Язык тела - А. К. Тернер

— Стойте! — воскликнула Филлида Флайт. Она заставила мужчину перемотать назад и воспроизвести одну часть кадр за кадром.

В 23:54 потрепанный синий фургон замедлил ход. Он выехал на середину дороги, чтобы повернуть направо в морг. Она уже проверила — поворот ведет только туда, так что это должен быть фургон похитителей тел. Машина зависла там на несколько секунд, боком к камере пассажирским окном — темным прямоугольником, в ожидании просвета во встречном движении для поворота.

— Хорошо. Здесь, — Флайт наклонилась вперед, и ее нос почти коснулся экрана. Женщина щурилась на вид сзади фургона. — Назад на несколько кадров. Замрите.

Судя по форме, речь шла о «Форде Транзите», но они видели лишь белый квадрат номерного знака, а цифры номера оставались расплывчатым пятном.

— Перемотайте вперед, пожалуйста, — попросила женщина сотрудника. — Я попробую разглядеть номер, когда фургон уедет.

— Леди…

— И, пожалуйста, зовите меня сержант Флайт.

Пожав плечами, менеджер быстро перемотал вперед. В течение нескольких секунд экран погас, но фургон все еще стоял на парковке морга.

— Что за…

Мужчина указал на часы, которые остановились в минуте первого, виновато покачал головой:

— Извините, леди сержант, гараж закрывается в полночь.

— Уму непостижимо! — воскликнула Филлида Флайт. Пакистанец озадаченно взглянул на нее.

На пути к двери сержант остановилась, поскольку плохо себя почувствовала, но не только из-за обиды на мужчину. Ее разозлило, что полиция не смогла защитить от обычной кражи. Следует ли Флайт пойти к инспектору Беллуэзеру и предложить провести блиц-рейд по всему району, чтобы поймать и привлечь к ответственности отъехавших с места преступления? Демонстрация полицией серьезного отношения к преступлению может отпугнуть других злоумышленников. Филлида помнила, что подобная инициатива принесла свои плоды в Винчестере.

Только вот женщина уже слышала, как Беллуэзер отвечает: «Это не Винчестер, Филлида».

— Послушайте, — сказала Флайт менеджеру, — я понимаю, вариант не самый блестящий, но я, вероятно, могу достать вам одного из картонных вырезанных полицейских? В качестве сдерживающего фактора? Некоторые АЗС буквально присягают им.

Вездесущая улыбка мужчины исчезла. Он грустно ответил:

— У нас был один, леди…

— Это сработало? — спросила сержант.

— На второй день один из молодых людей поджег его.

Следующей остановкой Филлиды Флайт был бар под названием «Каос». Требовалось проверить предполагаемое алиби Кэсси Рэйвен в предыдущую субботу вечером. Заведение представляло собой сущий притон: голые оштукатуренные стены, украшенные граффити, которые в Кэмдене считались произведениями искусства; в воздухе висел кислый запах несвежего пива. Единственными посетителями были пара немецких туристов и женщина-панк с синим ирокезом. Она потягивала пиво в баре. Панк поприветствовала Филлиду хмурым взглядом. Девушка за стойкой, которая, судя по голосу была из Восточной Европы, сказала, что бармен, которого Рэйвен назвала в качестве своего алиби, только прибыл на смену.

Тито удивленно посмотрел на Флайт, когда та спросила, знает ли он Кэсси.

— С ней все в порядке? — спросил мужчина.

Он говорил с испанским акцентом. Флайт провела большую часть взрослой жизни в Винчестере с населением, состоявшим преимущественно из белых англичан, и в многонациональной среде Кэмдена все еще чувствовала себя чужой. Словно Филлида опять стала ребенком и должна была начинать все сначала в очередной школе каждый раз, когда ее отец брался за новую работу. Маленькая Филлида справлялась с постоянными потрясениями, настаивая, чтобы как можно больше вещей оставались неизменными: ее мать не пыталась скрыть раздражения из-за того, что она должна отпустить только два платья, которые хочет носить десятилетняя Филлида, или что дочь настаивала на том же самом обеде изо дня в день. Сыр и соус «Бранстон» на белом хлебе, шоколадный зефир и яблоко сорта «Грэнни Смит». Если заменить его на «Голден Делишес», то после школы оно вернется домой нетронутым в ее коробке для завтрака.

— Да, — после паузы сухо ответила Филлида Флайт. — Мы проводим обычное расследование. Она была здесь поздно вечером в прошлую субботу?

Тито на мгновение нахмурился и опустил взгляд на бетонную барную стойку:

— Да, она была здесь.

— Когда она уехала?

Еще одна пауза.

— Примерно в половине одиннадцатого — в двенадцать.

— Вы уверены?

— Не на сто процентов, но думаю, что она ходила в клуб, — заметил бармен и, похоже, уловил что-то в глазах Флайт, поскольку добавил: — Я был немного пьян, так что не могу однозначно сказать, в котором часу ушла Кэсси.

Филлида саркастично улыбнулась. Тито явно хотел подыграть Кэсси Рэйвен, но все, чего он добился — выставил ее алиби как дрянное.

Сержант попросила разрешения сходить в туалет, а когда освободилась, ее снова подозвал Тито. Он указал на девицу с синим ирокезом, которая стучала по телефону, и сказал:

— У Лекси есть кое-что для вас.

Лекси с мерзкой улыбкой протянула Флайт телефон. На экране появилась фотография, сделанная в баре в тот субботний вечер. Стены бара были покрыты граффити и тускло освещены. Сидя в центре кадра за столом, одетая в футболку с изображением группы Ramones, Кэсси Рэйвен поднимала тост на камеру с коктейлем «Маргарита».

Было указано время: 00.06 — шесть минут первого ночи воскресенья.

Флайт пристально посмотрела на девушку-панка: могла ли она взломать данные в приложении для камеры и изменить время? Звучит неправдоподобно.

В то время, когда кто-то крал тело Харри Хардвика из морга, Кэсси Рэйвен находилась в миле отсюда и напивалась в одном из бесчисленных баров Кэмдена.

Поскольку была суббота и у Кэсси выходной, девушка лежала в постели, но, несмотря на успокаивающую тяжесть мурлыкающего Макавити на груди, ее мысли были тревожны. Чем больше Кэсси размышляла об одном конкретном факте, тем страннее он ей казался: за пять дней, прошедших после смерти миссис Э., ни в морге, ни в похоронном бюро не слышали ни слова от таинственного Кристиана — ее жениха.

Элени упомянула, что пара собиралась жить за границей. Может, жених уже обосновался где-то за рубежом? Возможно, речь шла об отношениях на расстоянии, что наводило на ужасную мысль: вдруг Кристиан все еще оставался в неведении относительно смерти миссис Э., все больше беспокоясь, что она не отвечала на звонки?

Кэсси Рэйвен переместила Макавити на одеяло. Кот укоризненно замяукал. Девушка потянулась за ноутбуком и снова открыла страницу Джеральдины Эдвардс в «Фейсбуке». Она надеялась найти хоть какой-то ключ к разгадке личности таинственного молодого мужчины, но даже через полчаса Кэсси так ничего и не обнаружила. Миссис Э. совсем недолго пользовалась социальными сетями, и среди нескольких десятков ее «друзей» не числилось ни одного Кристиана.