Какой скандал! (Это просто смешно) - Ци Инцзюнь

избегая жизненно важных органов. Кишки того человека выползли наружу, и он орал, как свинья на убое.

Ю Вань Инь прикрыла рот рукой и отвернулась.

Несколько капель горячей крови попали на лицо Туэра. Его зрачки сузились, он начал яростно вырываться:

— Сяхоу Дань! Ты всё ещё считаешь себя правителем? Отпусти их, если у тебя есть мужество, напади на меня!

Меч Сяхоу Даня застрял между рёбер яньца, и он не смог его вытащить. Наклонившись, он поднял другой меч и направился к следующему яньцу, продолжая своё кровавое дело.

Туэр, полный ярости, бессвязно проклинал его.

Сяхоу Дань снова поднял меч, но не успел опустить. Вань Инь обхватила его сзади, её голос дрожал:

— Не двигайся, ты не можешь позволить себе потерять ещё больше крови…

Сяхоу Дань замер на мгновение. В этот момент Бэй Чжоу, как молния, дал тем двоим быструю смерть.

Сяхоу Дань тяжело вздохнул, разжал пальцы, и меч с глухим стуком упал на землю.

Он пошатнулся и начал оседать, но не хотел упасть перед Туэром. Ю Вань Инь почувствовала это, постаралась удержать его и подала знак тайному стражу.

Тайный страж принес кресло из зала и Сяхоу Даня осторожно усадили. Когда Ю Вань Инь отпустила его, она заметила, что её руки были покрыты тёмной кровью.

Сжав зубы, она спрятала руки за спину и вытерла их.

Сяхоу Дань опустил взгляд на Туэра, чьи глаза были налиты кровью, и спокойно заговорил:

— Миссия Ван Чжао была тайной. Даже его родители не знали об этом. Я сказал ему, что это будет опасное путешествие и предупредил о риске. Если бы он не хотел идти, он мог бы отказаться.

Туэр, не ожидавший, что Сяхоу Дань после приступа ярости начнет говорить такие вещи, уставился на него в недоумении.

— Он ответил, что переговоры о мире — это дело государственной важности, и он не может отказаться. Если что-то случится, он попросил меня сообщить его родителям и установить памятник, чтобы его душа могла вернуться домой.

Сяхоу Дань посмотрел на Туэра:

— Я хочу, чтобы его смерть не была напрасной, и его дух мог покоиться с миром.

— ? — Туэр.

Сяхоу Дань сказал то, что Туэр никак не ожидал услышать:

— Теперь давай начнём переговоры.

Кроме Ю Вань Инь, все присутствующие засомневались в своём слухе.

Тишину нарушил крик вдовствующей императрицы. Её разум почти не выдержал, она, волоча раненую ногу, ползла к ним, словно намереваясь собственноручно убить Туэра.

Сяхоу Дань только коротко приказал тайным стражам:

— Позаботьтесь об императрице-матери.

О ней «позаботились».

Сяхоу Дань обратился к Ю Вань Инь:

— Вань Инь, передай пистолет дяде Бэю, пусть он следит за входом.

Ю Вань Инь бросила на него обеспокоенный взгляд, но он ответил ей успокаивающей улыбкой: он знал, что делает.

— Что за чушь ты несёшь? Ты — человек, обречённый на смерть, а я — беглый преступник, о каких переговорах может идти речь?

Сяхоу Дань спокойно ответил:

— Да, ты прав. Считай это бредом умирающего. Завтра в это время мой любимый старший брат и твой дорогой дядя поднимут кубки и будут праздновать.

* * *

Неожиданно, улицы и переулки столицы опустели, как будто проливной дождь превратил её в призрачный город. Жители столицы, обладая животным чутьём к переменам, закрыли двери, окна и спрятались в своих домах.

Ян Дуоцзе потряс наручниками и обратился к сидящему напротив заместителю командующего:

— Эй, братец, откуда ты родом?

Заместитель, ел семечки и не обращал на него внимания.

Этот человек был продвинут по службе Чжао Учэном. Чжао Учэн приказал ему арестовать и допросить Ян Дуоцзе, но он понял, что этого человека нужно просто держать под стражей, без всякого допроса. Просто тянуть время, пока император на горе не умрет.

Ян Дуоцзе усмехнулся:

— Брат, раз уж судьба свела нас, и времени у нас предостаточно, как насчёт того, чтобы я рассказал тебе одну историю?

Заместитель командира выплюнул шелуху от семечек и повернулся, чтобы посмотреть на дождь за окном

Ян Дуоцзе, не обращая внимания на его реакцию, продолжил:

— Однажды, когда Цао Цао отправился на войну против Юань Шу, случилась засуха, и в армии начался голод. Хранитель запасов спросил у Цао Цао, что делать, если солдаты останутся без еды. Цао Цао ответил: «Просто уменьшите размер мерных чаш и выдавайте им меньше.» Хранитель спросил: «А что, если солдаты возмутятся?» Цао Цао уверенно сказал: «Не волнуйся, у меня есть план.»

Звук щелкающих семечек замедлился.

Ян Дуоцзе сделал вид, что не заметил этого:

— Когда пайки уменьшились, солдаты действительно взбунтовались. Цао Цао сказал хранителю запасов: «Мне нужно от тебя кое-что, чтобы успокоить армию — твоя голова.» Хранитель был в ужасе и начал кричать о своей невиновности, но Цао Цао сделал вид, что ему очень жаль, и сказал: «Я знаю, что ты невиновен, но если я не казню тебя, мне что, казнить самого себя?»

Снаружи сверкнула молния. В этот момент громовой раскат раздался прямо над их головами, казалось, будто сами небеса были готовы разрушиться и упасть.

Заместитель командующего:

— …

— Что ты, в конце концов, хочешь сказать со всей этой твоей историей?

Ян Дуоцзе покачал головой:

— Брат, твоя проблема в том, что ты слишком мало читал. Зачем Чжао Учэн на глазах у всех приказал тебе «допросить» меня, если мог просто сказать, чтобы ты следил за мной?

Заместитель командующего был озадачен.

— За неудачу в спасении императора должна пасть чья-то голова. Даже если император погибнет, принц Дуань, чтобы сохранить лицо, обязательно найдет виноватого. Чжао Учэн — преданный пёс принца Дуаня, с ним ничего не случится, а вот тот, кто не смог добиться результата на допросе и тем самым задержал отправку войск…

Ян Дуоцзе сделал паузу, наслаждаясь моментом:

— В тот момент, когда Чжао Учэн отдал приказ, твоя голова, брат, уже была обещана на плаху.

Заместитель командующего громко расхохотался:

— Ты так явно пытаешься посеять раздор, думаешь, я поведусь?

Ян Дуоцзе пожал плечами:

— Не веришь — не надо. У каждого своя судьба.

— Тогда закрой рот!

Ян Дуоцзе действительно закрыл рот и больше не произнес ни слова.

Заместитель командующего доел почти половину миски семечек, при этом неоднократно бросая взгляды на Ян Доуцзе, и, наконец, не выдержав, спросил:

— Если всё так, как ты говоришь, как мне поступить?

Ян Дуоцзе крепко сжал губы, храня молчание.

Заместитель командующего сильно ударил по столу:

— Говори же!

— На свете есть такие невоспитанные люди, которые требуют помощи, не попросив вежливо…

Заместитель командующего с громким звуком обнажил меч и