Нарисуй Италию - Татьяна Александровна Грачева

Нелли приблизилась вплотную к Алексею, коснулась ямки между его ключицами, на секунду замерла, ощущая кончиками пальцев пульсацию сердца, с удовлетворением отметила, что его тоже лихорадит. Сдвинулась в сторону и обошла его, одновременно скользя рукой по коже: от груди, через плечо к бедру. Оказавшись за спиной, задержалась, изучая светлое пятно, напоминающее сапожок, провела пальцами вдоль позвоночника и погладила необычную природную татуировку.

Алексей стоял неподвижно, но на каждое прикосновение реагировал участившимся пульсом и прерывистым дыханием. Когда Нелли снова оказалась перед ним, он поймал её взгляд и медленно провёл ладонью от скулы к заманчиво распахнутому воротнику. Так же, не отрывая взгляд, развязал пояс и спустил с её плеч халат. Махровая мягкая ткань соскользнула вниз, но пола не достигла, Алексей подхватил халат и положил на скамью. Ощутив на обнажённой коже жаркий влажный воздух, Нелли вздрогнула, и тут же подавила мимолётное желание прикрыться.

В отличие от неё, Алексей не смущался, медленно и внимательно оглядел её с ног до головы, слегка задержался на груди, едва заметно улыбнулся и встретился с её глазами.

— Жаль, что я не умею рисовать. Нелька… какая ты красивая. С ума сойти.

— Повезло тебе.

— Повезло.

Алексей рывком притянул к себе Нелли, буквально впечатав в своё обнажённое тело. Она охнула, впервые ощутив его настолько близко, но не отстранилась, обхватила руками за спину и поцеловала в родинку на подбородке.

Он улыбнулся.

— Умница, Нелька, догадалась, для чего она там расположена.

Приподнявшись на цыпочки, Нелли потянулась к губам и показала, что языком теперь не только глупости умеет болтать.

Этот поцелуй получился неторопливым и пьяным, но не от алкоголя, а от забродивших, словно медовуха, эмоций. Их руки плавно скользили по коже, знакомились, запоминали каждый изгиб, каждую выпуклость. Ощутив пальцы Алексея на рёбрах, Нелли хихикнула и выдохнула прямо в его раскрытые губы.

— Щекотно.

— Смейся. Мне нравится твой смех.

Нелли нервно рассмеялась.

— Как же колбасит от тебя, Лёшка. Ты ядрёнее, чем медовуха.

Не разрывая поцелуй, он приподнял Нелли под ягодицы и уложил на деревянную скамью, прямо на мягкий халат, коленом раздвинул её бёдра, опустился сверху. Нелли прогнулась навстречу и плотно обхватила его ногами, но Алексей мягко расцепил их и опустил вниз. Не хотел спешить. Чуть отстранившись, сдвинулся ниже, проложил дорожку из поцелуев к груди, затем к животу. Услышав её сдавленный стон, поднял взгляд вверх и увидел ту самую картину, которая не давала ему покоя все два месяца в Питере. Нелли трясло от малейшего прикосновения, даже его дыхание на коже заставляло её вздрагивать и извиваться.

Он вернулся к её губам, снова опустился сверху, в этот раз позволил ей обернуться вокруг его тела руками и ногами.

Нелли не вскрикнула, но на секунду замерла натянутой струной. Испугалась, что Алексей раскроет её обман, смело двинулась бёдрами ему навстречу.

Жар парилки существенно померк по сравнению с новыми жгучими ощущениями, теперь у неё было собственное солнце, раскалённое, но почему-то не обжигающее. Дыхание Алексея скользило по щеке, по плечу, щекотало шею, но не успокаивало, а ещё сильнее раздувало пламя, стягивающееся в скрученный пружиной огненный вихрь.

Поглощённый собственными ощущениями, Алексей не сразу заметил, что Нелли изо всех сил сдерживается, чтобы не заплакать. Она исступлённо целовала его в шею, слегка прикусывая кожу. Без засосов, конечно, не обойдётся, но сейчас это не волновало, его собственный мир распадался на осколки. Нелли вздрагивала вместе с ним, вонзив ногти в его спину, и тяжело дышала.

Алексей скорее почувствовал, чем увидел, что дрожь в её теле вызвана не только затухающим возбуждением. Отстранившись, увидел, в уголках её глаз скопившиеся слёзы. Губы она кусала уже не от страсти, а от боли.

— Нель, не слишком ли ты невинна для опытной нимфоманки?

Она распахнула глаза, опустив ладони на его поясницу, не позволила отодвинуться.

— Поздно. Уже всё произошло. Вначале было очень даже хорошо. Ой-ой-ой как, хорошо. Я бы повторила, но позже.

Алексей поцеловал её в висок, ощутил на губах соль и снова вздохнул.

— Ну какая же ты дурочка, если бы я знал, был бы намного терпеливее и осторожнее.

— А тебе было? Ну, это, хорошо?

Алексей мягко поцеловал Нелли в губы, привстав на руках, сдвинулся в сторону и лёг рядом. Не упустил, момент, когда она болезненно скривилась и свела колени.

— Нелька, Нелька. И как я только поверил, что ты опытная соблазнительница? Хорошо — не совсем то слово. Скорее красапетошно, крутотецки и охренительно, — он придвинул Нелли ближе, положил ладонь на её живот и нежно погладил. — Больно?

Нелли побоялась опустить взгляд, предпочла разглядывать переливы оттенков в зелёных глазах Алексея.

— Думала, будет больнее. Терпимо вообще-то. Словно оса ужалила, большая такая оса.

Алексей засмеялся, зарывшись лицом в её волосы.

— Тебя и ужалила… оса.

Нелли стукнула его по плечу и тоже рассмеялась.

— Хорошо, что не пчела, у них после таких шалостей жало отваливается.

Теперь смеялись оба. Нелли даже умудрилась хрюкнуть, чем вызвала новый приступ истерики у Алексея.

— У трутней почти так и происходит. Последний догнавший матку погибает, потому что у той захлопывается жалоносная камера и отрывает ему… орган.

— Офигеть. Жестоко вообще-то. Ну ты не трутень, — она скосила взгляд вниз, — вроде всё на месте осталось.

Алексей снова рассмеялся, Нелли с удивлением поняла, что никогда не слышала у него такого смеха: открытого и задорного.

— Нель, ты невозможная, даже занятие любовью превратила в комедию.

— Я же обещала, что со мной скучно не будет.

Алексей чмокнул её в висок, его рука сдвинулась с живота на грудь и принялась вырисовывать невесомые замысловатые узоры. Нелли притихла, прислушиваясь к ощущениям: мурашки со всего тела перебежали под его ладонь, а обратно потекли по сосудам горячим мёдом.

Он лениво зевнул.

— Нужно перебираться в спальню, деревянная лавка не самое удобное место.

Нелли приподнялась на локтях.

— А ты предусмотрительный тип, ловко халат подстелил, позаботился о моих лопатках.

— Хоть что-то я сделал правильно.

Нелли обмылась, немного стесняясь наготы. Алексей сидел на скамье и смотрел на неё восхищённым взглядом, темнеющим с каждой секундой, но не приближался. Замотав в свой халат, вернул на её голову тюрбан из полотенца и выставил в предбанник.

— Иди, я скоро приду, приберусь немного.