Ежевичная зима - Сара Джио

– Нет, – ответила я. – Просто… – я опустила взгляд. – У тебя найдется минутка, чтобы поговорить?

Доминик кивнул и положил бумаги на ближайший столик.

– Я весь внимание.

Мы сели за столик у окна. Мимо прошла пара, выгуливавшая мопса, они держались за руки. Бриттани задержалась у двери, прежде чем выйти.

– До завтра, – сказала она.

Доминик помахал ей рукой и повернулся ко мне.

– Что случилось?

Я вздохнула.

– Ты знаешь, что такое порвать отношения с близким человеком, ведь так?

– Это был кошмар.

– А как ты понял, что все… – я замялась, – кончено?

– Отношения разладились задолго до этого, – ответил Доминик. – Мы перестали смеяться. Она допоздна задерживалась на работе и не звонила мне. Я начал проводить больше времени с друзьями. Все катилось, словно снежный ком. И к тому же она была – как бы это помягче выразиться – сумасшедшей.

Я слабо улыбнулась. В том, что я собиралась сказать, не было ничего забавного.

– Боюсь, мой брак пришел к концу.

– Клэр, мне очень жаль.

Я сцепила пальцы и посмотрела прямо перед собой. У меня ныло сердце, и я не могла найти себе места.

– Я не могу простить предательство.

– Понимаю, – сказал Доминик. – Я через это прошел. Больно. Мне бы очень хотелось утешить тебя.

– Спасибо, что ты слушаешь меня. Здесь, в кафе, мне спокойнее.

Доминик потер лоб, как будто вспоминая что-то неприятное. Он посмотрел на свои часы.

– Слушай, знаешь, что тебе нужно?

Я дернула плечом.

– Что же?

– Пиво. Решено, я веду тебя в «Келлс». Мой приятель играет в группе, которая выступает там сегодня вечером. Они исполняют песни «U2»[7]. Тебе понравится. Напьешься до чертиков, погорланишь песни, а потом я отвезу тебя домой и прослежу за тем, чтобы все было в порядке.

– Ну, не знаю, – с опаской протянула я.

– Брось, – сказал Доминик, – нет ни одной проблемы, которую бы не помог решить «Гиннес».

– Ладно, – я улыбнулась, – я действительно люблю «U2».

Доминик, явно довольный, широко улыбнулся.

– Отлично. Я только возьму второй шлем.

Я ждала у бара и смотрела на документы, которые Доминик оставил на столике справа. Беспорядок напомнил мне домашний кабинет Этана. Я всегда там наводила порядок. Его ахиллесовой пятой были бумаги. Складывая документы Доминика в аккуратную стопку, я почувствовала, как сердце мое сжалось.

– О, – нервно отреагировал Доминик, откладывая второй шлем и наклоняясь, чтобы забрать документы из моих рук. – Я это возьму. Прости за беспорядок.

Повисла неловкая пауза, пока Доминик убирал бумаги в ящик под стойкой. Он улыбнулся, снимая напряжение, и протянул мне шлем.

– Готова?

– Да, – отрапортовала я и последовала за ним на улицу к мотоциклу.

* * *

Доминик вел меня через толпу потных, накачанных пивом студентов. Я мгновенно пожалела о том, что согласилась прийти в этот клуб, но тут со сцены раздалась мелодия песни «U2». Вместо солиста известной группы, Боно, пел лысеющий парень с солидным животом. Доминик протянул мне пиво, светло-коричневый пенистый напиток, я сделала глоток, потом еще один. Мы вместе заняли свободный пятачок возле бара. Когда освободилось место на танцполе, Доминик за руку потянул меня туда.

– Хочешь потанцевать?

Я уже допила второй бокал, поэтому, не раздумывая, ответила согласием. А когда группа заиграла «With or Without You», я положила отяжелевшую голову на грудь Доминика. Я ужасно тосковала по мужу, но мне нравилось, как Доминик обнимал меня. Он был таким надежным, и я чувствовала себя в полной безопасности. Когда песня закончилась и музыканты заиграли вступление к «One», я не стала возражать против того, что его руки скользнули по моей талии ниже.

– Клэр?

Я услышала свое имя. Голос был женский. Но чей? Я посмотрела через плечо Доминика, потом почувствовала, как меня похлопали по плечу. Я повернулась и от удивления приоткрыла рот. О, боже. Это была сестра Этана, Лесли. После нашего знакомства мы с ней часто выясняли отношения, но теперь мне грозил конфликт пострашнее Третьей мировой войны.

Лесли многозначительно посмотрела на Доминика, потом одарила меня подозрительным взглядом.

– Что ты здесь делаешь, Клэр?

– О, привет, Лесли, – произнесла я, стараясь быть как можно спокойнее. – Это мой друг Доминик.

– Друг?

– Лесли, – резко отреагировала я, – не знаю, на что ты намекаешь, но хочу сказать, что не обязана ничего тебе объяснять.

– Скажи это Этану, – парировала она, доставая мобильный телефон.

– Давай, звони, – посоветовала я, – он даже не ответит. Он в отеле «Олимпик» вместе с Кассандрой.

У нее отвисла челюсть.

– Спокойной ночи, Лесли. – Я потянула Доминика за руку.

– Прости, – извинился он, – я не хотел стать причиной неприятностей.

Я вздохнула.

– Если мой муж может пить шампанское в компании своей бывшей девушки, я могу пить пиво с тобой, – я помахала рукой бармену. – Еще пива, пожалуйста.

* * *

Я не помню, как мы ехали до дома Эбби или взбирались по лестнице до ее квартиры. Позже я обнаружила, что Доминик нашел ее номер в моем телефоне и позвонил моей подруге, чтобы получить дальнейшие указания. Но я отлично помнила следующее утро: мне казалось, что в голову воткнули кол.

– Где я? – простонала я.

Эбби протянула мне чашку кофе. Над зеленой кружкой поднимался ароматный пар. Я смотрела, как он растворяется в воздухе.

– Я не пью кофе, – неблагодарно заявила я.

– Сейчас ты его выпьешь, – ответила Эбби. – Давай.

Я сделала глоток.

– Что произошло вчера вечером?

– Кое-кто слишком хорошо повеселился, – сказала Эбби.

Я вдруг вспомнила «Келлс», теплые объятия Доминика, появление Лесли и закрыла лицо руками.

– Все ужасно, Эб.

– Да уж, – согласилась она.

– Мы с ним целовались?

– Не думаю, он достойный парень, он не стал бы пользоваться твоей слабостью.

Я кивнула.

– Он нес тебя на руках по лестнице все шесть пролетов, – сообщила Эбби, – а ты всю дорогу пела.