Постоянное напряжение - Роман Сенчин

– Я схожу. Мне все равно делать нечего… Отвык уже от дома-то, Одиссей?

Сергей пожал плечами и с усилием произнес:

– Ну так… слегка.

– Еще бы – три месяца по Европам… Нет, брат, ты молодец!.. Ладно, обвыкайся.

– Уху…

Снова взял книгу, сел на диван. Вошла Людмила Петровна. В руках – блюдо с гусем. С минуту стояла и рассматривала стол. Осторожно, медленно начала устраивать в центре гуся…

– Мам, ну хватит, наверно. И так вон…

– Что тут хватит?! Ничего нет почти. Стол просто крошечный.

Сергей вздохнул; Людмилу Петровну это окончательно вывело из себя:

– Не вздыхай ты, ради бога! Лично у нас с отцом – праздник!..

– Да что – уехал, теперь приехал. Так, посидели бы спокойно семьей…

– Как это – уехал-приехал? Книги привез, деньги какие! Мы с отцом таких за всю жизнь в руках не держали!.. – Людмила Петровна резко успокоилась, перешла почти на умоляющее: – Пожалуйста, не мешай нам радоваться. Давай отметим праздник как следует, как положено.

– А как это – как положено?

– Как люди.

Сергей закатил глаза и фыркнул:

– Блин, прямо «Маленькая Вера» какая-то!..

– Знаешь что!.. – Некоторое время Людмила Петровна, слегка, как-то презрительно, что ли, сощурив глаза, смотрела на сына, затем присела на стул, заговорила почти спокойно, но наставительно: – Этот фильм, к твоему сведению, появился, когда мне самой было лет двадцать… Нет, немного больше уже… Но не в этом суть… Я о том, что, когда я первый раз его посмотрела, мне Верины родители такими показались… дебилами показались. Мать особенно… «Доча, ты покушала? Надо покушать! Чтоб всё было как у людей!» Ужас просто… А тут недавно опять увидела и удивилась даже – теперь я этих родителей понимаю, мне их жалко, им я сочувствую, а молодежь, муженек Верин – бесят… Не то чтобы я на их стороне, но я их искренне понимаю, родителей.

– М-да, может, и я через двадцать лет стану таким же.

– Вот! Вот это я и имею в виду. Пора, Сережа, становиться терпимее к людям.

– Да уж…

Людмила Петровна досадливо вздохнула и ушла. Сергей отвалился на спинку дивана, прикрыл глаза. Звонок в дверь.

– Бли-ин! – Сергей выпрямился. Стал прислушиваться к невнятным голосам в прихожей. Один был Людмилы Петровны, другой бодрый, басовитый. Сергей поморщился и поднялся.

Вошел Юрич, в руке – бутылка вина.

– Здор-рово!

– Привет, – вымученно улыбнулся Сергей, – проходи… Еще нет никого.

Юрич тиснул на стол бутылку.

– Ну чего?.. – Сжал руку Сергею. – Когда приехал-то? Поездом?

– На самолете…

– У-у, мне мать твоя сегодня утром сказала. С работы отпроситься пришлось – уговорил напарника еще сутки отбарабанить. – Юрич оглядел стол. – Чё-отко! На сколько назначили?

– В семь.

– Ну скоро уже… Отметим, по ходу, по полной! – Выдохнул, как штангист перед толчком, потер руки, но через мгновение лицо его стало печальным: – Про Анархиста-то слышал?

– Что?

– Ну как… Повесился.

– Как повесился…

– Так – на веревке. У себя дома прямо… Давно уж, с месяц назад. Понял, наверно, всё.

Сергей мотнул головой, сбрасывая оторопь.

– Нет, правда, что ли?

– Ну да! Я подробностей не знаю, мне как-то неинтересно. Олега должен в курсе быть.

Появилась Людмила Петровна с очередной тарелкой.

– Просто обалдительный стол! – воскликнул Юрич. – А это курица, что ли, такая? Бройлер…

– Гусь. Сережа на рынок ходил, две такие сумищи принес – неподъемные. Даже креветки зачем-то.

– Ну-у, круто! Вот видите – кормильцем стал. – Юрич хлопнул Сергея по плечу. – Молодец!.. Много денег-то огреб? Колись, Сергунь.

– Нормально. Домик присмотрел в Баденвейлере.

– Чего?

– Домик в Баденвейлере купить собираюсь, – повторил Сергей вполне серьезно.

Юрич все не мог понять:

– Где домик?

– Ну курортный городишко такой, в Альпах. Маленький, очень красивый. Там Чехов умер.

Гость изумленно смотрел на Сергея, а Сергей – на него. Людмила Петровна замерла у стола.

– В натуре? – хрипнул Юрич.

– Ну а что… Гонорар вот заплатят за итальянское издание, и буду, наверно, приобретать… Вилла такая скромная на склоне, участочек, вокруг красные виноградники…

– Ни фига ж себе!.. Ты чё?..

Людмила Петровна, уловив, видимо, что-то на лице сына, но не совсем уверенно произнесла:

– Да он шутит, Юра… Какие виллы… – И с напускной озабоченностью стала поправлять посуду. – Та-ак, что еще? Сейчас еще хлеб, соль… Водка в холодильнике…

– Вот да, надо бы выпить по капле, – бормотнул Сергей; Людмила Петровна услышала и неожиданно горячо поддержала:

– Выпейте, парни, выпейте! А что?.. Ветчинкой закусите. Салаты не трогайте только…

Сергей принес бутылку водки, быстро открутил крышку и налил в стопки:

– Давай!

– Дава-ай, – без особой радости принял стопку Юрий; когда выпили, спросил: – Нет, ты прикололся насчет виллы или как?

– Да прикололся, конечно. Чтоб виллу купить, надо тридцать книжек издать в десяти странах… – И Сергей стал наполнять стопки по новой.

– Куда ты гонишь?

– Давай. Анархиста помянем.

Юрич взял стопку:

– Кстати, а я, эт самое, наверно, скоро жениться буду.

– А?! На ком?

– Женщина у нас в банке работает. Менеджер. Она, правда, старше меня, на пять лет почти… Но и хорошо, с другой стороны, – не даст дурью особо страдать.

– У, поздравляю, – как-то облегченно кивнул Сергей. – Это правильно…

– Она сама из Иркутска, у нас тут по контракту работает. Банк на ноги ставит. Два с лишним года ей еще здесь. А потом, может, в Иркутск переедем. Она вообще… женщина стопроцентная…

– Ну видишь, как хорошо. Не у меня одного изменения… Ладно, Юрич, давай за Анархиста. Чтоб там ему, как говорится…

– Угу…

Выпили не чокаясь. Сергей признался:

– Как-то тянуть стало к водярке. Скучно что-то.

– Х-ха! И здесь было скучно, и там тебе скучно…

– Там по-другому. Здесь рычать хотелось, а там выть.

– Да-а, Серега, – не сочувствующе, а скорее осуждающе вздохнул Юрич; прошелся по комнате, заметил лежащую на тумбочке книгу, взял. – Ни хрена ж себе ему книгу забацкали! И всё недоволен! – Наморщась, медленно, по складам стал читать надписи на обложке: – Сер-ге-ю То-ло-к-ноф… Ам эн-де дер вэль-д… Как это по-русски?