Язык тела - А. К. Тернер

— Они должны были позвонить мне, как только поступила новая работа! — Женщина выглядела усталой. Ее глаза сильно потемнели. — Но… Я думаю, у этого конкретного сержанта был полный выводок передозированных болванов.

«Или тугодумных женщин-детективов», — подумала Кэсси. Она уже собиралась сказать Флайт, чтобы та возвращалась утром, когда взгляд Кэсси Рэйвен упал на лицо мертвой девушки. Какими бы ни были недостатки сержанта, у Кэсси было предчувствие, что она получит профиль девушки в системе пропавших без вести быстрее, чем обычно, а это означало, что семья Джейн Доу узнает о смерти дочери раньше.

— А теперь не могли бы вы ее быстренько осмотреть? — спросила Флайт. — Есть ли что-нибудь, способное помочь нам опознать ее?

Кэсси обняла тело и вытащила его из белого пластикового мешка. На девушке были хорошо скроенные, но грязные джинсы, черная футболка с надписью «Trapstar», выбитой готическим шрифтом, и тонкая куртка-бомбер. Цвет лица покойной отличался удивительной чистотой, без каких-либо струпьев и ссадин от постоянного опиатного зуда, который Кэсси наблюдала у тех, кто длительно употребляет наркотики.

Кэсси начала осматривать девушку. Она приподняла ее футболку, чтобы проверить туловище.

— Никаких синяков или других видимых повреждений. Вот на руке только, — начала Кэсси и показала Флайт следы на левой руке. — Все они довольно свежие. Вероятно, новый наркоман, который неверно оценил дозу. Мы видим много мертвых новичков, особенно тех, кто употребил какие-то сильные вещи.

Кэсси почувствовала на себе взгляд Флайт. Та, вероятно, вспомнила свой рекорд по владению оружием.

— Похоже, кто-то ей это сделал, — Кэсси Рэйвен указала на свежий след от укола в вену на тыльной стороне правой руки девушки.

Кэсси спустилась вниз по телу, осмотрела ноги и ступни девушки. Здесь не было никаких следов, но она нашла кое-что еще на правой лодыжке.

— Послушайте, это должно помочь вам найти ее.

Это была татуировка — два переплетенных сердца, обернутых колючей проволокой, прямо над костной выпуклостью, где большеберцовая кость встречалась с таранной. Кэсси смогла различить слабое покраснение на коже вокруг краев, покрытых чернилами.

— По-моему, ей всего неделя от роду. Я дам вам названия здешних тату-студий.

Кэсси Рэйвен заметила, что куртка девушки соскальзывает со стола, и протянула руку, чтобы поймать ее. Сделанная из тонкого черного атласа, она была сильно потерта сзади, но смелый черно-белый логотип внутри воротника привлек ее внимание.

— Ха! Moschino.

Флайт наклонилась, чтобы взглянуть.

— Скорее всего, это подделка или краденая, — заключила сержант.

Глаза девушки потускнели, последние следы эмоций исчезли. Кэсси провела рукой по векам, чтобы закрыть их.

— Знаете, у нас тут полно мертвых наркоманов, и большинство из них… бездомные, но эта девушка не из их числа.

— Потому что она носит Moschino? — спросила Флайт со скепсисом. — Мне она кажется довольно неряшливой.

— Нет, дело не в этом. — Кэсси представила себе, как Киран выходит из дома — газетного кокона на берегу канала. — Если вы бездомный, который должен спать в ноябре на улице, вы надеваете много слоев одежды. Если бы девушка провела хоть одну ночь на улице в таком наряде, она умерла бы от переохлаждения. Судя по дорогой одежде и свежим следам, я бы сказала, что эта живущая в трущобах девушка из среднего класса. Ее мама и папа, наверное, в бешенстве.

Флайт закинула сумку на плечо и теперь выглядела так, словно уже мысленно перешла к новой работе.

Кэсси вновь почувствовала глубокую неприязнь к сержанту.

— Я думаю, у вас просто нет детей, — огрызнулась она и посмотрела на безукоризненный черный шерстяной жакет, застегнутый на все пуговицы; на волосы, уложенные в шиньон, из которого не выбилось ни одного волоска; на безупречную матово-розовую помаду. И все это в три часа ночи.

Кэсси уловила дрожь уголков рта Флайт и пожалела о сказанном. Может, сержант пыталась иметь детей, но потерпела неудачу? Это была обычная история для женщины лет тридцати пяти — сорока.

— Так или иначе, — продолжала Кэсси. — Если мы закончили, мне нужно уложить эту молодую женщину в постель, а потом я вернусь к себе.

Девушка уложила тело обратно в мешок, но тут остановилась — она вдруг что-то заметила. Кэсси ощупала воротник футболки девушки и затем коснулась ее волос до плеч, лежащих на пластике.

— Что вы делаете? — удивилась Флайт, стоя уже на полпути к двери.

— Футболка. Вот здесь, на спине. Она влажная. Волосы под ней тоже влажные.

— Вы уверены?

— Дождя не было уже несколько дней, — Кэсси пыталась представить себе последние минуты жизни этой совсем юной девушки. — Не думаю, что у нее случился передоз. В помещении с ней что-то произошло, и кто-то пытался привести девушку в чувство.

— Хотите сказать, ей плеснули в лицо водой?

Кэсси кивнула. Ее лицо потемнело, когда она представила себе этот сценарий.

— Когда они не смогли ее разбудить, эти люди вытащили девушку на лестничную клетку и оставили там.

— Господи! — лицо Флайт исказилось от отвращения.

Кэсси почувствовала тошноту. В те времена, когда она жила в сквоте, существовало нерушимое правило: если у кого-то случалась передозировка, всегда вызывали скорую, даже если могли нагрянуть полицейские.

Флайт задержалась и внимательно посмотрела на девушку.

— Я приму во внимание ваши догадки, — наконец произнесла она. — Если мы вообще когда-нибудь узнаем, кто эта несчастная.

Флайт остановилась у полуоткрытой двери главного входа. Кэсси заметила, что женщина ковыряет кутикулу, кожа на которой стала еще краснее, чем раньше.

— Спасибо, что позволили мне увидеть труп. Я хочу, чтобы ее семье рассказали о случившемся как можно скорее, — добавила Флайт и принялась натягивать черные замшевые перчатки, подчеркивающие ее длинные пальцы. — Кассандра, что касается дела Харольда Хардвика… Мы исследовали все возможные версии, но строго неофициально, это дело больше не находится под активным следствием.

— Значит ли это, что я больше не подозреваемая?

— Я бы сказала, это разумное предположение, — заметила Флайт.

Сержант подняла глаза. Кэсси была ошеломлена — Флайт смотрела на нее с некоторой долей извинения. По-видимому, женщине было не по себе от того, что в первую очередь она подозревала Кэсси.

Облегчение сменилось чувством вины: похоже, полицейские не собирались выделять больше ресурсов на разгадку исчезновения старого джентльмена без родственников.

Кэсси поняла, что в выражении лица Флайт было не только раскаяние, но и сожаление, что люди, похитившие тело Харри Хардвика, теперь никогда не предстанут перед судом.