Подвал - Наташа Престон

– Как тебя зовут? – спросила я.

Она так резко повернула ко мне голову, что я вздрогнула от неожиданности.

– Лейел, – ответила она почти шепотом.

– Необычное имя.

– Я родом из Франции. В два года приехала сюда с мамой к дедушке и бабушке.

По-видимому, я на верном пути. По крайней мере, она говорит со мной.

– Почему вы переехали?

Она покачала головой и нахмурилась, вспоминая.

– Отец обижал мать, скандалил. Я его совсем не помню.

– Сочувствую, – сказала Роза, а Лейел пожала плечами.

«Теперь ее зовут Фиалка», – напомнила я себе. При нем нельзя называть ее прежним именем. Кто знает, что он выкинет.

Фиалка посмотрела прямо на меня, как будто не хотела, чтобы в разговоре участвовали Роза и Мак.

– Что ему надо?

– Мы считаем, что он пытается создать идеальную семью или что-то в этом роде. Я этого не понимаю. И не хочу понимать этого психа, – сказала я, не обращая внимания на то, что Роза нахмурилась. Как же все-таки он промыл ей мозги.

– Законченный ублюдок, – сказала Фиалка, а я кивнула в знак согласия. Ты еще не представляешь, на что он способен. – Что он сделал с тобой вчера? – Я уставилась в пол и напряглась. – Изнасиловал? – прошептала она. Нет! Нет, нет, нет, нет, нет! Стараясь не обращать внимания на комок в горле, я выбрала на полу точку и уставилась в нее. Не буду плакать. – Со мной этот номер не пройдет, – сказала Фиалка. Я подтянула колени к подбородку и обхватила голени. Помнится, и я говорила подобное.

Роза убрала прядь волос за ухо.

– Не хочешь поесть, Фиалка?

– Лейел, – поправила она. – Нет, спасибо. Почему мы еще тут? Ведь нас четверо, а он один? – Хороший вопрос. Страх. Только страх мешает нам с Мак попытаться вырваться на свободу. А вот Розе, похоже, мешает что-то другое.

Фиалка, безусловно, хотела выбраться отсюда, так что, может, у нас что-то и получится. Мы обе отчаянно хотели бежать. Мак придется долго уговаривать, но, мне кажется, и она в конце концов встанет на нашу сторону. С Розой уже ничего не поделаешь. На что бы мы ни решились, наши действия нужно тщательно продумать. И Роза не должна ничего знать о наших планах.

– Можно его отравить, – предложила Фиалка.

Я покачала головой.

– Слишком велика вероятность неудачи. Большую дозу он сразу заметит, поэтому придется травить его понемногу, но тогда нет гарантии, что он умрет именно в подвале. А я не хочу погибнуть здесь от голода. – Заколоть бы его чем-нибудь, но тут нет ничего острого. Ударить по голове чем-то тяжелым? Но из тяжелых вещей здесь только сковорода, телевизор, стулья, так что незаметно с этим к нему не подойдешь.

– Как он нашел тебя? – спросила я, чтобы сменить тему разговора. Все это происходило при Розе, и мне не хотелось, чтобы она знала, что я продолжаю думать об освобождении.

– Сварю на обед суп, – объявила Роза и поспешно отошла. Я посмотрела ей вслед. Хорошо бы с ней было все в порядке, когда мы отсюда выберемся. И тогда пусть о ней позаботится ее семья.

Роза стала доставать кастрюли из шкафа, а я повернулась к Фиалке и прошептала:

– Поговорим, когда останемся наедине. – Она посмотрела на Розу, по-видимому, поняла, что я имею в виду, и глаза ее на мгновение расширились. Теперь как никогда прежде я была полна решимости выбраться отсюда.

Потом Роза позвала нас за стол. Я заставила себя сидеть как обычно, хотя чувствовала себя ужасно. В груди болело. Хотелось свернуться калачиком, лечь в уголочке и лежать, пока нас не найдут.

– Аромат чудесный, – похвалила Мак.

Я посмотрела на пар, поднимавшийся над тарелкой. Хотела бы я растаять так же, как он.

– Лилия, не хочешь есть? – спросила Роза.

Я поела чуть-чуть супа, а к хлебу даже не прикоснулась.

– Нет. – Конечно, есть мне не хотелось. С самого первого дня в подвале я потеряла аппетит, а после вчерашнего вечера меня еще и тошнило, так что я сумела проглотить лишь несколько крошек тоста.

Роза взяла мою тарелку.

– Ну, тогда накрою пленкой и поставлю в холодильник, потом съешь.

– Я и потом не буду, – ответила я.

Роза улыбнулась.

– И все же оставлю тебе на всякий случай.

Роза и Мак начали очередную уборку ванной комнаты. Я понимала, что должна помочь, например, убраться на кухне, но не было ни сил, ни желания. Я хотела дожить до освобождения, повидать близких, но с каждым днем мысль о смерти страшила меня все меньше.

Ко мне повернулась Фиалка.

– Говорят, он спускается сюда ужинать. Это правда? – Я кивнула. – Тогда и нападем на него. Обе схватим что-нибудь и ударим его что есть силы, – прошептала она.

Черт, неужели это и есть ее гениальная задумка?

– Нет. Нужен план. Просто ударить – этого недостаточно!

Она нахмурилась.

– Это и есть план.

Нет. Нельзя просто ударить его, не продумав все детали. Многое может пойти не так, как мы предполагали, и так уже бывало в прошлом.

– Фиалка, мы уже пробовали действовать без тщательно продуманного плана, – я покачала головой. – Ничего не получится. По крайней мере, сейчас.

– Но нельзя же просто сидеть и ничего не делать. Надо что-то предпринять. Как ты можешь говорить, что сейчас неподходящее время?!

– Ты когда-нибудь видела, как убивают человека?

Она нахмурилась.

– Нет.

– А я – да. Вот потому и говорю, что не сейчас. – Я встала с дивана и ушла в спальню. Уборка вдруг показалась мне подходящим занятием.

* * *

В ожидаемую минуту дверь подвала открылась, и я похолодела. В горле стоял комок. Улыбающийся Клевер с букетом фиалок в руках спускался по лестнице.

– Добрый вечер, цветы, – сказал он. От этих трех слов у меня всегда останавливалось сердце. Я сделала шаг назад, так, чтобы нас разделял стол, и прижалась к стулу. Как ни эгоистично это звучит, но я была рада, что теперь с нами Фиалка. Значит, он займет место во главе стола и окажется дальше всего от меня.

Фиалка смотрела на него, ее губы кривились от ненависти и отвращения. Пожалуйста, не надо, мысленно умоляла ее я. Если она что-нибудь сделает, он убьет ее, а я этого не хотела. Фиалка должна жить.

Она взглянула на пустую вазу на кухонной тумбе. Ваза была слишком легкая – такой не оглушить. Я даже сомневалась, что такой удар причинит сильную боль. Фиалка заметила мой взгляд и кивнула. Я покачала головой и широко раскрыла глаза.

– Саммер, – Фиалка внезапно назвала меня моим настоящим именем. Черт! Нет! Я затаила дыхание и покачала головой. По счастью, он не услышал: в это время его приветствовали Роза и Мак.