Обряд - Анжей Сит

снял его с зарядки? Время на нем перевалило за полдень. Встав с кровати, я подошел к окну. Надо было еще вчера все здесь рассмотреть при свете, но я как-то даже и не подумал. Дом напротив нашего участка походил на старую избу. Крыша ее пестрила дырами, труба начала рассыпаться, а дверь открылась и покосилась. Но мое внимание привлекли не эти детали. Тень, которую отбрасывал дом, двигалась. Она походила на сгорбленного старика, державшего в руках посох. Тень смотрела в мою сторону, переминаясь с ноги на ногу. Я повернулся вправо, где было еще одно заброшенное здание. Его тень тоже походила на человека. И она медленно ползла вперед, точно желая отсоединиться от избы и подойти к дому, где мы остановились.

– О, Марк, ты уже проснулся, – заспанным голосом произнесла Лиза. – Который час?

– Половина первого. – Надя опередила меня.

Я закрыл глаза, а когда открыл, то тени стали самыми обычными.

– Хорошо вчера посидели, – сладко пропела Лиза, приподнимаясь на локтях. – Я такие замечательные сны смотрела. М-м-м… Они были насыщенными и цветными. Все в них казалось настоящим. Я нюхала розы и будто в самом деле ощущала приятный аромат.

– Везет тебе. – Надя поправила растрепанные волосы и протерла заспанные глаза. – Мне вот ничего не снилось. Да и вообще сны почти не вижу. Может, это самовнушение такое? Лет пять назад прочитала в каком-то журнале, что девушки видят сны реже парней. И все. Как отрезало с того момента. Хотя до того много разного видела.

– Может, и самовнушение, – задумчиво повторил я ее слова.

Мой взор продолжал скользить по домам. На каждом имелись странные деревянные щиты, прибитые между окном и дверью первого этажа. А еще на крышах можно было разглядеть нарисованные деревья. С густыми кронами и длинными ветвями. Только черного цвета.

– Наверное, алкоголем капнула вчера. – Надя завязала шнурок на правой кроссовке и потерла пальцем небольшое пятно на платье в области живота. – Не беда, потом отстираю. Лиза, твоя ссадина почти прошла.

Девушка пощупала рукой скулу. На ней оставался лишь крохотный синяк.

– Если Марк стал смелее, то на тебе все заживает как на собаке, – рассмеялась Надя. – Поскорее бы узнать, что потусторонние силы приготовили для меня.

– Пойдемте вниз, заодно узнаем, проснулись ли уже Грин с Женей, – предложил я, отрываясь от окна.

Мы спустились вниз, но там никого не было. Пока Надя с Лизой умывались, я поставил чайник. Ждать их возвращения пришлось долго. Я даже успел дважды попить чай, приготовить яичницу с беконом и съесть свою порцию. А еще, вспомнив события вчерашнего вечера, я открыл ящик, в котором плавились ножи и штопор. Нет, нам не привиделось. Пластмасса растеклась, испачкав почти все приборы, и застыла. А это что такое? Органайзер лежал как-то криво. Я поднял его и обнаружил стеклянный амулет на веревке. Круглый, с изображением дерева. Что-то такое я видел на крышах из окон.

– Ты что там нашел? – спросила Надя, вернувшись из ванной с полотенцем на голове.

– Амулет. – Я показал предмет одногруппнице. – Сейчас. – Но интернета на телефоне не оказалось.

– У меня тоже. – Надя показала свой смартфон.

– Да просто фигня какая-то, – пожала плечами Лиза, поправляя полотенце на голове и рассматривая амулет. – Небось этот Леха в детстве сделал, а родители на память оставили.

– Два часа уже, – заметила Надя. – А Грина и Жени нет. Может, глянем, что с ними?

– Вы как хотите, а я сперва поем. И так уже все остыло. Грин, и в особенности Женя, никуда не денутся. Хотя по поводу второго я бы прям очень хотела. – Лиза уселась за стол и принялась за яичницу.

Я поколебался, не пойти ли на второй этаж, и даже двинулся к лестнице, но услышал ругань Грина, искавшего свой мобильник, и все же повернул в ванную. Не сразу сообразив, какая щетка моя, открыл кран. Напор воды оказался мощным и забрызгал футболку. Сполоснув рот, я сделал два движения щеткой по зубам и поморщился. Ощущения не из приятных. Сплюнул пасту… На раковине остались следы крови. Повредил десну? Пальцем нащупал воспаленное место. Оно не болело, но кровоточило знатно. Щелкнув по кнопке включения, я зажег светильник рядом с зеркалом и оттянул щеку, желая рассмотреть воспаление. Однако кровоточащее место оказалось слишком далеко. Увидеть, что там, я так и не смог, как ни старался. Выключив светильник, вернулся было к чистке зубов, но задержался взглядом на своей левой щеке. На нее падала тень – и в этой тени появилась густая коричневая шерсть. Я выронил щетку и потрогал лицо. Шерсть была лишь в зеркале. И только там, куда падала тень.

– М-м-м-а-а-арк, – закрался в уши чей-то шепот. Страх пробрал меня до костей. – Обернись, Мм-м-м-а-арк. Я здесь, в тени от душевой. Подойди. – Я закрыл глаза и зажал ладонями уши, но голос не пропал. Он забрался ко мне в голову, звеня в ней эхом. – Марк… Я сломаю твою тень. А потом и тебя. Ты же хочешь узнать, что я такое. Подойди к тени. И ты сам увидишь. – Я не отвечал. – Подойди же, черт побери! – Сущность перешла на крик.

Воспаление во рту взорвалось острой болью. Зуб запульсировал и сам собой выпал в раковину. Я надавил на щеку рукой. Так боль становилась слабее.

– Вам не скрыться от меня, – достиг ушей шорох. Похоже, сущность забиралась по стене на потолок. – Расскажи про меня им. Посели страх в их душах. На пятую ночь после обряда я убью вас. Никому уже не спастись. – Шорох перешел в другой звук и напоминал он стрекотание кузнечика и треск горящего пламени одновременно. А еще в воздухе запахло странной гарью. – Подними голову, М-м-м-а-а-арк. Подними же! Я прямо над тобой. Протяни мне свою руку, чтобы я выбрался из тени.

На мое плечо будто легла чья-то рука. Она поползла и коснулась моей шеи. Рука была покрыта шерстью.

– Это просто, М-м-м-а-а-арк. Открой глаза. Только так ты выпустишь меня раньше. Открой глаза, Марк! – снова вскрикнула низким голосом сущность. – Впрочем, не открывай. – Рука оставила мое плечо. – Всему свое время. Очень скоро ты умрешь.

Запах гари в одну секунду улетучился из ванной комнаты. Сущность поскрипела какое-то время на потолке и затихла. Я осторожно открыл глаза. Кроме меня, в ванной никого не было. Что со мной происходит? Я коснулся болящей щеки и глянул в раковину, где лежал окровавленный зуб. Не показалось. Оголив плечо, я увидел огромный синяк, оставленный чьей-то рукой. Голова кружилась. Я подставил лицо под холодную воду и простоял так несколько минут, пока мир вокруг не перестал раскачиваться. Дальше я тщательно прополоскал