсказку – кто такой Эгг и где его искать. Папа сказал, что я не должен знать ключ, но, когда придет время, я догадаюсь. Время пришло, а меня что-то не никак не торкнет. Короче, этот ключ находится в нашем доме. А что это, папа даже не намекнул. Может сам дом, может комната-глаз, может картина про 3-х богатырей? Ну, допустим все это ключи, но куда бежать-то? Я уже второй день голову ломаю. Ни одной зацепки.

– Так ты все это время думал про ключ? Ничего себе гадина.

– Лизка, – засмеялся Сера, – только когда тебя не было в кадре.

– 2-3 минуты за два дня. С любой стороны – гадина.

– Не правда, любимая. Я – не гадина, я – тупица. Ты же была у нас в доме. Подумай тоже. У тебя это лучше получается. Только давай быстрей, а то у нас еще 8 из 12.

– Отвали. Можешь надуть их и улететь за своим ключом, как Винни Пух.

– Опять ты меня заводишь. Давай подумаем чуть-чуть. Главное, что должно быть в этом ключе – это координаты и настоящее имя Эгга. Единственное, что я надумал, это Бородино. Папа как-то купил 2 ружья 1812 года в тамошнем музее у сторожа на распродаже. Но причем здесь Эгг? И кого там искать? Блин, с чего папа взял, что я могу догадаться?

– Боксерская груша, – перебила Лиза своего хахаря и широко зевнула.

– Да? – спросил Сера, и почесал затылок, – ну груша, как груша. Куда бежать-то?

– Во-первых, она висит у вас, как знак вопроса, а во-вторых – с одной стороны у нее шов-невидимка. Я слышала про такие швы. Что-то спрятали внутри, как в сейфе. Я твоему папе тогда намекнула про это, а он намекнул, что это не мое дело. Там твой ключ и находится

– Да! Точно! Я помню! Ты ему подмигивала! Лиза, ты – галактический мозг!

– А ты – вселенское туловище. Чему радуешься? Как мы в эту грушу заберемся?

– Блин, правда. И как?

– Постучимся и просочимся.

Сера задумался. Лиза стала убавлять и прибавлять громкость в телевизоре.

– Давай, завтра, как проснемся, поедем к папиному дому на электричке. Они же не ожидают от нас такой наглости. Может, по месту что-нибудь придумаем.

– Давай, – ответила Лиза, бросив пульт в сторону.

Потом были ленивые обнимания и хихиканья под Андрея Малахова. Потом продолжилась попытка обновить рекорд кролика Пука. Потом Лиза внезапно прервала очередной шаг к рекорду. Она повернулась к своему любовнику. На ее лице сияла улыбка. Сера, сбитый с толку и с ритма, вопросительно смотрел на свою девушку.