Запертая в своем теле - Ким Слэйтер

Новенькая опустила глаза.

— Джек задал тебе вопрос. Повтори, Джек.

— В какую аварию? — покорно повторил мальчик.

— Он упал с утеса, в Ав… Авгани-стани, — севшим голосом ответила Эви и вытерла глаза тыльной стороной ладони. — И умер.

— Он упал с утеса, Джек, — повторила Харриет.

Джек разинул рот.

— Ну, что ж. Вот такая история у нашей Эви, — радостно подытожила учительница. — Ее мама больше не ходит на работу, а ее папа упал с утеса и умер.

Матильда хихикнула.

Эви всхлипнула.

— Не вини себя. Это неприятно, но придется привыкнуть. И мы, твои друзья, тебе в этом поможем. Правда, дети?

— Да, мисс Уотсон, — хором протянули угрюмые голоса.

Три года назад

Тони

Агентство оказалось просторным и светлым. По пространству рабочей комнаты расставлены четыре стола, за одним беседовала с клиентами агент.

Я оглянулась и обнаружила, что, как и в моем бывшем офисе в Хемеле, едва вижу улицу сквозь окна — так плотно они были оклеены объявлениями о продаже.

Не желая отвлекать сотрудницу, так как все равно приехала на десять минут пораньше, я начала просматривать лежащие на общем доступе папки с информацией о сдаче недвижимости.

Солнце светило в большие окна, и очень скоро помещение нагрелось, а по спине потекли струйки пота.

Я рассматривала снимки домов, а сама думала о дочери — что-то она делает сейчас в школе? Надеюсь, уже познакомилась с кем-нибудь и ей весело…

— Чем могу помочь?

Ко мне подошел мужчина высокого роста, спортивного телосложения, довольно молодой — ему явно не было еще и сорока. Хорошо скроенный коричневый костюм, сорочка сливочного цвета, галстук, а над ними — огненно-рыжая копна густых, слегка взлохмаченных волос. Надо сказать, что результат экзотического смешения стилей был весьма привлекательным.

— Тони Коттер. Я пришла на собеседование. Боюсь, я немного рано…

— Ах-х, да, конечно же. Тони. — И он так широко улыбнулся, что его зеленые глаза почти утонули в складках кожи. Его лицо густо покрывали веснушки, издалека похожие на пятнистый загар. — А я владелец, Дейл Грегори. Очень рад вас видеть.

Мы обменялись рукопожатиями, и я фальшиво улыбнулась ему — никак не могла вспомнить, как делала это по-настоящему, когда еще не растеряла уверенность в себе.

— Давайте пройдем внутрь, и я познакомлю вас с Бриони Джеймс, нашим менеджером по продаже и сдаче жилья. — Он пошел вперед, но на ходу обернулся, чтобы снова улыбнуться мне. — Проведем собеседование втроем — вы, я и Бриони. В непринужденной, так сказать, обстановке. Ни о чем не беспокойтесь.

Неужели у меня такой напуганный вид?

Хотя, должна сказать, от его манеры держать себя и вправду стало полегче. Дейл оказался симпатягой, а его офис — приятным и располагающим. Я даже рискнула представить, как прихожу сюда на работу каждый день…

Только бы получить это место!

Пройдя через офис, Дейл шагнул в прохладный коридор, куда выходили четыре двери, и толкнул ту, которая была уже слегка приоткрыта.

Женщина в безупречном черном костюме-двойке и белоснежной, хрустящей от чистоты льняной блузке сидела за большим столом для переговоров, занимавшим две трети комнаты, и смотрела в планшет. Видимо, это и была Бриони Джеймс.

Угольно-черные волосы спускались по обе стороны ее лица. Овальные ногти покрывал лак модного в этом сезоне шиферного цвета — такой маникюр я видела в модных журналах, которые листала иногда на полках супермаркета.

Я спрятала пальцы с обгрызенными ногтями в ладони, а руки прижала к бокам.

— А вот и мы. Садитесь, пожалуйста, Тони.

Пока Дейл обходил стол, Бриони подняла голову и улыбнулась ему. Я приготовилась тоже улыбнуться ей, но она сразу уткнулась обратно в планшет.

Сидя перед ними, я ждала, пока Дейл отключит телефон, а Бриони откроет ноутбук. На столе лежали распечатанные бумаги — я узнала в них странички своего резюме и нервно сглотнула.

Черты лица у Бриони были такими мелкими, что само лицо казалось слишком крупным. Если б не широкие щеки и массивный лоб, ее можно было бы назвать красивой.

Она так часто поправляла блокнот, ручку и планшет, что поневоле подумалось — видимо, компенсирует свои физические недостатки стремлением придать всему вокруг безупречный вид.

В лишенной индивидуальности переговорной было так душно, что пиджак, который прежде едва ли не висел мешком, теперь вдруг сделался тесноват в плечах и спине.

Я выпятила вперед нижнюю губу и дунула на прилипшую к лицу челку.

Разумеется, именно этот момент и выбрала Бриони для первого визуального контакта со мной, оставив мою кривую улыбку без ответа.

Дейл снова повернулся к ней.

— Как я уже говорил, это Бриони Джеймс, наш менеджер по продаже и аренде жилых домов. Если вам повезет, то будете работать под ее непосредственным руководством.

Я снова улыбнулась и кивнула, а Бриони растянула тонкие губы в узкую прямую линию — видимость улыбки на кислом лице.

Дейл положил руки на стол, переплел пальцы и подался вперед.

— Ну что ж, Тони, расскажите немного о себе и о том, почему вы решили ответить на наше объявление.

Начала я хорошо, с краткого обзора моего образования и опыта работы до настоящего времени, не акцентируя внимания на том, что на прежнем месте работы сама была менеджером, и старательно поддерживая визуальный контакт.

— У вас есть диплом? — перебила Бриони.

— Нет, но школу окончила с отличием. Дальше только работала.

— Ну и ничего страшного, — жизнерадостно заметил Дейл. — Зато вы умеете работать.

— Я обратила внимание на некоторые пробелы в вашей биографии. — Бриони взглянула на распечатку. — Пять лет назад пропущен год, и последние два года вы, кажется, тоже нигде не работали. Устали продавать недвижимость и решили отдохнуть?

Обида полыхнула в груди.

«Вообще-то, мисс Всезнайка, именно в последние два года мне пришлось так тяжко, как ни на одной работе прежде, — рвалось с языка. — Не сойти с ума и пережить все, что на меня свалилось, — вот это была задача так задача».

— Пять лет назад я брала отпуск по уходу за ребенком, когда родила дочь. — На долю секунды мне показалось, что по лицу Бриони скользнула тень недовольства. — А два года назад пришлось оставить работу по причинам личного характера.

Я заранее продумала, как буду говорить о смерти Эндрю, если эта тема вдруг всплывет. Точнее, заранее решила, что на собеседовании говорить об этом не буду. Во-первых, это неправильно, а во-вторых, я могу расплакаться, что будет уж совсем ни к чему.