Последний присяжный - Джон Гришэм

Компания завоевывала мир своими мелкооптовыми магазинами, предлагавшими практически что угодно по очень низким ценам и предоставлявшими крупные скидки тем, кто набирал «большую корзину» товаров. Ее торговые центры были просторными, чистыми, на их территории всегда располагались кафе, аптеки, отделения банков, даже магазины оптики и туристические агентства. Маленький город, не имевший своего «Багин-сити», считался не соответствующим духу времени и ничтожным.

Компания арендовала пятьдесят акров земли на Маркет-стрит, приблизительно в миле от главной площади. Кое-кто из живших в том районе возражал, так что городскому совету пришлось провести специальные слушания по вопросу о том, разрешать или не разрешать строительство торгового центра. «Багин-сити» и прежде встречался с подобным противодействием, на этот случай у компании имелась хорошо отлаженная и очень эффективная стратегия.

Зал городского совета был забит людьми с плакатами, на которых под красно-белым логотипом компании красовались лозунги: «„Багин-сити“ — отличный сосед» и «Нам нужны новые рабочие места». Присутствовали инженеры, архитекторы, адвокаты и подрядчики со своими секретаршами, женами и детьми. Рупор их идей нарисовал розовую картинку: экономический рост, рост доходов от налогов с продаж, сто пятьдесят рабочих мест для горожан и самые лучшие товары по самым низким ценам.

От оппозиции выступала миссис Дороти Хокет. Ее земельный участок непосредственно прилегал к участку, отведенному под строительство, она не желала терпеть шум и яркое освещение. Городской совет, похоже, сочувствовал ей, но результат голосования был предопределен. Когда выяснилось, что больше никто не желает высказаться против «Багин-сити», поднялся я и подошел к возвышению для ораторов.

Мной руководило убеждение, что сохранение исторического облика городского центра требует защиты маленьких магазинов, мастерских, кафе и офисов, находящихся на главной площади. Стоит начать процесс беспорядочного роста города, и конца ему не будет. Город расползется в десятке разных направлений, каждое из которых отхватит свой маленький кусочек от старого Клэнтона.

Большинство предлагаемых «Багин-сити» рабочих мест будут низкооплачиваемыми. Увеличение доходов от налогов с продаж пагубно скажется на скромном бизнесе местных торговцев, которых компания-монстр быстро выкинет из бизнеса. Население округа Форд, проснувшись в один прекрасный день, не кинется вдруг приобретать больше велосипедов и холодильников только потому, что «Багин-сити» предоставляет такие головокружительные скидки.

Я привел в пример город Титус, находящийся в часе езды к югу от Клэнтона. Там «Багин-сити» открыл свой торговый центр два года назад. С тех пор закрылись четырнадцать розничных магазинов и одно кафе. Главная улица почти опустела.

Я привел в пример город Маршалл, в Дельте. За три года после открытия там «Багин-сити» почти все семейные предприятия — две аптеки, два маленьких специализированных магазинчика, продовольственный, скобяной, бутик дамской одежды, магазин подарков, небольшой книжный магазин и два кафе — тоже закрылись. Я обедал в одном из уцелевших еще городских кафе, и официантка, проработавшая в нем тридцать лет, пожаловалась, что их доходы сократились более чем вдвое против прежних времен. Главная площадь в Маршалле очень напоминала клэнтонскую, но большая часть мест для стоянки машин у них теперь пустовала, редко встретишь прохожих на тротуарах.

Я привел в пример город Такервилл с такой же численностью населения, что и в Клэнтоне. Через год после открытия там «Багин-сити» город был вынужден истратить миллион двести тысяч долларов на улучшение дорог, чтобы разгрузить движение в районе торгового центра.

Я вручил мэру и членам городского совета копии исследования, проведенного профессором экономики из университета Джорджии. Тот в течение шести лет подсчитывал выгоды, полученные городами Юга от строительства торговых центров «Багин-сити», и пришел к выводу, что для каждого из них они составили менее десяти тысяч. Доходы от налогов с продаж остались на том же уровне, просто поступали теперь не от прежних торговцев, а от «Багин-сити». Занятость населения почти не увеличилась, служащие закрытых старых магазинов, располагавшихся в центре города, в новой компании работы не получили, там были свои люди. Компания не сделала сколько-нибудь существенных инвестиций в экономику ни одного городка, не считая аренды земли и строительства здания. Даже свои деньги администрация торгового центра не желала хранить в местных банках. Ровно в полночь каждые сутки дневная выручка переводилась в «родной» офис, находящийся в Гейнсвилле, Флорида.

Исследование показало, что экспансия «Багин-сити» была явно выгодна акционерам компании, но для большинства маленьких городов оказалась экономически пагубной. Однако самый большой урон она нанесла культуре. С заколоченными витринами и пустынными тротуарами, главные улицы и центральные площади перед зданиями судов, традиционно являвшиеся в провинциальных южных городках средоточием жизни, быстро приходили в упадок, а вместе с ними и сама общественная жизнь.

Петицию в поддержку «Багин-сити» подписали 480 человек. Нашу — всего 12. Городской совет единогласно проголосовал за то, чтобы разрешить строительство.

Я сочинил по этому поводу резкую статью и в течение месяца получал недоброжелательные письма. Впервые в жизни меня назвали человеком, «цепляющимся за прошлое».

Всего за месяц бульдозеры полностью «выбрили» пятьдесят акров земли, были проложены необходимые коммуникации. Торжественное открытие торгового центра планировалось на первое декабря — как раз вовремя, чтобы не упустить рождественскую покупательскую лихорадку. Выделив деньги, «Багин-сити» времени даром не терял, строительство шло полным ходом. Компания была известна суровым и решительным стилем руководства.

Сам торговый центр и его автостоянка заняли около двадцати акров земли. Остальные участки были моментально сданы в субаренду другим торговым и обслуживающим компаниям, и не успел город оглянуться, как там уже построили заправочную станцию самообслуживания на шестнадцать мест, магазин полуфабрикатов, три ресторана быстрого питания, дисконтный обувной магазин, дисконтный мебельный магазин и огромную бакалею.

Я не мог позволить себе отказаться от рекламы «Багин-сити». Не то чтобы мне так уж были нужны их деньги, но, поскольку «Таймс» была единственной общеокружной газетой, им приходилось давать свою рекламу нам. (В ответ на шумиху, которую я спровоцировал в 1977 году вокруг проблемы районирования, возник выражавший интересы правого крыла листок под названием «Клэнтон кроникл», но он едва сводил концы с концами.)

В середине ноября я встретился с представителем компании, и мы составили план публикации весьма дорогостоящей рекламы к открытию торгового центра. Я постарался содрать с них по максимуму; они и глазом не моргнули.

Первого декабря мэр, сенатор Мортон и прочие шишки разрезали ленточку. Возбужденная толпа хлынула в магазин и набросилась на прилавки, как умирающий от голода на еду. На подъездах к городу образовались чудовищные пробки.

Я не стал посвящать этому событию первую полосу, а запрятал весьма скромный репортаж на седьмой странице, что рассердило мэра, сенатора Мортона и других персон. Они рассчитывали, что разрезание ленточки станет центральным снимком на первой полосе.