Милый Ханс, дорогой Пётр - Александр Миндадзе

– Куда ты нас тащишь? – сказал он соседу, Крокодилычу. – Я так и не понял. Мне домой надо, чудак-человек, у меня работа.

– Как – куда? – отвечал Крокодилыч. – Был же приказ: в Гуськово, в оцепление.

– Так что, продолжаем? – обрадовался Слон.

Обернулся к Герману. И тот кивнул утвердительно.

Все четверо улыбались. А Султан сказал:

– Я не против!

И приехали в такой же маленький городок, к такому же автовокзалу. Бетонно-стеклянный куб кинотеатра так же царил на площади.

А на скамейке, встречая автобус, сидели Афонин и Спиркин.

– Что за сон! – сказал Султан. – Мы что, обратно приехали?

– Давно не виделись, – пробурчал Крокодилыч.

– Вы откуда, братцы? – спросил добродушно Слон. – Ну здравствуйте. – И полез обниматься.

Обнимались долго. Пришлось обниматься каждому с каждым, чтоб не было обид. Дважды стискивали Костина свалившиеся с неба однополчане, а в третий раз его без повода обнял Слон, обнял от избытка чувств.

– Видите, как плохо бросать товарищей, – сказал погодя Спиркин. – Пришлось обгонять вас на попутной… Вы вообще-то куда?

Костин не отвечал, и Спиркин продолжал с обидой:

– Если уж решили от нас избавиться, пожалуйста, мы можем путешествовать отдельно.

Костин похлопал его по плечу. Вопрос был решен.

– Мы подумали: черт с ним, когда еще в жизни будет! – снова заговорил Спиркин. – Никто не знает, где ты, не ждет, не ищет!

И шестеро мужчин несколько помятого вида с нехитрыми вещичками в руках и за плечами бодро двинулись по улицам незнакомого городка.

– А теперь вопрос на засыпку, – сказал, остановившись, Султан. – Что это такое? Смотрите туда!

– Куда?

Султан показал куда. Никуда, просто на улицу. И они увидели эту улицу, прохожих, автобус, милиционера. Все было так, как всюду, и все было не так. По улице шли женщины: подруга с подругой, и еще одна подруга с подругой, и бабушка с внучкой, и две школьницы переходили улицу, модная девушка вышла из парикмахерской, и за рулем самосвала сидела женщина в платке, и женщина-милиционер стояла с жезлом на перекрестке.

– Что за город, ребята? – удивился Султан.

– Смотри сюда! – взял его за локоть Афонин.

Перед ними была Доска почета – щит с фотографиями. И оттуда смотрели опять одни женщины.

– Чур, это моя! – сказал Султан.

– Которая?

– Вон, с челкой.

– Ну и вкус.

– Вкус у меня, ребята, правильный. А твоя – вон, толстая.

– А что, ничего!

– Подождите, вот эту я себе беру!

Так они развлекались, пьянея от праздности и свободы, пока Крокодилыч не вскричал радостно:

– Вон мужик, смотрите!

– Где мужик, где?

– Эй, малый, иди сюда!

Мужчина, хоть и неказистый, но важный, подошел не спеша и, прикурив первым делом, встал, сунув руки в брюки, которые, сразу видно, носил здесь по праву.

– Ну? Что за шум, а драки нету? – спросил он по-свойски.

– Тебя увидели. Ты здесь один, что ли?

– Один к десяти.

– Хорошо устроился. А что же за город такой? Текстильная промышленность?

– Она, – сказал мужчина.

– Как же ты управляешься, малый?

– Оставайтесь. Научу.

– Николай! Долго я буду, нет? – раздался женский голос, и единственный представитель мужского пола сразу поспешил навстречу жене. Она стояла с сумкой у магазина.

На почте тоже были одни женщины. Здесь оживился Спиркин:

– Здравствуйте. Можно от вас телеграмму отправить? Срочную!

– Здравствуйте. Можно.

– А позвонить по междугородной?

– Ждать придется.

– Тогда телеграмму.

– Постой, – остановил Спиркина Слон. – Какая телеграмма, ты что?

– Нужно, ребята. Просто – жив-здоров.

– Во-первых, ты не жив, а тем более не здоров, – сказал Султан. – Тебя ракетой накрыло. Всё-всё, пошли, никаких телеграмм.

Женщины на почте с удивлением слушали странный разговор.

А потом были женщины в столовой, где приземлились проголодавшиеся друзья. Подносы с обилием блюд красноречиво говорили об их аппетитах. Группа девушек, обедавших за соседним столиком, с любопытством следила, как они поглощают борщи и бифштексы.

– Что, девушки? Соединимся? – предложил Султан и, не дожидаясь приглашения, двинул столик к столику девушек.

Афонин задержался у прилавка буфета. Его окликнули:

– Василий Сергеевич, ты что там? Вина не будет, мы вина не пьем!

– Вот так, девушки, – продолжал Султан. – Видели непьющих мужчин? Вот это мы. А вы работаете в магазине, в промтоварном. Тут, напротив. С двух до трех перерыв. Правильно?

– Нет, неправильно, – отозвалась одна из девушек. – Сегодня выходной, воскресенье.

– Как? Воскресенье? А я и забыл! Что же, и милиция не работает?

– А вам уже в милицию?

– Прописаться, – отвечал Султан. – Ну так что – воскресенье, какие планы? Кино, танцы?

– А что?

– Да вот хотим провести досуг. Мы люди военные, не смотрите, что в штатском, это у нас такое задание, и к тому же нас ракетой накрыло, так что нас вроде как и нет!..

В парке на танцплощадке играла во всю мощь радиола, топтались парочки. Друзья были здесь в обществе девушек из столовой, новых своих знакомых. Девушек было пять, их – шесть. Спиркин, которому не досталось парт-нерши, сидел на лавочке среди немногочисленных зрителей.

Танцевал Султан.

– Да никак меня не звать. Дух. Я тебе правду говорю. Мы с того света. Духи.

Девушка смеялась:

– Потише, дух! Руку убери!

Вел свою партнершу, смешно притопывая, Слон – Слонов.

– Слушай, ты симпатичная. Сколько тебе лет? Только не говори “все мои”, я это каждый раз слышу. Сколько?

– Двадцать шесть.

– Разведенная?

– Да.

– Муж выпивал?

– Откуда вы знаете?

– Да я сам такой. Жена от меня ушла. Нашла трезвого. Он ей покажет.

– Танцуете странно.

– Да я в жизни не танцевал.

– А бросить пить?

– А я завязал. Месяц уже ни капли. Ничего не зашивал, так – сила воли. Слушай, выходи за меня.