Отпусти меня - Литтмегалина

городишке, а в более крупном городе по соседству — порядка полутора часов на электричке. Мать жены высказала готовность помочь с ребенком, как только он немного подрастет. Но если оставлять нашего сына с бабушкой, что он будет выслушивать о папе? Переговорив с женой, мы решили переехать поближе к университету. Так мы разберемся со всеми проблемами разом: дистанцируемся от конфликта, у моей жены будет больше времени на ребенка. А на те часы, что она проводит в университете, наймем няню. Вот только для осуществления наших планов требовались большие деньги. Мне удалось продать мою квартиру, и по неплохой цене, и все же этого было недостаточно. Жене пришлось переехать с ребенком к родителям — к счастью, он пока слишком маленький, чтобы понимать ворчание бабушки с дедушкой. А я воспользовался тем способом, что позволяет врачу очень хорошо заработать, и на восемнадцать месяцев отправился в Кшаан.

— Как же ты решился — оставить кроху-сына, молодую жену и махнуть через океан в дикую страшную страну? — поразилась Надишь.

— К тому времени я был настолько измотан конфликтом, что готов был сбежать куда угодно, — честно признался Лесь. — Может быть, мне следовало взять жену и сына с собой… но все-таки Кшаан неподходящее место для малыша. Ничего, скоро я буду с ними. Втроем, без постоянного давления извне, мы будем так счастливы… Осталось не так много. Каждое утро я просыпаюсь с этой мыслью.

Надишь обхватила длинные теплые пальцы Леся своими и чуть сжала.

— Я не представляю, как кто-то может относиться к тебе плохо, Лесь. Когда ты уедешь… — она моргнула, — мне будет очень тебя не хватать.

— Мне тоже будет тебя не хватать, — прошептал Лесь. — Но рано или поздно уедем мы все. Эта страна — чужая для нас, и мы можем выдержать пребывание здесь лишь какое-то время. Ты понимаешь?

О да. Она понимала, о ком он.

* * *

В пятницу — последнюю пятницу марта — день был удивительно тих. Ни единого порыва ветра, воздух мягок, как молоко. После полудня пошел первый за много месяцев дождь. Техники, вот уже какие сутки громыхавшие на первом этаже, наконец-то закончили работы и ушли, оставив больнице новую систему безопасности. Из окна хирургического кабинета Надишь с удивлением наблюдала, как Ясень вышел из здания, снял очки и подставил лицо каплям.

— Как же я скучаю по дому… — возвратившись в кабинет, произнес он чуть слышно. Его рыжие волосы намокли и слиплись в пряди. Свои очки он все еще держал в руках, и, заглянув в неприкрытые стеклами глаза, Надишь увидела в них безжалостную, надрывающую душу тоску.

Ясень распахнул шкаф в перевязочной, чтобы сменить промокший халат на сухой. Буравя взглядом его спину, Надишь ощутила металлический вкус во рту и не сразу осознала, что прикусила губу изнутри. Ясень хочет домой… А его дом очень далеко. В стране, где кшаанцы — подозрительные, вызывающие неприязнь элементы. Где смуглое лицо за километр привлекает к себе внимание, выделяясь среди остальных.

Она втянула в себя воздух, пытаясь думать о хорошем. Завтра суббота, она развлечется по полной программе. У нее будет много таких суббот — десять, двадцать или даже пятьдесят. А потом Ясень уедет. А еще раньше уедет Лесь. И она уже потеряла Джамала. Все, что ей останется — это пыльный, испепеляюще жаркий Кшаан.

Глава 15

Всю дорогу до квартиры Ясеня Надишь одолевали эротические видения, с легкостью затмевающие унылый вид из окна автобуса — снаружи опять бушевал машибаж. Сегодня у нее были большие планы на противного докторишку. Возможно, в пылу страсти она даже позволит ему те мерзкие извращения, к которым он так давно ее склоняет. На самом деле она относилась к этой идее с определенным воодушевлением…

Не прошло и минуты с тех пор, как за Надишь захлопнулась входная дверь, а ее платье уже оказалось на ковре в гостиной, сама Надишь на диване, а Ясень — на Надишь сверху. После трехнедельного перерыва Ясеня не смущали ни песчинки, осыпающиеся с ее одежды на голубую обивку дивана, ни ее влажная от пота кожа. Надишь как раз приподнялась, чтобы Ясень расстегнул застежку ее лифчика, и тут телефон зазвонил.

— Минуту… — отпустив ее, разочарованно вздохнул Ясень.

Надишь кивнула. Лифчик остался при ней. Лежа на диване, она слушала ответы Ясеня. Сначала она нахмурилась. Потом встала и торопливо набросила на себя платье. Потом села на диван и встревоженно посмотрела на Ясеня. Тот как раз бросил трубку на рычаг. Одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять: все извращения на сегодня отменяются.

— Что случилось? — спросила Надишь.

— Теракт в аэропорту, — глухо произнес Ясень. — Мы выезжаем на место.

— Разве ты не должен ждать пострадавших в больнице?

— В больнице за главного остается реаниматолог. У него есть инструкции. А там я буду нужен гораздо больше, поверь мне.

* * *

В машине по пути в аэропорт Ясень кратко обрисовал ей ситуацию. Один из пассажиров пронес бомбу в чемодане, и та взорвалась непосредственно в очереди возле одной из стоек регистрации. На тот момент зал был максимально заполнен: субботнее утро; ровеннцы, чьи контракты закончились в пятницу, улетали домой, стремясь как можно быстрее выбраться из раскаленного, терзаемого пустынным ветром Кшаана.

— О каком количестве пострадавших может идти речь? — спросила Надишь.

— Учитывая высокую проходимость терминала… вплоть до пары сотен.

Сотен. Надишь все еще не могла поверить, что это действительно происходит. Всего-то десять минут назад она блаженствовала, ощущая прикосновения Ясеня, а вот она уже в его машине, несущейся с пугающей скоростью, и на ней наброшенный поверх ее кшаанского платья докторский халат Ясеня — один из висящих в шкафу в его спальне. Надишь, привыкшая к брючной светло-голубой униформе медсестры, остро ощущала свое несоответствие. К тому же халат был ей велик, пришлось закатать рукава. После этого халат стал удобнее, но чувство, что она самозванка, никуда не исчезло. Снаружи бесчинствовал машибаж. «Беда». Да уж, точнее не скажешь.

— Через пятнадцать минут мы будем в аэропорту. Общее правило таково: кто первый, тот за все и отвечает. Так как от ближайшей больницы путь неблизкий, этими первыми запросто можем оказаться мы и тогда на нас ляжет организация всех основных процессов, в том числе размещение раненых и обеспечение проезда к зданию для их эвакуации. К сожалению, я не очень знаком с территорией аэропорта и помещениями терминала. Я был там всего дважды. Один раз по прилету в Кшаан вместе с моей девушкой. Второй раз два