Язык тела - А. К. Тернер

Вместо того чтобы поделиться правдой об этих ночах с Рейчел, Кэсси всегда говорила, что они с Карлом напились и она заснула на его диване.

— Значит, это напоминало бдение.

Кэсси Рэйвен кивнула. Она никак не могла разгадать выражение лица Флайт. Та взяла распечатку и положила обратно в сумку.

— Вы не собираетесь говорить об этом моему боссу? — спросила Кэсси.

— Конечно нет. Вряд ли это дело полиции.

Флайт ободряюще взглянула на Кэсси. Так обычно смотрят на друга. Кэсси поняла — в атмосфере между ними что-то изменилось.

Флайт разорвала пакетик с подсластителем, розовым, как леденец, под цвет ее идеально овальных лакированных ногтей, и вылила содержимое в чай.

— Получили фотографии, которые я вам раньше отправляла по почте?

— Гм, нет. Извините — не умею проверять электронную почту, — Кэсси порылась в сумке в поисках телефона.

— Они здесь, — сержант постучала по экрану телефона, прежде чем передать его девушке. — Для протокола — тот ли это Кристиан Макларен, с которым вы виделись?

Кэсси пролистала галерею фотографий и пожала плечами:

— Да, он. А что по поводу Оуэна? Вы поговорили с ним? Что думаете насчет сына Джеральдины Эдвардс?

— Нет никаких доказательств, что Оуэн сыграл хоть какую-то роль в смерти миссис Эдвардс, — в голосе Флайт вновь послышались раздраженные нотки.

Кэсси даже почувствовала разочарование от того, что ей не удалось продвинуться вперед.

— Есть улики, нет улик, но вы же ему не доверяете.

Флайт слегка фыркнула, однако признала:

— Он мне не нравится, но одна лишь мысль, что кто-то — подонок, не имеет большого веса в Королевской прокуратуре.

— Вы должны знать о нем еще кое-что, — добавила Кэсси Рэйвен.

С риском для себя она сообщила отредактированную версию того, как Оуэн в то утро устроил ей засаду.

Флайт выпрямилась и спросила:

— Он прикасался к вам или угрожал каким-то другим способом?

— Нет. Он сказал мне нечто странное: «Не суйте нос в то, чего вы не понимаете».

— Что он мог иметь в виду? Есть варианты?

Кэсси отрицательно покачала головой.

— Может, он просто имел в виду сложные отношения с матерью? — настаивала Филлида Флайт.

— Даже и не знаю.

Увидев, как на лице Флайт вновь появилось выражение покорности судьбе, Кэсси испугалась, что она вот-вот все испортит.

— Должны же мы сделать хоть что-то, — почти взмолилась Кэсси.

— Я пыталась, Кэсси, ну, правда, пыталась, — Флайт сложила бумажную салфетку. — Очень жаль, но у меня еще куча других дел.

Кэсси вспомнила свой взлом на Патна-Роуд и находку в принтере миссис Э. — запись о браке, заключенном пару лет назад между таинственным Барри Деннисом Ренвиком и Джулией Джеральдиной Торранс.

— Послушайте-ка. А вдруг Джеральдина родила ребенка еще до своего замужества и была вынуждена отдать его на усыновление? — спросила Кэсси Рэйвен. — Если бы миссис Эдвардс начала искать потерянного ребенка, — продолжила она, — и попыталась установить с ним связь, то Оуэн мог испугаться. Может, он волновался, что мать собирается изменить завещание и сын останется ни с чем.

Флайт чуть удивилась.

— У вас, я полагаю, есть доказательства относительно этого плана — лишить Оуэна наследства в пользу непризнанного ребенка? Вы, знаете ли, не можете просто так выбрать преступника и придумать какой-нибудь фантастический мотив, который подходит по всем статьям.

— Circulus in probando, — пробормотала Кэсси себе под нос.

— Простите?

— Недостаточный аргумент.

Кэсси Рэйвен попробовала покрутить чайную ложку между пальцами. Впрочем, ей не удалось повторить трюк Кристиана.

— Вы сказали: «отдали ее на усыновление», — глаза Флайт сузились. — А откуда взялась эта теория?

«Вот черт», — подумала Кэсси.

— Я нашла кое-что в доме миссис Э. на Патна-Роуд. Я ездила туда с агентом по недвижимости. Притворялась, что хочу купить жилье.

Девушка надеялась, что это прозвучало хотя бы наполовину правдоподобно. Флайт недоверчиво взглянула на Кэсси.

— Он позволил мне немного оглядеться, пока куда-то звонил. И я кое-что нашла — запись о браке, распечатанную с генеалогического сайта. Второе имя невесты — Джеральдина.

Их взгляды вновь встретились, и в результате долгого молчания, последовавшего за этим, было заключено молчаливое согласие. Флайт знала, насколько дерьмовой была история Кэсси о том, как она попала в дом Джеральдины Эдвардс, но не собиралась вызывать девушку на откровенность.

— Назовите мне имена, — отрезала сержант и вытащила блокнот.

— Спасибо, Филлида, — это имя казалось Кэсси неловким.

— Я проверю, но не слишком уж надейтесь, — Флайт подняла сумку и продолжила: — Вы знаете, что наиболее вероятное объяснение смерти Джеральдины — просто трагический несчастный случай? Уборщица сказала, что миссис Эдвардс упоминала о плохом самочувствии в ночь своей смерти.

— Неужели? В полицейском отчете об этом не упоминалось, а ведь они обычно делают такие записи.

— Да, — взгляд Флайт говорил сам за себя. — Джеральдина жаловалась на простуду и озноб. Отсюда и горячая ванная, и виски. Она даже взяла ужин в ванну.

Кэсси Рэйвен вспомнила о вскрытии и нахмурилась.

— В ее желудке не было еды.

— Кэсси, рядом с ванной лежал бутерброд с сыром, но она его не съела.

Кэсси задумалась. Взять бутерброд в ванну? Это было совсем не похоже на миссис Э., с ее любовью к кулинарии и к порядку. Даже печенье она бы сперва положила на тарелку и села бы за стол, чтобы съесть, но Кэсси Рэйвен знала — такие смутные сомнения не пробьют лед в отношениях с Флайт.

После этого разговора женщины избегали смотреть друг другу в глаза, и Кэсси кое-что поняла: после ее признания в ночном бдении с Оливером в их отношениях произошел тонкий, но фундаментальный сдвиг. Если бы не этот эпизод, вызвавший дружеские чувства, Кэсси Рэйвен могло и в голову не прийти признаться полицейскому в незаконном проникновении в чужой дом.

Кэсси вспомнила слова Юлия Цезаря, принявшего судьбоносное решение перейти Рубикон.

Alea iacta est.

Жребий брошен.

Лука согласился забрать тело миссис Э. после пяти вечера, в нерабочее время. Кэсси хотела подождать, пока все остальные разойдутся по домам, и остаться наедине с миссис Э., попрощаться с ней как следует и не бояться, что кто-то подслушает их «беседу».