Крылатый Колченог - Андрей Бехтерев

– Крылатый Колченог, – представился Сера, искусственно улыбнувшись.

– Симпатично у вас. Обожаю запах бумажного пота.

– Вы по делам? – уточнил Сера.

– По делам сердечным, – усмехнулся дирижер. – Был рядом, но обстоятельства заставили подождать. Думал куда податься, смотрю ваш офис. Не устоял перед искушением отвесить поклон.

– Чай, кофе? – спросила Полина.

– Может коньяк, виски? – улыбнулся дирижер.

– У нас нет. Шампанское осталось, – вспомнила девушка.

– Спасибо. Стакан воды, если не трудно. Что без музыки сидите? Замышляете злодейство?

Полина убежала за водой.

– Вы каждый день ходите в тренажерный зал? – не ответил на вопрос Сера, достаточно бесцеремонно разглядывая дирижера.

– По выходным, – улыбнулся Спиноза, тоже смерив взглядом супергероя.

– Зачем же? Вы и так красивый.

– Это Полина у вас красивая. Просто заноза в сердце.

– Надо быть деревом, что бы оставить занозу в таком нежном сердце.

– Да? Вы, наверное, хотели сказать: «отвали, гнида, от моей секретарши»? – засмеялся дирижер и зачем-то взял в руки небольшую фарфоровую фигурку кошечки с бантиком со стола Полины.

– Ваша вода, – сказал вместо ответа Сера, увидев, как девушка возвращается с полным стаканом.

– Грация, – сказал Спиноза Полине, поставил котика на место и сел на диван. – Скажите, Крылатый Колченог, это вы изображены на постере?

Дирижер показал на постер с супергероем, висящий на стене.

– Я, – сказал Сера.

– У вас есть такой костюм?

– Конечно. Один в один.

– А это случайно не символ цветка папоротника изображен на большом здании? – дирижер показал на пиктограмму, нарисованную на одном из городских зданий, над которыми летел супергерой.

– Да, это он, – ответил Сера.

– А вы знаете, что сегодня та самая ночь, когда этот цветок расцветает? Очень многие хотят его сорвать.

– Знаю. Только, если вы один из многих, голову берегите, а то оторвут черти, – серьезно сказал Сера.

– Я ее спрячу.

– Это черти ее спрячут, так что не найдете больше. У них для этой цели есть мешок с веревочкой.

– Спасибо, что так переживаете за мою голову, но вы не знаете силу музыки. Сидите тут в тишине. Слышали про Тосканини? Итальянского дирижера?

Полина кивнула. Сера промолчал.

– Про него есть история, как раз на тему суперменства, – продолжил дирижер. – Он мог зажигать дирижерской палочкой вещи на расстоянии. Один раз чуть театр не сгорел.

– Как он это делал? – заинтересовался Сера.

– Внутри музыки есть чудный огонь, который может превращаться в обычный при определенных условиях.

– Он наводил палочку на объект и тот загорался? – уточнил Сера.

– Ну да. Только для этого нужно было сложное стечение обстоятельств. Тосканини сам не понимал, как это происходит. Это походило на случайный разряд молнии. Только в конце своей бесконечной жизни он родил рецепт.

– И вы его знаете?

– Я его знаю.

– Расскажите.

Спиноза засмеялся.

– Не расскажу. Он слишком дорого стоит, – сказал дирижер. – Просто пока звучит музыка, я хозяин огня. А вы меня чертями пугаете.

– Музыка закончится.

– Только когда я захочу, – сказал дирижер. – Рецепт сложный и даже если я с вами поделюсь, у вас все равно ничего не выйдет. Потому что у вас нет главного ингредиента – любви к музыке.

– Если вы с музыкой так любите друг друга, то зачем тогда вам еще цветок папоротника?

– Дорогой мой, Крылатый Колченог, вы же не меньше меня знаете, что такое жажда. Что бы насытится достаточно булки с мясом, чтобы напиться недостаточно всей воды мира.

– У вас сахарный диабет. Сходите к врачу.

Спиноза улыбнулся и взял стакан с водой.

– Вы, наверное, учились в музыкальной школе? – спросил он Серу, допив воду. – Владеете сольфеджио?

– Владею, – кивнул Сера.

– Не удивительно, что вы так ненавидите музыку.

– У меня нет ненависти к музыке. Просто я смотрю на нее не так, как вы. Я смотрю на нее с противоположной стороны и мне сложно разделить ваши меломанские восторги.

– Что же эта за сторона такая? То есть мы видим лицо музыки, а вы видите ее зад?

– Нет. Наоборот.

Спиноза засмеялся и поднял вверх руку, готовясь ответить. Но в этот момент зазвонил его телефон. Дирижер тут же изменился в лице, нервно вытащил телефон из кармана и снял трубку.

– Привет… – сказал он взволновано. – Я тут недалеко. Никуда не уходи. 5 минут и я буду. Я бегу. Целую.

Спиноза встал, молча пожал руку Сере, поцеловал Полине.

– Увидимся, – сказал он и быстро пошел к выходу. В дверях он столкнулся с высокой девушкой в коротком платье и большой сумкой через плечо. Дирижер пропустил девушку и убежал. Девушка зашла в офис и, переводя взгляд с Серы на Полину, спросила:

– Помпоны заказывали?

– Да, – растерянно сказала Полина, – проходите.

Она была расстроена, что дирижер так быстро ушел.

– Да я вроде уже прошла, – сказала девушка, доставая из сумки черный пакет. – Вот, короче, 118 помпонов, проверяйте и расплачивайтесь.

– А вас как зовут? – спросил Сера, внимательно рассмотрев курьершу.

– Оля, а что так?

– Просто сколько будет стоить арендовать вас на этот вечер?

– Если без извращений, то 300 баксов.

– То есть вы свободны?

– За 300 баксов – да.

– А за 200?

– 3 660 за помпоны и 450 – доставка, – вместо ответа сказала девушка Оля.

– Просто другая такая же Оля согласилась за 200, – стал объяснять Сера. – Как-то нехорошо получится – работа одна, а деньги разные.

– Заплатите ей 300, проблем-то.

Сезар открыл входную дверь и сделал два шага назад. В квартиру быстро зашел Спиноза и крепко обнял его.

– Папа, я тоже рад тебя видеть. Дверь только закрой, – устало сказал молодой человек. Дирижер отпустил сына и закрыл дверь на замок. Сезар прошел в комнату.

– Сынок, что-то не очень выглядишь, – бодро сказал дирижер.

– Так бывает перед смертью.

– Не унывай. Смерть отменяется. У меня отличная новость. Мы сегодня воскреснем. Чуть-чуть еще потерпи.