Игра на вылет - Лорен Вайсбергер

Столовая для теннисистов была пустой. Обычно здесь собирались толпы теннисистов, менеджеров, тренеров, спарринг-партнеров, агентов, родных и друзей. Плоские экраны, свисающие с потолка, показывали в прямом эфире все матчи, которые происходили вокруг этого места, а матери и няньки бегали вокруг столов за детишками, подманивая их шоколадным молоком и печеньем. Нельзя было сделать и шага, чтобы не услышать разговоров по меньшей мере на трех языках. Повсюду люди толкались и окликали друг друга на испанском, хорватском, сербском, немецком, испанском, китайском, русском, французском и английском со всеми мыслимыми акцентами. Люди печатали на ноутбуках или айфонах, вели переговоры, перестраивали графики, заказывали билеты, отменяли билеты и снова заказывали. Чарли любила бурлящую энергию этих столовых, особенно на Шлеме. Проведя в теннисе столько лет, она могла подойти к любому столику и узнать за ним, по крайней мере, десяток человек. И сегодня ей грустно было видеть помещение пустым.

Быстро подсчитав, что она уже съела на завтрак (белковый омлет с овощами, ржаной тост, фруктовый салат, творог и кофе), в какое время будет тренировка (в три часа) и матч (в семь вечера), Чарли выбрала парфе из обезжиренного йогурта, белковый мюсли и банан.

– Удачи вам сегодня, – пожелала девушка-кассир, выбивая чек.

Чарли улыбнулась и поблагодарила ее. Когда она вернулась к столу, Марси уже ждала.

– Что тебе взять? – спросила Чарли, ставя поднос. – Хочешь свой любимый сэндвич с индейкой и диетическую колу?

Марси покачала головой.

– Ничего не нужно. У меня чай.

На улице было тридцать два градуса, но Марси обхватила ладонями пластиковый стакан с чаем, от которого шел пар, словно чашку с горячим шоколадом на горнолыжном курорте.

Чарли села напротив своего бывшего тренера.

– Чарли, не могу описать, как я тобой горжусь. В прошлом году в это время ты была в реабилитационной клинике. Теперь ты в часе от финала Большого шлема. Огромное достижение.

– Это все ты, – сказала Чарли. – Тодд много сделал для моего имиджа и нанял Дэна, благодаря чему мои тренировки стали более продуктивными, но именно ты всему меня научила. Ты взяла меня с базой, которую дал мне отец, и довела мои удары и игру до следующего уровня. Ты научила меня правильно питаться, не ударяясь в фанатизм, поддерживать хорошую физическую форму, не изнуряя себя, и достойно вести себя как на площадке, так и вне ее. Интересно, что бы ты сделала со мной, случись Чарлстон при тебе? Когда я подала, не дождавшись готовности соперницы?

Марси улыбнулась, поняв, о чем говорит Чарли.

– Ты шутишь? Я заставила бы тебя отдать проклятый титул обратно.

– Именно. А Тодд меня похвалил.

– Не удивлена.

– Я возненавидела себя после того матча. И его тоже.

– Мне очень жаль это слышать, Чарли. У тебя есть все, что нужно для победы в честной борьбе. Тебе не нужны подобные трюки.

– Теперь я это знаю. И, в частности, поэтому уволила Тодда. Ну, скажи. Скажи, что ты меня предупреждала.

– Я тебя предупреждала. Но не кори себя так сильно, Чарли.

– В общем… Все это просто очень длинное и путаное извинение.

– Тебе не за что извиняться. Мы работали вместе десять лет. Я счастлива, что вырастила тебя от юниора до профессионала. Вполне понятно, что ты хотела иметь новую перспективу. Это полезно.

– В теории.

– Иногда и на практике. Возможно, Тодд не был подходящим для тебя тренером, однако на свете есть много потрясающих тренеров.

– Мне нужна ты, – выпалила Чарли, хотя распланировала целую стратегию, даже записала речь, чтобы ничего не забыть. – Я хочу снова работать с тобой.

Марси молчала.

– Ты, наверное, ненавидишь меня, Марси, или, по крайней мере, думаешь, что я идиотка. Впрочем, я и была идиоткой, потому что рассталась с тобой. Но не могла бы ты рассмотреть возможность того, чтобы присоединиться к моей команде? На этот год. Один год. Потом я собираюсь вернуться в колледж. А в новом сезоне я хочу попытаться выиграть турниры, которые еще не выиграла. Кроме того, я планирую посмотреть невероятные страны, которые я посещаю каждые двенадцать месяцев, но по-настоящему никогда не видела. Я знаю, что прошу многого, особенно после того, как… Ты вернешься ко мне?

Когда Марси грустно улыбнулась, Чарли поняла, что ничего не выйдет.

– Я скучаю по тому, как мы с тобой смотрели сериалы по вечерам, – сказала Чарли.

Марси рассмеялась.

– Я по этим вечерам тоже скучаю. Не смотрела «Мастера ремонта»? Чип и Джоанна сначала меня раздражали, а теперь я их даже полюбила.

– Я тоже! Правда, немного устала от ее одержимости светлыми шкафами и темными столешницами…

– Чарли. – Марси кашлянула, затем сделала глоток чаю, словно подкрепляя свою решимость. – Я не смогу тебя тренировать.

Чарли почувствовала, как краснеют щеки. Конечно, глупо было и просить.

– Я хотела бы работать с тобой снова. Собственно, это даже не работа. Но мне нужно… личное время. Я беременна.

Чарли почувствовала волну облегчения.

– Ты беременна? Правда?

– Четвертая попытка была удачной. Двенадцатая неделя. Я рожаю в феврале следующего года.

– О, боже! Поздравляю! Я знаю, вы давно пытались, и мне было неудобно затрагивать эту тему… Я так рада за вас обоих!

Лицо Марси засветилось.

– Спасибо. Мы оба в восторге! Но, как ты можешь себе представить, следующие шесть месяцев Уилл будет держать меня на коротком поводке. Никаких международных перелетов, а после седьмого месяца вообще никаких поездок. Так что сейчас я не гожусь для работы в турне.

– Конечно! Я понимаю!

– Но, Чарли… я бы вернулась, если бы могла.

– Честно? – спросила Чарли.

– Честно. И скоро вернусь. Это был один из лучших периодов моей карьеры.

– Моей тоже. – Чарли вытерла непрошеную слезинку.

– Не плачь в день финала. Все хорошо. Как ты настроена на сегодняшнюю игру?

Чарли улыбнулась сквозь слезы. Она понимала, что только часть ее эмоций связана с Марси, а большая их часть вызвана волнением из-за того, что она прошла в финал Открытого чемпионата США. Домашний фаворит. В тот вечер она играла на родной земле, и двадцать три тысячи болельщиков скандировали ее имя. Невероятное ощущение.

Чарли сделала глоток воды.

– Даже не знаю. Физически я чувствую себя сильной и готовой. Эмоционально – на грани нервного срыва. И, пожалуй, испытываю облегчение, что играю с Карин, а не с Натальей.

– Я была в Эмиратах, когда ты играла в полуфинале против Натальи. Ты просто разбила ее игру. Разобрала очко за очком. Ты задавала темп матча и не давала ей расслабиться ни на секунду. Ты была сосредоточена, технична и контролировала каждый мяч. Мне не нужно объяснять тебе, что выигрыш сета всухую в полуфинале Шлема, тем более против Натальи Ивановой, – чертовски впечатляет, и если ты сумела это сделать тогда, то ты можешь сделать это и сегодня вечером.