Тайна меча самураев - Борис Бабкин

Иван Федорович резко развернулся. Она стояла немного позади его.

– Поймите, в конце концов, Иван Федорович, – вздохнула она. – Я, можно сказать, насильно сделала его отцом. А ребенок Суханову не нужен. Ему никто не нужен, кроме тех, кого он так отчаянно ищет…

– А вот тут я его понимаю, – кивнул Иван Федорович. – У меня тоже маму убили. Я тогда в седьмом классе учился, – вздохнул он. – И мечтал об одном: найти хотя бы одного и убить. Ее трое насиловали, – тихо, с трудом выговорил он. – И когда я уже работал в МУРе, мы их взяли. Я совершенно случайно попал на это дело. Столько лет прошло, а меня не удержали. Хотел расстрелять их прямо в камерах. Не дали, и слава богу. Двоим расстрел, третий получил пятнадцать и был убит в колонии через три года. Карточный долг, – усмехнулся он. – Собственно, у меня уже жена была и дочь с сыном. И я спасибо говорил всем, кто меня не пустил к убийцам моей мамы, – развернувшись, он быстро вышел.

Маша заплакала.

– Я же хотела все рассказать, но не вышло. Его там уже не было.

Она вернулась в кабинет. Секретарь молча смотрела на плачущую Березову.

– Все понял, – кивнул Сергей. – И все сделаю, капитан. Собственно, я отметил три возможные точки для снайперов. Хорошо, что там парки, поэтому с двух сторон стрелять просто невозможно. Деревья сейчас без листвы, и человека, тем более с винтовкой, заметить будет нетрудно. С домов стрелять просто идеально. Особенно с четвертого и пятого этажей. Дальше будут мешать провода…

– А про отца ребенка так ничего и не выяснили? – сдержанно спросил Суханов.

– Похоже, это государственная тайна, – вздохнул Сергей.

«Странно, но этот русский – профессионал, – сидя в «девятке» с затемненными задними окнами, подумал Ковбой. – Хотя он был здесь всего полчаса. Что-то заставило его вернуться в Москву. Да нет, – усмехнулся он. – Не надо ничего усложнять. Им просто движет чувство мести. Хотя водителя того «мерса» он сделал инвалидом. Но на вопрос, зачем столько стрелков, Фреди так и не ответил. Почему? – прищурился он. – Собственно, я работаю на него давно и во многих странах. Но тут что-то не так, – качнул он головой. – Осталось меньше месяца, и я должен узнать все», – кивнул он.

– Поехали, – по-русски, с небольшим акцентом сказал он водителю. – Покажи мне свой город.

– На какую сумму? – повернулся водитель.

– На тысячу долларов, – снисходительно отозвался Ковбой.

– Подождите, – сердито проговорила Алла. – То есть вы знаете, чей ребенок, а он этого не знает. Да с вашей стороны это просто подло, – закончила она.

– Но ты еще не все знаешь, – вздохнув, посмотрел на Ивана Федоровича Альберт. – Понимаешь, тут виноваты и мы. Ну, – он кашлянул, – Мария Александровна хотела ребенка. Но не из пробирки, а от…

– А при чем тут вы? – непонимающе спросила Алла.

Мужчины переглянулись.

– Ну! – крикнула Алла.

– А вы кто? – спросил врач.

– Хорошая знакомая, – ответила Надя. – Я помогу во всем.

– Мы нашли это под кроватью, – отдал ей листок бумаги врач.

– Спасибо, – взяла бумажку Надежда. Развернув, увидела написанное неровным почерком: «Наташа жива. Она…» – и, видимо, ручка проделала по листу короткую неровную линию.

Остановив джип, сидевший за рулем парень усмехнулся:

– Дальше нельзя.

– Ты подожди немного, – вылез из машины Лисин и плотный, средних лет мужчина. – А мы ско…

– В машину! – закричал водитель.

– Ты чего? – спросил Лисин.

– Менты и машина Седого, – закрывая затемненное стекло, сказал плотный.

– Спасибо вам, – кивнул милиционерам вылезший из машины Седой.

– Да не за что, – вздохнул сидевший за рулем милицейской «шестерки» сержант.

Из машины Седого вылез прапорщик.

– Не знаю, что и сказать, но ты крепись, – пожал он руку Седого.

Тот быстро пошел к зданию больницы.

– Видал, – постоянно оглядываясь, нервно говорил Лисин. – Его менты привезли. Расколется…

– Да успокойтесь вы, – усмехнулся водитель, – встречаются и среди ментов люди. Гнал он прилично, тормознули. Он сказал о матери, проверили и решили его до больницы доставить. А вы сразу в панику. Седой не тот мужик, чтобы колоться. Да вон и ментовская «шестерка» выехала. Седой сейчас у матери. Ссыкуны вы, – усмехнулся он.

– Ты особо-то не блатуй, – зло заговорил плотный. – А то…

– А то что? – остановил джип парень. – Морду набьешь? Так мне таких троих надо для разминки.

– Поехали в больницу, – решил Лисин.

– А если он видел, как мы оттуда рванули? – усмехнулся парень. – Если спросит меня, я скажу все, что слышал.

– Давай домой, – процедил Лисин.

– Прости меня, мама, – шептал, глядя вслед санитарам, уносившим тело матери, Седой.

– Это она тебе оставила, – услышал он женский голос.

Повернувшись, увидел Надю.

– Соколова, – криво улыбнулся он. – Чего тебе надо?

– Тебе мама написала, но не успела закончить, – отдала ему листок Надя.

Схватив, он прочитал.

– Но как это может быть? – сжег он взглядом Надежду.

– Успокойся, все узнаешь. Время еще есть, – усмехнулась Надя.

– Ты обещаешь? – тихо задал он вопрос.

– Я тебя когда-нибудь обманывала? – улыбнулась она.

– Ты где сейчас? – спросил Вагин.

– В больнице, – услышал он голос Седого. – Моя мама…

– Знаю, – утвердительно кивнул Николай. – Просто не мог…

– Разговор к тебе есть, – остановил его голос Седого.

– Я вечером буду дома, – ответил Вагин.

– Я приеду, – пообещал Седой.

«С чего это вдруг Седой решил навестить меня? – отключив телефон, подумал Николай. – Дома он не будет этого делать. У нас с ним хорошие отношения, хотя Лисин и не знает этого. Кстати, я тоже не думал, что Седой – инструктор в школе киллеров, – усмехнулся он. – Интересно, о чем он хочет поговорить?»

– И ты думаешь, я поверю в это, – показал записку Седой.

– Но это писала твоя мама, – спокойно проговорила Надя. – Она хотела тебе рассказать о дочери, но не успела. Почему ты ни разу не приехал домой?

– А тебе что за дело? – раздраженно спросил он.

– Тогда бы ты узнал правду о своей Наташе, – спокойно ответила Надя.

– Значит, это ты остановила этого придурка и спасла профессора, – засмеялся Седой. – И что ты хочешь от меня?

– Помощи, – услышал он.