Кровавый след - Деон Мейер

— Нет…

— Не рассказывал, значит… А знаете почему, Дидерик? Потому что Лоуренс — порядочный парень. А вот вам полезно было бы послушать, каково это — слышать грохот выстрела и думать, что настал твой последний миг. Ты кричишь, боишься… а потом, поняв, что они нарочно выстрелили мимо, испытываешь бесконечное унижение. Он говорил, как плакала Корнел, как умоляла пощадить нас?

— Господи, Леммер, я и понятия не имел…

— Они серьезно пострадали. По вашей милости. И вы за все заплатите, хотите вы того или нет.

— Леммер, клянусь…

Я быстро ударил его клюшкой по ребрам.

— Леммер! — взвизгнул он. — Прошу вас…

Я снова ударил его. Он прикрылся руками; удар пришелся ему по предплечью.

— Прошу! — вопил он.

— Что там у вас, папочка? — послышался голос его жены из-за запертой двери.

Я снова занес клюшку и велел:

— Скажите ей, что все в порядке!

— Все в порядке!

— Точно?

— Да-да, точно! — Он часто дышал, глаза бегали от меня к двери и обратно.

Тишина. Потом мы услышали, как она уходит. Значит, поверила.

— Зачем вы хотели, чтобы с ними поехал я?

Он, защищаясь, вскинул перед собой руки:

— Вы мне не поверите…

Я занес клюшку:

— А вы попробуйте меня убедить.

Он вернулся к столу.

— Леммер, клянусь, все дело в рогах, — затараторил он. — Браконьеры совсем распоясались… А этих носорогов нашли в Зимбабве, вы ведь знаете, какое там положение. Контрабандистов покрывают все — и полиция, и власти. Клянусь, клянусь, я имел в виду только безопасность Лоуренса и Корнел…

— Вы правы. Я вам не верю. Когда вы договорились с Лоттером?

— В пятницу вечером. Я ему позвонил…

— А меня известили только в субботу, в одиннадцать!

— Я… дело в том, что… сначала я сам думал сопровождать носорогов. Но потом Марика вспомнила о вас, сказала, что лучше нанять профессионала, и я стал обзванивать соседей, но ни у кого не было вашего номера, вас нет в справочнике. Тогда я решил поехать к вам домой. Мне удалось выбраться только в девять утра в субботу, ведь пришлось о многом договариваться. Я поехал к вам, но дома вас не застал. Потом мне сказали, что вы в «Красном гранате»…

— И вы дали мне ружье — просто так, на всякий случай?

— Леммер, я понимаю, как все выглядит…

— Откуда у вас ружье?

— Долго рассказывать…

Я снова ударил его — в плечо. Он отчаянно вскрикнул и отскочил от меня подальше. По его глазам я понял, что он хочет залезть под стол и спрятаться там.

— Чего вы хотите? — в отчаянии спросил он.

— Правды, Дидерик. Потому что вы лжете.

— Насчет чего?

Я снова занес клюшку и пошел за ним.

— Ладно, ладно! — умоляюще говорил он, отступая от меня.

— Что «ладно»? — Я все шел за ним, как в детской игре.

— Я все скажу, только опустите чертову клюшку!

Я остановился и опустил клюшку.

Он шумно выдохнул, расплылся в улыбке:

— Представляю, какой у нас сейчас вид…

Настоящий цирк, но я не собирался дарить ему выход из трудного положения.

— Выкладывайте, Дидерик!

Он сел в красивое старинное кресло — довольно потертое.

— Я солгал насчет разрешения на ввоз.

— Вот как?

— Оно поддельное.

— Разрешение на ввоз?

— Да. И письмо из министерства охраны природы. Я… Леммер, в конце концов, что я такого сделал? Никола… у него свои принципы, без соответствующих разрешений он бы ни за что не согласился дать свой грузовик для перевозки животных. А я никак не мог добыть разрешение на ввоз носорогов.

— Кто подделывал документы?

— Я сам.

— Чтобы убедить Николу?

— Да. И еще на тот случай, если вас остановят…

— Вы вообще не говорили с представителями власти.

— Да.

— Мы ввезли носорогов контрабандой.

— Да.

— Животные краденые?

— Нет! Клянусь, Эрлихман услышал, что я ищу носорогов, позвонил, сказал, что они находятся вне заповедника, никому не принадлежат, шансы на то, что они выживут в Зимбабве, ничтожны, это лишь вопрос времени… Леммер, надо было действовать срочно, можно назвать нашу операцию спасательной… клянусь вам! Но мне пришлось быть осторожным, я… в процессе отлова и перевозки участвовало много народу. Любой из них мог решить взять себе рога… Вот почему я вас нанял. Мы ведь в Африке, у нас никогда не знаешь…

— Что еще было в грузовике? Что Эрлихман послал вам вместе с носорогами?

— Не знаю! — воскликнул он.

— Папочка! — позвала Марика. Я не услышал, как она снова подошла к двери. Хозяйка дома явно волновалась. Она подергала ручку.

— Все нормально! — отозвался он.

— Открой дверь!

— Марика, все нормально.

— Тогда открой дверь!

Я посмотрел на него — прирожденного обманщика, который так складно врал мне в моем доме, показывал так называемое «разрешение». Он и сейчас пытался меня обмануть. Я достал из кармана ключ и бросил ему. Он не поймал, пришлось нагибаться. Он нехотя направился к двери, отпер ее.

— Что тут у вас происходит? — спросила Марика, укоризненно глядя на меня.

— Просто недоразумение, — ответил Дидерик. — Мы скоро придем.

Ей не хотелось уходить; она медленно повернулась и скрылась в конце коридора.

Мы с Дидериком посмотрели друг на друга в упор.

— Леммер, даю честное слово, я не знаю, что искали бандиты. Мне ужасно жаль того, что случилось, но я не виноват, даю честное слово!

— Вопрос в том, осталась ли у вас честь, — ответил я. — А сейчас вы переведете деньги на счет Жанетт Лау. До того, как выйдете из комнаты.

— Конечно.

Я пошел искать Эмму.

…Следопыту часто кажется, будто он точно знает, как должен выглядеть типичный знак. Его разум полон предубеждений; он видит то, что хочет видеть. Чтобы избежать подобных ошибок, следопыту следует соблюдать осторожность и не спешить с выводами.

Настольная книга следопыта.

Распознавание знаков

В Локстон мы возвращались во «фрилендере» Эммы. Она вела машину, я рассказывал.