Алые песнопения - Клайв Баркер

– Открывайся, ты, сукина дочь!

Но дверь не двинулась и не подала ни малейшего знака, что поддается его напору. Гарри отпустил ручку и попробовал другой подход – он принялся колотить по двери кулаками и звать на помощь. Он кричал и кричал, но в ответ слышалось лишь хлюпанье находившейся с ним в одной комнате твари. Пока Гарри стучал в дверь, он дважды оглядывался на ванну, и каждый раз грубое, сотканное из волос, воды и дерьма человеческое тело было ближе к завершённости.

При первом взгляде Гарри увидел лишь голову, плечи, грубый набросок тела. При втором взгляде торс уже сплёлся до самой бесполой промежности, а по бокам болтались бескостные руки, и двигались они скорей как щупальца, чем человеческие руки. Волосы даже не попытались соорудить пальцы. Вместо этого они сплетались и связывались, пока не наградили тварь двумя кулаками, по форме напоминавшими молотки, и одним из них существо ударило в стену с чудовищной силой. Плитка, в которую врезался кулак-молот, разлетелась на осколки, и шрапнель брызнула во все стороны – Гарри почувствовал, как кожу засаднило от её уколов.

Запах экскрементов постепенно нарастал – существо подымалось со своей колыбели. Смрад стоял такой густой, что у Гарри на глазах выступили слёзы. Он вытер их ладонью и с прояснившимся зрением оглянулся в поисках защиты. У него была лишь повязанная на поясе простыня. Не густо, но лучше, чем ничего. Гарри развязал её и глянул на молоторукого противника. Существо как раз занесло ногу над краем ванны; вниз срывались комки нечистот.

Вонь стояла неимоверная. На глазах у Гарри выступили новые слёзы, но ему было некогда их вытирать. Тварь выбралась из ванной и поковыляла к Д’Амуру. Она замахнулась волосяной рукой, но тут Гарри распахнул простыню и подбросил её над смрадными водами головы противника. Простыня приземлилась на существо и прилипла к нему, как листья к мокрому тротуару.

Чудище было явно дезориентировано. Действительно ли Гарри его ослепил (вряд ли), или же его просто озадачили, эффект был один и тот же. Намереваясь снести Д'Амуру голову, тварь замахнулась на него кулаком, но за четыре-пять секунд между ослеплением и ударом Гарри опустился на корточки, убравшись с пути молотка.

Кулак просвистел всего в нескольких дюймах от головы Д’Амура, но впервые с того момента, как Гарри очутился во власти этого наваждения, он почувствовал, как от резких движений внезапно открылись раны, оставленные инфернальными крюками. Гарри схватился за травмированные бёдра – кровь просочилась между его пальцев и закапала на линолеум.

В надежде убраться подальше от молотков, окровавленный детектив отполз в угол комнаты. Только когда Гарри упёрся спиной в плитку, он осмелился взглянуть на врага. Простыня оказалась защитой куда лучше, чем ожидалось: напитавшись бурлившей во власяной сетке грязью, мокрая ткань упорно цеплялась к чудовищу, и оно начало выходить из себя.

Существо подняло руки в попытке избавиться от обузы, но его конечности были созданы для убийства, а не разборок с простынями, и тварь принялась метаться туда-сюда. Хлипкая сетка, служившая каркасом его тела, едва удерживала рвавшиеся наружу нечистоты.

Чудовище пошатнулось, и на долю секунды Гарри испугался, что тварь упадёт прямо на него, но она крутнулась вокруг оси и рухнула в противоположную сторону, ударившись о дверь. Веса воды и нечистот, бурливших в неуклюжем теле создания, хватило, чтобы снять дверь с петель и вместе с тварью они повалились в коридор.

От падения по боку твари пробежал зигзагообразный разрыв, и рана изрыгнула тёмную жижу, которую тут же поглотил ковёр. Гарри заворожённо смотрел, как чудище растеклось, оставив после себя лишь месиво из волос и фекалий. Форма этой болотистой массы отдалённо напоминала человеческий силуэт.

Когда Гарри попытался подняться на ноги, он услышал голос Дейла.

– Гарри? Ты в порядке?

Казалось, будто они находились в одной комнате. Гарри был всё еще в шоке. Он обвёл комнату взглядом и увидел, как обои на стенах замерцали, точно свечи на ветру.

– Да ладно, – простонал Д'Амур. – Не говорите, что мне всё приснилось.

И тут он проснулся.

– Я позвонил мисс Беллмер, – обратился Соломон к Дейлу с Гарри, державшими в руках крепчайшие из имевшихся в доме напитки.

Они сидели в гостиной и разговаривали о том, что произошло за последние несколько дней. Соломону, мужчине худощавому и высокому, с копной седых волос, было не меньше семидесяти пяти. Ростом он превышал Дейла на целый фут, а возрастом – лет на тридцать с лишним.

– Мистер Д’Амур, у тебя много врагов? – спросил он.

– Я потерял счёт ещё до окончания школы, – ответил Гарри.

– Правда? – встрепенулся Дейл.

– Ну, значит, вопрос закрыт, – кивнул Соломон. – Что-то проследило за тобой до нашего дома и решило прикончить, пока ты вдалеке от своих обычных защитников.

– Каких защитников?

– Людей, которые знают, кто ты на самом деле, – подсказал Дейл.

– Пожалуй, это Кез и Норма.

– И всё? – удивился Соломон. – Не многим ты доверяешь, а?

– Большинство из тех, кому я доверял, уже не с нами.

– О, милый, я буду твоим другом, – проворковал Дейл.

– Жаль, очень жаль, – сказал Соломон.

– Всё в порядке. Некоторые уходят слишком рано. Большинство живёт слишком долго.

Прежде, чем Д'Амуру ответили, кто-то резко постучал в парадную дверь.

– Пожалуй, это мисс Беллмер, – сказал Соломон. – Будьте тут.

Соломон пошел открывать входную дверь, и Нечесабельный Зуд затянул знакомую песню. Гарри заёрзал.

– Сол, что, ради бога, случилось? – послышался из прихожей голос мисс Беллмер. – Ну у тебя и вид.

– Ой, да всё то же самое, – ответил Соломон.

– Ну, хвала Господу за маленькие радости. Как наш пациент?

– Нормально.

С этими словами Соломон завёл мисс Беллмер в комнату. Казалось, будто Фредди Беллмер крайне удивилась при виде Д'Амура. Помимо её реакции Гарри обратил внимание на красивые черты её лица: высокие скулы, огромные тёмные глаза и губы идеальной, точёной формы. Но ещё он заметил, что её рост (Соломон был точно не выше) и одежды (пёстрые и пышные, они аккуратно скрывали форму её тела) определённо свидетельствовали о неоднозначности её персоны.

– Судя по всему, ваш тоник сработал, – сказал Соломон.

– По-видимому, да, – отозвалась мисс Беллмер.

– Детектив Д’Амур, познакомьтесь с мисс Фредди Беллмер, – обратился Соломон к Гарри. – Она моя старая подруга. Мы были знакомы, ещё когда… ну…

– Ещё когда я не была мисс Беллмер, – закончила она за него. – Я уверена, что ваш пациент уже и сам обо всём догадался. Не правда ли, детектив?