Зимняя роза - Дженнифер Доннелли

Индия расстегнула на нем жилет, потом рубашку, сбросив то и другое. Сид схватился за пуговицы ее блузки, распахнул ее и даже оторвал кружева от корсета, затем потянул Индию к дивану.

– Не туда, – прошептала она и повела Сида в спальню.

Она была потной, немытой, полупьяной. В волосах и на шее запеклась кровь. Ну и пусть. Индия повалилась на кровать, увлекая Сида за собой. Там они избавились от остатков одежды. Ей вспомнилась насильственная близость с Фредди. Замутненное сознание, смятение, физическая боль и отчаянное желание, чтобы это поскорее закончилось. Но сейчас, если Сид не войдет в нее, она закричит. Разревется. Что-нибудь сломает… Сид придавил ее своим телом и через мгновение вошел в нее. Индия ухватилась за железные прутья изголовья и выгнула спину. Почти сразу ее обдало волной наслаждения, настолько сильного и стремительного, что у нее перехватило дыхание.

– Пожалуйста, не останавливайся, – прошептала Индия, когда к ней вернулась способность говорить. – Я так тебя хочу…

Сид двигался в ней, не заставляя, а уговаривая ее тело отзываться множеством мелких судорог, чем-то похожих на речную рябь. Индия провела по его спине и вдруг ощутила рубцы. Лунный свет играл на его теле, делая шрамы еще выпуклее. При виде их ее затопила непонятная печаль. Индия снова осторожно дотронулась до шрамов.

– Кто это сделал? – спросила она, однако он лишь покачал головой. – Кто ты, Сид? – спросила Индия, вспомнив, что уже задавала ему этот вопрос, и он снова не ответил.

Она взяла его лицо в ладони. Ей хотелось заглянуть ему в глаза, но они были закрыты.

– Посмотри на меня. Сид, посмотри на меня, – прошептала она.

Сид открыл глаза. Темные, красивые, полные печали и горя. Наклонившись, он поцеловал ее в губы, в шею и вдруг выкрикнул ее имя.

В темноте спальни они занимались любовью снова и снова, вели себя, как голодные, которым никак не насытиться. Потом, исчерпав запас сил, они уснули, обнявшись и переплетя ноги, и спали, пока за окном не начало светать. 

Фредди сидел в просторной гостиной перед камином в своей квартире в Челси, перекинув ногу через подлокотник кресла, и задавался вопросом, бывал ли когда-нибудь Шопен в Англии.

Скорее всего, бывал. Этот вывод Фредди сделал, одновременно слушая дождь, барабанящий в стекла, и игру музыкальной шкатулки. Какая еще страна могла бы вдохновить композитора на прелюдию «Капли дождя»?

Грязно-серый вечер полностью соответствовал его грязно-серому настроению. События по-прежнему разворачивались не так, как ему требовалось. Джемма сдержала слово и вместе с подружками сорвала митинг лейбористов. Газеты поместили очень нелестные отчеты об этом сборище, однако главная цель не была достигнута. Популярность Бристоу ничуть не пошатнулась. Наоборот, только выросла. А популярность самого Фредди продолжала падать.

Он вздохнул, глотнул портвейна. Эх, закатиться бы к Джемме! Покувыркаться бы с ней власть, и его картина мира вновь засверкала бы. Но сегодня он должен был разыгрывать перед Индией внимательного, заботливого жениха и встретиться с ней по важному вопросу. Он уже не помнил по какому. Пропаганда трезвости? Реформа здравоохранения? Чем бы ни была ее затея, Фредди не сомневался: вскоре ему придется выдерживать занудливые разговоры с синими чулками и квакерами, обожавшими совать нос в жизнь бедняков. От этой мысли ему хотелось застрелиться.

Его невеселые мысли прервал стук в дверь. Он встал и поплелся открывать. Служанка уже отправилась домой. Теперь она приходила утром и после полудня уходила. Скудные финансы больше не позволяли Фредди нанимать ее на весь день.

Может, это всего лишь почтальон или посыльный? Фредди открыл дверь. На пороге стояла насквозь промокшая Индия.

– А ты сегодня рано, дорогая, – не скрывая удивления, сказал он.

Помнится, она обещала прийти к семи. Часы недавно пробили пять.

– Да, я помню. Извини.

– Ну что ты? За что извиняться? Я же не это имел в виду. Просто у нас будет на два часа больше. Проходи, снимай плащ.

Индия оставила мокрый макинтош в передней. В гостиной она заняла кресло, где только что сидел Фредди.

– Чашечку чая, чтобы согреться? – предложил Фредди.

– Лучше бы бренди.

– Ты серьезно?

– Да. Налей, пожалуйста.

Очень странно, подумал Фредди, идя к буфету, где у него хранилась выпивка. Обычно Индию нужно было долго уговаривать выпить чего-нибудь крепче чая.

– Фредди, я хочу кое о чем тебя попросить, – сказала Индия.

Он шумно поставил тяжелый графин с бренди. Черт, только не это! – испуганно подумал Фредди, сразу упав духом. Сейчас попросит перенести свадьбу на более поздний срок. Опять. Только этого ему не хватало.

– Не могли бы мы перенести дату свадьбы на более ранний срок? Скажем, на август?

– Конечно можем, дорогая. – Фредди повернулся, изо всех сил скрывая изумление. – Передвинем на любой срок. А чем вызвана столь неожиданная перемена?

– Я… я подумала… до октября так долго ждать. А у тебя впереди трудные выборы. Я подумала, тебе не помешает помощь и поддержка жены. Я буду рядом с тобой.

Фредди улыбнулся. Он не поверил ни единому ее слову. Причина лежала совсем в другой плоскости, и он знал в какой. Все признаки налицо. Индия заметно похудела. Бледная. Возбужденная. Фредди налил ей рюмку, поставил на ближайший столик, а сам опустился на колени перед креслом.

– Дорогая, не хочешь ли ты сообщить мне еще какую-нибудь новость? – спросил он, беря Индию за руки.

Ее глаза округлились. На лице появилась тревога.

– Еще какую-нибудь новость? Разумеется, нет! Других новостей у меня нет. И что это может быть за новость? – торопливо спросила она.

В ее голосе Фредди уловил испуганные нотки.

– Может, ты беременна? Как ты помнишь, я тогда позабыл надеть презерватив. Если да, то тебе не о чем волноваться, любовь моя. Такая новость меня только обрадует.

– Я не беременна, – резко ответила Индия.

– Ты уверена?

– Вполне.

Фредди ответил разочарованным восклицанием. Потом спросил себя: так ли это важно? Сейчас июль. В августе они поженятся. Если она не беременна, то вскоре забеременеет. И как только это произойдет, он настоит, чтобы она оставила врачебную практику. Беременной женщине тяжело принимать нескончаемый поток пациентов. И потом, эти грязные бедняки со своими отвратительными болезнями представляют большую опасность для будущего ребенка. Фредди этого попросту не позволит.

– Ну что ж, – Фредди хлопнул в ладоши, – как насчет того, чтобы поужинать перед сегодняшним событием?

– Каким событием?

– Хм… прости, старушка. Всего не упомнишь. Я куда-то подевал приглашение, – сказал Фредди и принялся рыться в визитных карточках, сваленных на каминной полке.