Алые песнопения - Клайв Баркер

Норму вырвало из задумчивости – она пролетела сквозь крышу, и её омыло адским светом. Ей казалось, что зрение вот-вот покинет её, но этого не случилось.

Здание осталось позади, и с высоты птичьего полёта Норме открылся вид на пустошь, которую она пересекла вместе с киновитом и его рабом. Она не ожидала, что адские просторы будут хоть как-то походить на живописания великих поэтов, художников и рассказчиков, однако её всё равно поразило, что даже за тысячелетия никто не смог изобразить зрелище подобное тому, что явилось её призрачным глазам.

На небесах не было ни солнца, ни звёзд – довольно предсказуемо. Вместо них там висел камень размером с небольшую планету. Монолит парил высоко над безграничным ландшафтом, испуская зигзагообразные, подобные молниям лучи, озарявшие пейзаж сверхъестественным светом.

Среду нельзя было назвать благодатной, однако даже у неё имелась своя флора – более того, отдельные её представители даже здравствовали и процветали. Норма глянула вниз: на откосах холмов, под порывами инфернального ветра, раскачивались длинные стебельки белой травы; то там, то сям росли колючие кусты с узловатыми ветками, покрытые маленькими бледными цветами. От этого зрелища мысли женщины опять сорвались с поводка. Куда её приведёт это путешествие? Влекло её к какому-то определённому месту, или же её просто выдернули из тела, тем самым приговорив к вечным скитаниям по адским просторам?

Вопреки её воле и желаниям, Норму всё увлекало к неведомой цели, и её дух начал спускаться к земле. Через несколько секунд она уже летела всего в нескольких дюймах от белой поросли. Впереди виднелся небольшой лес. Из замысловатого хитросплетения древесных куполов чёрными молниями торчало с тридцать-сорок шальных веток. На этих сучковатых отростках восседало несколько крупных птиц – охраняя лучшие места, они то и дело пускали в ход клювы и когти. Норма так засмотрелась на их брань, что до последнего момента не замечала, как из чёрной чащобы появилось несколько человек.

А затем она почуяла кровь, и всё побелело.

Дейл не стал перечить Д'Амуру и шел впереди всей компании, но стоило им выйти из леса, как он обернулся и посмотрел на спутников выпученными глазами.

– Уже близко! – воскликнул он.

– Топай давай, гондон паршивый, – хмыкнула Лана.

– Гарри, твой друг снова чудит, – молвил Кез.

– Дейл, мы же договорились, – вздохнул Гарри.

– Нет-нет-нет, – Дейл на полную включил харизму южанина. – Ещё немного – и мы на месте. Вы все будете очень рады, клянусь. И Лана, дражайшая, когда со всем будет покончено, твоё мнение обо мне изменится к лучшему.

– Пипец ты стрёмный, чувак, – отозвалась Лана. – Могу лишь сказать, что мне бы правда получшело, кабы… я…

Она осеклась, и тон её речи сменился с раздраженного на ошарашенный. Она подняла руку вровень с глазами и посмотрела на рану так, словно видела её впервые.

– Что?.. – тихо спросила она.

Из-под бинтов вытекла струйка крови.

– Разрази меня гром… – пролепетала она всё тем же глухим голосом. – Гарри?

– Я тут, Лана, – отозвался Гарри.

– Думаю, я умерла… – проговорила Лана, и тут же повелительно рявкнула: «Прочь! Да кто ты, блять… Никуда я не уйду».

– Лана, не упирайся, – сказал Дейл. – Твоя кровь – вот, как она нас нашла!

– Кто нашёл? – нахмурился Гарри и подошел к Дейлу. – Что ты с ней сделал?

– Ого-го, – Кез присвистнул и покрепче сжал рукоятку ножа. – У нас тут что, одержимость демонами? Вот возьму и пришью этого коротышку. Каша и так дерьмом смердит.

– А ну все заткнулись. Это я, Норма, – возвестила Норма ртом Ланы.

– Кто дал тебе право меня взламывать? – огрызнулась Лана.

– Норма? – переспросил, обернувшись, Гарри и недоверчиво прижмурился.

– Да, это я. Я не знаю…

Поток слов пресёкся – не желая делить тело с незваной гостьей, Лана опять замотала головой:

– Что за херня происходит?

– Лана. Дай Норме сказать, – попросил Гарри.

– Отьебись! – огрызнулась девушка. – В меня и раньше вселялись. Не в кайф, знаешь ли.

– Солнце, она ненадолго, – проворковал Дейл. – Честно.

– Просто дай есть сказать, – сказал Гарри. – Мы ведь за этим пришли.

– Окей, – Лана кивнула и глубоко вздохнула. – Дай только собраться. Дружелюбных духов во мне ещё не бывало.

– В тебе ещё ничего дружелюбного не бывало, – сказал Кез.

– Я тебе это припомню в следующий раз, как напьешься и не найдешь себе мужика.

Кез надул губы.

– О, уверен, ты всегда найдёшь себе охочего мужчину, – сказал Дейл, рассматривая Кеза с игривой улыбкой.

Кеза поймали врасплох, и он залился краской.

– Окей, – прервала их любезности Лана, – я готова. Давайте с этим покончим. Мне не терпится убраться из этой параши и вернуться в парашу, с которой я, по крайней мере, знакома.

Она закрыла глаза, набрала полную грудь воздуха и выдохнула.

– Мать честная.

– Норма! Это правда ты? – спросил Гарри.

– Боюсь, что да, Гарри. О, Господи, боюсь, что я умерла. Эта паскуда только что выбила из меня всё дерьмо.

– Иглоголовый? Самолично, руками?

– Кулаками. Ногами. Когда я видела его в последний раз, он растаптывал мою голову.

– Ему пиздец.

– Спасибо, Гарри, ты – золото. Однако просто так его не прихлопнуть. Он не обычный садомазохист из загробного мира[33]… Ой, Господи, кажется, мне пора.

– Лана! Дай ей договорить!

– Дело не в Лане… Кажется, я всё-таки не преставилась. Моё тело интересуется, куда подевался разум.

– Можешь сказать, где оно находится?

– Да. Какая-то здоровенная развалина в конце этой дороги. Кажется, когда-то это здание было настоящим дворцом. Но сейчас там одна разруха. Гарри, послушай. Вам нужно выбираться отсюда. Не хочу, чтобы кому-то пришлось лечь из-за меня костями.

– Никто и не ляжет. И без тебя мы никуда не уйдём.

– Да Бога ж ради, Гарри. Послушай. Он слишком силён. Даже если у тебя имеется несколько козырей, их не хватит.

– Норма, бросать тебя здесь я не собираюсь. Что бы ни случилось, я буду…

Глаза у Ланы широко распахнулись, и на её лице мелькнуло замешательство. Когда оно развеялось, Лана промолвила: