Чужая воля - Джон Харт

– Это машина Тиры. Та самая, которую она разбила у дома Джейсона.

– А у Сары есть машина?

– Я ее не вижу. – Гибби вышел на проезжую часть, и Ченс последовал за ним к противоположному тротуару, после чего тоже поднялся по пяти ступенькам крыльца. – Что-то тут не так…

Передняя дверь стояла приоткрытой.

– Да ладно тебе, чувак… Лучше сначала позвонить.

Но Гибби был уже внутри, так что Ченс последовал за ним в гостиную, усыпанную пустыми винными бутылками и грязными стаканами.

– Здесь тоже что-то не то.

Гибби показал на открытое окно, занавески на котором колыхал легкий ветерок.

– Кондиционер включен. Слышишь? Сара!

Он бросился вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и Ченс решил не отставать. В первой спальне царил полный кавардак – разбросанная повсюду одежда, неубранная постель…

– Это Тиры, я думаю.

Вторая спальня оказалась куда более аккуратной и ухоженной, с бледно-розовыми стенами и с видом на парк через улицу. На кровати явно недавно спали, но она была пуста; рядом с ней на полу – стопка тоненьких женских одежек. Коротенькие махровые шортики. Маечка. Ченс подобрал фотографию в рамке: две девушки в «Мерседесе», верх опущен, одна из них, победно вытянув руку с раздвинутыми пальцами, показывает «пацифик» тому, кто держит фотоаппарат.

– Это она?

– Да, блондинка с «пацификом». Вторая – это Тира.

Одеяло с кровати было кучей откинуто назад к изножью, натяжная простыня сдернута сразу с трех углов. Прикроватный столик опрокинут набок, по полу разлилась вода из откатившегося вбок стакана. Торшер повален и сломан. На дальней стороне кровати Гибби нашел слипшийся ком ткани, засунутый под вторую подушку. Подобрал его.

– Мокрый. И чем-то воняет.

Гибби бросил тряпичный ком на пол, вытер пальцы о джинсы.

– Ну и гадость – что-то типа как химическое… По-моему, пора вызывать копов.

– В смысле, твоего отца?

– Только не моего отца! Только не на сей раз.

* * *

Барклоу понадобилось двадцать минут, чтобы добраться туда, и вошел он в дом, рыская настороженным взглядом по сторонам.

– С чего это ты так шифровался по телефону?

– Я подумал, что нам лучше поговорить лично.

– Сначала скажи, почему ты здесь.

Его взгляд постоянно перебегал с лица Ченса на мое, и я ответил, пожав плечами:

– Я хотел поговорить с Сарой.

– В смысле, почему ты в ее квартире?

– Дверь была открыта.

– Так что ты просто так вот взял и вошел?

– Типа да.

– Хорошо. Давай выкладывай все от и до.

Выкладывать было особо нечего, но я перечислил ему все, что успел заметить. Рассказал и про разоренную постель, и про сломанный торшер, и про тот комок липкой, приторно пахнущей тряпки.

Барклоу выгнул бровь.

– Запах приторный, но обжигающий?

– Да, аж до горла достало.

– Что еще?

– Еще заднее окно открыто, хотя кондиционер включен на всю катушку.

– К чему ты прикасался?

– К двери. К перилам. К покрывалу на кровати.

– И всё?

– Еще к стеклу на прикроватном столике. Я поставил его обратно на ножки.

Детектив ткнул пальцем в Ченса.

– Ну, а ты?

– Я вообще ничего не трогал.

– Где тут комната Сары?

– Наверху, слева.

Барклоу бросил взгляд на лестницу, а потом несколько долгих секунд изучал гостиную, разглядывая пустые бутылки и грязные стаканы.

– Почему ты не позвонил отцу?

– Мы с ним вообще-то не разговариваем.

Барклоу издал горлом какой-то непонятный звук, причем его по-прежнему мечущиеся по сторонам глаза останавливались на всем, кроме меня.

– Стойте здесь. Ни к чему не прикасайтесь.

Он изучил замки на двери и окне, потом поднялся по лестнице наверх. Вернулся через две минуты, строгий, сосредоточенный – просто-таки воплощение копа.

– Пошли со мной!

Мы двинулись за ним ко входной двери.

– Кто-нибудь видел, как вы заходите в дом?

– Не думаю.

– Но люди на улице были?

– Да, конечно. Велосипедисты. Просто прохожие.

– Далеко от вас? Кто-нибудь обратил на вас внимание?

– Кен, что вообще происходит?

– Вам, ребята, надо срочно сваливать отсюда.

– Почему?

– Послушай, малыш… Ты попросил меня о помощи, и я приехал. А теперь я говорю вам «кыш», потому что так надо.

Я не двинулся с места. Демонстративно.

– Ладно, черт бы все это побрал! Хорошо. – Кен наклонился ближе, еще больше коп, чем когда-либо. – Окно взломано, но входная дверь не повреждена. Это означает, что кто-то пробрался в дом сзади, а вышел спереди. Могло быть обычное ворье. Залез – схватил что попало. Регулярная история. Но тряпка с приторным запахом, которую ты нашел… Это хлороформ. Наркоз.

– Что вы этим хотите сказать?

– Взлом. Хлороформ. Признаки борьбы. В самом худшем случае кто-то ее похитил.

– Господи, Сара… – пролепетал я.

– Это худший случай для нее. Про тебя мы еще не говорили.

Я приложил было руку к груди, и его лицо затвердело.

– Послушай, сынок. Тира мертва, а Сара пропала. У Мартинеса и Смита уже есть сомнения на твой счет, особенно у Мартинеса.

– Погодите, – вмешался Ченс. – Какие еще сомнения?

Барклоу насупился, но все-таки ответил на вопрос.

– После того как Тиру нашли мертвой, они застукали Гибби здесь вместе с Сарой. Учитывая все обстоятельства и хронологию, любой коп призадумается – соседка жертвы вместе с братом подозреваемого, – но, вдобавок, парни это реально говнистые и далеко не поклонники Билла. Они на этот счет пока помалкивают, но в глубине души спрашивают себя, действовал ли Джейсон в одиночку или нет, а если нет, то кто еще во всем этом замешан. Гибби знал Тиру. Знал, где она живет и на какой машине ездит – может, был в курсе ее обычного распорядка дня и передвижений. У него был роман с Сарой – а это означает доступ изнутри, хорошую осведомленность. А теперь еще и эта хрень с Сарой… Хронология – вот основная проблема.

Я сразу все понял.

– Потому что Джейсон в тюрьме.

– Если с Сарой и вправду что-то произошло, то в буквальном смысле совершенно исключено, чтобы Джейсон имел к этому хоть какое-то отношение. Мартинес и Смит сразу подумают: ага, а вот вам и сообщник…