Записная книжка Дэша и Лили - Дэвид Левитан

* * *

Я отправила сообщение мерзавцу, убившему мою мышку, Эдгару Тибо:

«Как мне найти Дэша?»

«Будешь сталкерить?» – спросил он.

«Возможно».

«Класс. Его мама живет на углу Восточной девятой и Юниверсити-плейс».

«А номер дома?»

«Приличные сталкеры подобные вопросы не задают».

Меня подмывало спросить Эдгара, целовались ли мы вчера вечером.

Я облизнула пересохшие губы. Они казались нетронутыми. Ну, не считая оладий с сиропом.

«Не хочешь сегодня потусить?» – пришло сообщение от Эдгара.

Мне вспомнилось, как он клеился к Эрин, пока Дэш помогал окосевшей мне выйти из клуба.

«1. Нет. Я больше не играю. 2. Особенно – с тобой. Всего наилучшего. Лили».

Под сапогами скрипел снег, когда я днем возвращалась домой, собираясь по пути пройтись по Восточной девятой улице. Большой крюк делать не придется, к тому же я получала удовольствие от зимней прогулки. Я люблю снег по той же причине, по которой люблю Рождество. И то, и другое объединяет людей, и время словно останавливается. По улицам лениво прогуливаются влюбленные парочки, детишки тащат за собой санки, собаки гоняются за снежками. Никто никуда не торопится, все наслаждаются прекрасным днем и друг другом.

По углам Восточной девятой и Юниверсити-плейс стояло четыре многоэтажных дома. Подойдя к первому, я обратилась к консьержу:

– Здесь живет Дэш?

– А что? Кто этим интересуется?

– Я этим интересуюсь.

– Не знаю тут никого по имени Дэш.

– Тогда зачем вы спросили, кто им интересуется?

– А почему ты интересуешься им, если даже не знаешь, где он живет?

Я достала из сумки пакетик с лебкухенским печеньем и протянула консьержу:

– Угощайтесь. Счастливого двадцать восьмого декабря!

Потом пересекла квартал, чтобы подойти к следующему зданию. У этого дома консьержа не было, но в вестибюле за столом сидел мужчина, а за его спиной по коридору шли пожилые люди.

– Здравствуйте! – поздоровалась я с мужчиной. – Не подскажете, здесь живет Дэш?

– Восьмидесятилетний пенсионер, певший в кабаре?

– Точно нет.

– Тогда, малая, тут нет Дэша. Это дом престарелых.

– А слепые тут есть?

– А что?

Я протянула ему свою визитку.

– Хотела бы почитать им. Мне это нужно для заявления в университет. Плюс я люблю старичков.

– Ты очень великодушна. Возможно, твоя помощь пригодится. – Он опустил взгляд на мою визитку. – Приятно познакомиться, Лили Выгульщица Собак.

– Мне тоже.

Я пересекла улицу. Возле третьего здания консьерж очищал дорожки от снега.

– Привет! Вам помочь?

– Нет. – Консьерж с подозрением оглядел меня. – Таковы правила. Никакой помощи.

Я дала консьержу подарочную карту «Старбакса», подаренную мне на Рождество клиентом, у которого я выгуливаю собаку.

– Угоститесь в перерыв кофейком, сэр.

– Спасибо! Что нужно?

– Здесь живет Дэш?

– Дэш. А фамилия какая?

– Не знаю. Это подросток, высокий, с потрясающе синими глазами. Ходит в бушлате. Тут рядом «Стрэнд», возможно, он приносит оттуда фирменные пакеты.

– Не припоминаю такого.

– Он выглядит… букой.

– О, так ты об этом пареньке. Знаю его. Живет там, – указал он на четвертое угловое здание.

Я направилась туда.

– Здравствуйте, – сказала консьержу, читающему еженедельник «Нью-Йоркер». – Дэш здесь живет?

Он оторвал взгляд от журнала:

– Из шестнадцатой квартиры? С мамой мозгоправом?

– Да. – Почему бы и нет?

Консьерж убрал журнал в ящик.

– Он ушел с час назад. Ему что-нибудь пере- дать?

Я достала из сумки сверток.

– Отдадите ему?

– Конечно.

– Спасибо.

Затем я вручила ему свою визитку. Он бросил на нее короткий взгляд.

– Животные в этом здании запрещены.

– Прискорбно.

Неудивительно, что Дэш такой бука.

* * *

В свертке, оставленном мной Дэшу, лежала подарочная коробка английского чая и записная книжка.

«Дорогой Дэш,

Знакомство с тобой посредством этой записной книжки очень много для меня значит. Особенно потому, что это произошло на Рождество.

Но я знаю, что сама разрушила все волшебство.

Мне очень жаль.

Я сожалею не о том, что была пьяной дурындой, когда ты меня нашел. Нет, об этом я, конечно, тоже жалею, но больше всего я сожалею о том, что из-за моей глупости мы утратили нечто важное: ожидавшие нас впереди большие возможности. Я не ждала от тебя влюбленности с первого взгляда, но мне бы хотелось думать, что, если бы мы встретились при других обстоятельствах, у нас бы все сложилось очень даже хорошо.

Мы могли бы стать друзьями.

Игра окончена. Я понимаю.

Но если тебе когда-нибудь захочется подружиться с (трезвой) Лили, то я всегда рядом.

Мне кажется, ты необычный и добрый человек. А я очень хочу общаться с такими людьми. Особенно если это мальчики моего возраста.

Спасибо за то, что ты стал моим степлером – то есть настоящим героем.

Во дворе моей бабушки стоит снеговик, который рад будет знакомству с тобой. Если ты рискнешь.

Искренне твоя,

Лили.

P.S. Я не обижаюсь на тебя за общение с Эдгаром Тибо и надеюсь, что ты ответишь мне взаимной любезностью».

* * *

Ниже я прикрепила степлером свою визитку Лили Выгульщицы Собак. Я не тешила себя надеждами, что Дэш пойдет знакомиться с моим снеговиком или позвонит мне. Однако если он захочет еще раз встретиться со мной лично, то меньшее, что я могу для него сделать, – не заставлять ходить по моим родственникам.

Затем я вклеила в записную книжку отрывок, который вырезала из ксерокопии страницы справочника миссис Бэзил «Современные поэты»:

«Марк Стрэнд

(Бла, бла, бла, биографическая информация, перечеркнутая ручкой).

Мы читаем историю наших жизней,