Тайна меча самураев - Борис Бабкин

– Только бы он не убил его, – постоянно твердил Ларионов. – Да быстрее ты можешь? – заорал он на водителя.

– Слушай сюда, падла, – присев над Прокопенко, спокойно произнес Суханов. – У тебя три минуты. Если не назовешь адреса и имена остальных, я тебе прострелю локти и коленные чашечки. Ты на всю жизнь будешь уродом. И сядешь на пожизненное. Время пошло.

– Убей, сука, – прохрипел Прокопенко.

– Осталось две с половиной, – спокойно продолжил Леонид.

– Надо было тебя раньше прибить! – заорал Прокопенко. – Но ничего, тебя…

– А ты представь жизнь в тюряге без рук и ног, – усмехнулся Суханов. – Время кончилось, – он вытащил пистолет и приставил к левому локтю Прокопенко.

– Кузин и Олочук, – прохрипел Прокопенко.

– Кто сообщил, что к тебе едет Ларионов? – задал вопрос Суханов.

– Щеглов, – пробормотал Владислав.

– В бабу зачем выстрелил? – усмехнулся Леонид.

– По привычке, свидетеля не оставлять, – прохрипел Прокопенко.

В комнату ворвались Ларионов и еще трое.

– Там раненая.

Поднявшись, Суханов резко ударил Щеглова в живот.

– Ты чего? – схватил его за руку Ларионов.

– Сотовый посмотри, – усмехнулся Суханов. – Он его предупредил…

– Он назвал кого-то? – спросил Ларионов.

– Да, – кивнул Суханов. – Но вам не будет говорить. Сейчас для него лучше помолчать. Щеглова он уже сдал.

– Ранение тяжелое, но жить будет. Правда, красоту попортил он ей основательно.

– Я поеду, – кивнул Суханов.

– Можно узнать, куда? – спросил Ларионов.

– Домой, – ответил Леонид. – Подумать надо. А я его не убил, – плюнул он в лицо Прокопенко.

И не прощаясь, ушел.

– Я не убил его, – глядя на фотографию Марии, прошептал Суханов. – Хотя желание было. Теперь остались двое в Якутске и один в Москве. Сын генерала Романова. Но не хочется обижать старшего по званию. Он сам вынес ему приговор и сам его исполнит. А мне очень хочется Кузина увидеть. Интересно, что он говорить будет. Олочук трус, – вспомнил он. – И слабак. С ним проблем не будет. А вот Кузин – волк. С ним аккуратнее. Зазеваешься, горло перегрызет. Один банду Лихого брал. А там парни были не балуй. Тренированные ребятишки. А он один четверых упаковал. Завтра в Якутск, – кивнул он.

– Значит, Кузин и Олочук, – лежа на кровати, процедил Суханов. – Может, кто-то из них знает тех, кто отца убил? Черт возьми, три года я встречался с убийцей брата, выслушивал его сочувствие, пил с ним. А он все это время меня ждал, – злился на себя Леонид. – Собственно, Матвей Федотович тоже довольно странный человек. Почему-то постоянно интересовался японским кладом. Надо в Якутск ехать, Кузина и Олочука навестить. Только бы Ларионов не колонул раньше времени Прокопенко, Володька может, я не убил Прокопенко из-за Марии. Интересно, от кого у нее ребенок? Странно, в последнее время мне все время снится какой-то дурацкий сон: то ли сексуальный, то ли приключенческий… А если это не сон? – прошептал он. – Просто память постепенно возвращает все то, что однажды накрепко забыл? Черт, – выдохнул Леонид. – Не забивай себе голову еще и этим. С кем-то переспала баба, вот и забеременела. А может, это она со мной переспала? Хватит, капитан, – требовательно, как бы отдавая приказ, проговорил он. – Как попасть в Якутск, чтобы об этом не узнал Ларионов? Ведь если он узнает, то наверняка посадит мне хвост. Может, просто поговорить с Володькой и заверить его, что не убью я никого. И даже уродовать не стану. Точно, – кивнул он. – Попробую переговорить. А знать, что эти суки на пожизненном, действительно приятно. Но хотя бы разок от души приложиться – это просто необходимо. Попробую это объяснить Володьке.

– К сожалению, ничего нового, – качнул головой Маслов. – Но он что-то знает. То, что он был здесь, наводит на мысль…

– Лучше бы не на мысль, а на клад, – усмехнулся голос. – Так что, папа, новости вот такие. И скорее всего, мы так ничего и не возьмем. Не помогла тебе…

– Я был на месте, про которое говорил дед Суханова, но там ничего нет. Я проверил с металлоискателем. Ничего, – качнул он головой. – Правда, нашли два небольших кусочка золота, – усмехнулся он. – Пятнадцать и восемнадцать граммов. Плюс то, что в ручьях. Так что, еще сезон отработаю, и все, на заслуженный покой. Да и тебе не помешало бы в столицу перебраться. Там есть кому за тебя похлопотать.

– Прокопенко наверняка назвал Суханову остальных, но в ментовке молчит. И вообще отказывается от дачи каких-либо показаний. Сбежал, мол, с испугу. Но все равно расколется. А насчет клада, я как-то перестал верить в это дело, – проговорил голос. – И мне вот еще что непонятно. То Суханова нужно убрать, то охранять, как мать родную. Может, объяснишь, папаша, что за дела…

– Все это узнаешь потом. И почему ты звонишь? – тут же строго спросил Маслов. – Я же тебе категорически запретил выходить со мной на связь, если только не исключительная ситуация…

– Поэтому и звоню, – перебил его сын. – Помнишь, из Лондона приезжали англичане к Березовой?

– Не имел чести видеть эту особу, – насмешливо отозвался Маслов. – А при чем тут англичане?

– Березова училась с одной в Кембридже, – услышал он.

– А-а-а, – протянул Маслов. – Дочь той японки, которая была убита…

– Вот именно. И, как я слышал, подруга Березовой что-то нашла, вроде подсказки Хранителю, где именно может быть клад. Ты понимаешь, что это шанс?

– Думаешь, англичане приедут к Хранителю? – спросил Маслов.

– Уже собираются. Кстати, я тут слышал, что ребенок Березовой от Суханова.

– Это просто грязная сплетня, – перебил его Маслов. – Хранитель влюблен в Березову, но тем не менее не делает никаких попыток сблизиться с ней. Причина проста. Она богата, а он простой таежный бродяга. Кстати, Прокопенко он не пришил, – усмехнулся Маслов. – Значит, все-таки на него подействовали мои слова, и он понял, что убить – значит навредить себе. Прокопенко наверняка назвал ему сообщников, и было бы неплохо, если бы и ты узнал о них. Ты ведь сможешь узнать?

– Попробую, – услышал он. – Но сейчас главное – не прозевать англичан.

– Тоже правильно, – кивнул Маслов. – Но они могут сообщить ему информацию по телефону. Он не обманет англичан…

– Надеюсь, наш человек из Питера сообщит, если англичане появятся, – проговорил сын.

– Ты понял?

– Понять-то понял, – кивнул Фома. – Но следить за Хранителем – это то же самое, что идти рядом с ним. Он же солдат, профессионал. И отличный таежник. Так что следить за ним…

– Но он…

– Привет, – вошел в кабинет Суханов.

– Да мы вроде виделись.