Тринадцатая редакция. Найти и исполнить - Ольга Лукас

– Особо не будем, – кровожадно оскалилась Галина. – Так, слегка поистязаем, а потом прирежем.

– Если можно без этого обойтись – то будет здорово, если вы обойдётесь, – твёрдо произнёс шеф. – Кастор уже однажды намекал мне, что в общей системе координат мы с вами вроде как представляем собой условное добро.

– А условное добро должно быть с безусловными кулаками! – тут же ввернула Марина. – Иначе как окружающие догадаются, что это добро?

– Во-первых, окружающим вовсе не обязательно об этом догадываться, – отрезал Даниил Юрьевич, – а во-вторых, если добро сжимает в своих безмерно добрых кулаках ножи, кастеты и битые бутылки, то самих кулаков за этим арсеналом уже не видно.

– Понятно, шеф, – козырнула Галина. – Прибережём арсенал для Студента. Хорошие кулаки тоже на многое годятся. Можно идти?

– Нужно, – ответил Даниил Юрьевич и посмотрел на Бойцов так, словно их уже не было в его кабинете.

Сестры Гусевы поняли намёк и молниеносно исчезли. Стоило им удалиться, как со своего места вскочил Виталик. Сил его больше не было терпеть – так хотелось похвастаться своим открытием. А если сейчас все начнут разбегаться по чертовски важным делам, то останутся они наедине с шефом, который, конечно, работу его оценит и, возможно, даже скажет что-нибудь доброе, но это же совсем не то.

Коротко пересказав оставшимся свой вчерашний разговор с Йозефом Бржижковским, Техник гордо подбоченился и принял картинную позу: мол, аплодируйте мне все, я молодец. Но публика отчего-то аплодировать не думала, и восторгаться вроде бы тоже не спешила. Виталик озадаченно покрутил головой и сел на своё место. Все молчали, ожидая, видимо, продолжения истории или, может быть, какого-нибудь знака от шефа, но шеф тоже безмолвствовал.

– Здорово, что вы помирились с нашим писателем. Я так за тебя переживала! – наконец нашлась Наташа.

Всё тут же пришло в движение: Денис подвинул поближе блокнот для записей, Шурик откинулся на спинку стула, Константин Петрович поправил на переносице идеально сидящие очки, Лёва протёр глаза и потянулся.

– Да, действительно здорово, – кивнул Даниил Юрьевич. – А теперь давайте перейдём…

– Подождите, не надо переходить! – запротестовал Виталик. – Послушайте, ну неужели я так плохо объяснил? В Мутном доме, на последнем этаже сидит главный паук.

– Мы там вчера уже были, ага, – отозвался Лёва. – Там просто дофигища пауков!

– Виталик, извини, но это правда как-то несерьёзно, – нанёс следующий удар Шурик. – Обыкновенные сектанты – знаешь, сколько их собирается в разных уголках города?

– Не знаю, я же не сектант, – неприязненно ответил Виталик. – А ты знаешь, стало быть? Ты перепись сектантского населения проводил? Слушайте, люди, ну вы совсем слепые, что ли? Ведь всё совпало – и место, которое я вычислил, и то, что видел господин Бржижковский!

– То, что данные, полученные с помощью какого-то там алгоритма, тобой же и выдуманного, совпадают с пьяным бредом нашего уважаемого гения, ещё ни о чём не говорит, – отрезал Константин Петрович. – Можно повежливее об отсутствующих, а? – снова вскочил с места Виталик. И тут же плюхнулся обратно – он же всё-таки не Лёва, чтобы доказывать свою правоту кулаками. Тем более что сам Лёва сидит неподалёку, и в случае спонтанной драки правда будет на его стороне. А Лёва уже чётко высказался.

– Ну хорошо, – несколько сбавил обороты Цианид. – Не пьяный бред, а трезвое пророчество. Наш удивительный автор отрабатывал на тебе очередной роман. Радуйся – ты первым услышал завязку, потом сможешь мемуары писать.

– А ничего, что этот роман подозрительно напоминает наши суровые рабочие будни? Может быть, он под защиту твою подкопался? – Виталик попробовал подойти с другой стороны.

Но Константин Петрович как будто заранее подготовился к этому каверзному вопросу, потому что, не задумываясь ни на секунду, отчеканил:

– Спешу тебя разочаровать. Во-первых, историй о купле-продаже душ, в том или ином виде, рассказано и написано вполне достаточно для того, чтобы обыватели насытились, а умники перестали воспринимать это явление всерьёз. Во-вторых – и это, пожалуй, главное, – ты уверен, что наш писатель рассказал тебе именно то, что ты услышал? Может быть, ты подсказывал ему правильные ответы, задавал наводящие вопросы для того, чтобы твой результат приблизительно совпал с тем, что он увидел?

Виталик затравленно огляделся – кажется, его словам никто не придал особого значения, все решили, что Техник опять болтает для того, чтобы разрядить атмосферу, а тут ещё Денис встал со своего места и как будто демонстративно отошел от него подальше, на противоположный край стола.

– Что, и ты против меня, да? – с укором посмотрел на него Техник. – Ты тоже мне не веришь?

– Напротив. Просто у меня уши рядом с тобой закладывает – ты так громко хочешь, чтобы все перестали тупить и врубились в очевидное…

Эта фраза, почерпнутая из лексикона Виталика, в устах Дениса прозвучала крайне неожиданно.

– Испортили мальчика, – констатировал Лёва. – Научили плохому!

– Да нет, это я так думаю, – успокоил его Виталик. – Послушайте, ну даже Читатель вам говорит – не тупите, почему вы уверены, что я вас обманываю?

– Ты-то нас не обманываешь. Но ты мог сам обмануться, – устало сказал Константин Петрович. – Просто потому, что тебе слишком хотелось найти ответ на вопрос, который всех волнует. Вчера тебе дали шанс – и что же? И ничего. А сегодня, как ты заметил, Бойцам и так есть, чем заняться.

– Хорошо. Тогда я пойду туда один и сам всё разведаю! – не сдавался Виталик.

– И заблудишься, – подсказал Лёва, – в лестничный пролёт свалишься! Познакомишься с привлекательной людоедкой и забудешь обо всём.

– То, чем ты сейчас занимаешься, называется отрицательным программированием, – заявил Виталик. – Надеюсь, это было сделано не преднамеренно.

– То, чем ты второй день уже занимаешься, тоже называется отрицательным программированием! – немедленно завёлся Лёва. – И из-за того, что ты отрицательно что-то напрограммировал, мы с Мариной вчера зря потратили два часа! Надеюсь, это тоже был сделано непреднамеренно!

Виталик почувствовал, что сейчас сдастся. Величайшее открытие, казавшееся ему ещё с утра таким значительным и неоспоримым, превратилось в глупую выдумку ленивого ума.

– Если ни у моего непосредственного начальника, ни у вас, Даниил Юрьевич, не возникнет возражений, я бы пошел вместе с ним, – неожиданно сказал Денис. – Мне кажется, что надо проверить это место. Пусть даже мы ошибаемся.

Виталик немедленно приободрился – Денис был не тем человеком, который станет заниматься бессмысленной ерундой только ради того, чтобы поддержать кого-то в трудную минуту. Значит, открытие всё-таки величайшее?

– У меня, конечно, не возникнет возражений, – растерянно пробормотал Шурик. – Но зачем?

Даниил Юрьевич, по своему обыкновению наблюдавший за этой беседой несколько со стороны, наконец решил вмешаться: