Разбивая волны - Кэрри Лонсдейл

– Я звонила вам на мобильный, но вы не… – Джейн не договорила. В трубке было хорошо слышно, как она глубоко вдохнула, словно набираясь храбрости. – Тому, что я сделала, не может быть никаких оправданий, но…

– Одну минутку, – перебила я и, извинившись перед бабушкой и Кэсси, вышла в гостиную. Там я опустилась на диван напротив широкого эркерного окна.

– Да-да, говорите, – сказала я.

– …Но, быть может, вы позволите мне объясниться?

Я на мгновение представила, как Джейн роется в личном деле Кэсси в поисках адреса бабушки, и мне стало противно. Не хотелось мне думать и о том, как она, директор школы, бросила все и в разгар рабочего дня помчалась в Пасифик-Гроув, чтобы отыскать и использовать в личных целях мою дочь. По-хорошему, сейчас мне следовало прервать разговор и позвонить в окружной департамент образования, но я не могла этого сделать. Какой бы очевидной ни была вина Джейн, в глубине души я не могла ей не посочувствовать. Она была на грани отчаяния из-за своей предполагаемой неспособности иметь детей и, убедившись, что пророчества Кэсси не являются ни выдумкой, ни плодом больной фантазии, решила прибегнуть к ее помощи, чтобы заглянуть в будущее и узнать свою судьбу.

– Моя бабушка в общих чертах рассказала мне о вашей ситуации, – сказала я.

– Мы с мужем на протяжении нескольких лет пытались завести ребенка, но безуспешно. Кроме того, как раз в тот понедельник, когда я вызывала вас в школу, я обнаружила в левой груди уплотнение…

Наклонившись вперед, я с силой потерла лоб. Когда в понедельник я разговаривала с Джейн, мне действительно показалось, что она чем-то расстроена. Теперь я знала, в чем дело.

– Опухоль?

– Боюсь, что да. Я уже была у врача. На следующей неделе у меня возьмут ткань на исследование.

– Я вам сочувствую. Будем надеяться, что все обойдется.

– Я тоже хочу на это надеяться, особенно после разговора с Кэсси. Но в понедельник… я была уверена, что моим надеждам стать матерью пришел конец. Что моей жизни пришел конец. Но ваша Кэсси…

– Она дала вам надежду.

– Да, – просто сказала Джейн. – Признаюсь, поначалу Кэсси меня даже немного пугала, но потом я поняла, что она – особенная. И дело тут не только в ее, гм-м… способностях. В ней есть что-то располагающее. Ваша дочь как будто излучает тепло и сострадание… если только одноклассники не начинают слишком на нее наседать. – Завершая свою маленькую речь, Джейн неуверенно рассмеялась, после чего на линии установилось довольно продолжительное молчание.

Я думала о том, как Джейн научилась принимать Кэсси такой, какая она есть. Наверное, решила я, все получилось так же, как у меня с Оуэном. Он с самого начала принял мою необычность как данность, от которой не уйти и которой не надо бояться. С другой стороны, Оуэн никогда не пытался использовать мои способности в своих целях. Думаю, до тех пор, пока я не призналась ему в том, что считаю себя виновной в смерти отца, он даже не подозревал, на что я в действительности способна, полагая, вероятно, что я, как мама и бабушка, умею только видеть цвета человеческой ауры и предсказывать кое-какие события.

Кэсси, однако, во многих отношениях отличалась от меня. Ее дар был намного сильнее моего, к тому же после очень непродолжительных занятий с бабушкой она демонстрировала впечатляющий прогресс в умении управлять своими способностями к ясновидению. Как показал случай с Джейн, она за считаные дни научилась вызывать видения усилием воли – при условии, что эти видения содержали позитивную информацию, то есть не были пугающими, связанными со смертельной опасностью как для человека, чье будущее она предсказывала, так и для нее самой. Просто невероятно, подумала я, чего могла бы достичь Кэсси, регулярно применяя приемы, которым научила ее бабушка. Она действительно могла бы помочь десяткам людей!

«Как моя мама…» Я невольно вспомнила случай двадцатилетней давности, когда моя мать сумела найти потерявшегося малыша. И Кэсси была очень на нее похожа – они обе мечтали помогать другим.

Быть может, продолжила я нить своих рассуждений, постоянное использование моей дочерью своих способностей со временем уменьшило, а то и вовсе исключило бы возможность самопроизвольного возникновения пугающих видений и ночных кошмаров, которые сейчас обрушивались на нее как снег на голову. Аналогия, к которой я прибегла, чтобы сделать подобный вывод, лежала, что называется, на поверхности: если любой чрезмерно активный ребенок начинает регулярно заниматься спортом, музыкой, творчеством – да чем угодно! – его избыточная энергия не накапливается внутри, порождая проблемы с учебой, социальным поведением и прочим, а расходуется, причем расходуется достаточно эффективно и в правильном русле. Так и Кэсси… Ее дар был настолько силен или, лучше сказать, велик, что просто не помещался внутри ее маленького тела, требуя выхода, своеобразной отдушины (даже мысленно я не позволила себе употребить слова «клапан безопасности», поскольку они подразумевали собой наличие «опасности»). А значит, ей просто необходимо было как можно чаще его применять.

Пока я сидела, прижимая к уху молчащий телефон и глядя на кусочек голубого неба за окном, мне пришло в голову, что после минимальной тренировки я могла бы делать то же, что и Кэсси. Моя «необычность» тоже требовала выхода, но сначала мне предстояло окончательно принять ее, смириться с тем, что она у меня есть и от этого никуда не деться. Только после этого я могла начать учиться ею пользоваться. До сих пор я держала свои способности под замком, в самом дальнем чуланчике своего мозга – и при этом постоянно боялась, что они могут вырваться на свободу помимо, а то и вопреки моей воле, моему желанию. Было просто удивительно, как за все эти годы я не сошла с ума. Теперь я поняла свою ошибку, но на то, чтобы ее исправить, у меня не осталось времени.

Из кухни продолжал доноситься голосок Кэсси – мелодичный и успокаивающий. Я повернулась к двери, наслаждаясь этим звуком.

Наконец я поблагодарила Джейн за звонок и дала отбой. Я уже возвращалась в кухню, когда завибрировал мой мобильный телефон, сигнализируя о поступившем текстовом сообщении. Как и следовало ожидать, СМС была от Оуэна.

«У меня для тебя кое-что есть. Вернусь поздно – подарок оставлю на крыльце. Обещай, что будешь его носить».

Гадая, как эти новости сообразуются с его планом «не спускать с меня глаз», я набрала ответ:

«Обещаю».

* * *

– А мне обязательно есть твое мясо? – капризно спросила Кэсси, когда бабушка начала накрывать на стол. – Не хочу!..

– Если съешь все, на десерт будет горячий шоколад и суфле из алтея, – ответила бабушка, раскладывая рагу по тарелкам. На мгновение ее рука с половником замерла над тарелкой Кэсси, а взгляд устремился в мою сторону (я стояла возле буфета, разливая по стаканам молоко). Я знала, о чем она думает – о том, что наша дружба, начавшаяся много лет назад горячим шоколадом и суфле из алтея, может ими же и закончиться, закончиться вместе с моей жизнью.