Сломленный рыцарь - Л. Дж. Шэн

«Мамочка, почему у меня только один глаз?»

«Сынок, папочка проткнул его тебе членом, пока трахал меня, когда я была беременна тобой».

Не вините меня за риск – особенно, когда у Вона был просто невероятно счастливый день, когда новость разлетелась. Он назвал мою невесту мамочкой-подростком в процессе, когда мы болтали по «Скайпу» (ложь, ей уже двадцать), а когда Луна призналась в тяге к рамену, он ответил, что, судя по этому, у моего члена особый вкус.

А я не могу даже покалечить Вона.

Я даже не могу ударить его в лицо, потому что он далеко.

– Я сделаю тебе больно, если ты не ускоришься. Я уже десять минут на грани оргазма, – прорычала Луны, возвращая меня к реальности.

– А что если я сделаю ей больно?

– Не сделаешь.

– Откуда ты знаешь?

– Ты не настолько большой! – заявила она раздраженно.

Я остановился и посмотрел на нее с ужасом.

Я знаю, что я большой. У меня есть доказательства. Мы даже использовали линейку в раздевалках в старшей школе. Что за фигня? Старший Найт не нуждается в этом негативе от любви всей его жизни.

– Возьми слова обратно, – предупредил я, входя в нее очень глубоко и сильно, да я почти достал до ее глотки.

Она засмеялась. И кончила. На моем члене. И еще сильнее рассмеялась. Я реально лучший партнер в мире, если можно так говорить о самом себе. Конечно, могу. Я буквально это и делаю.

Наконец – то, слово «буквально» употребляется в нужном контексте. Хотя я даже не сказал его, просто подумал.

– Разве второй триместр не самый опасный? – Спросил я, продолжая преследовать свой собственный оргазм, входя и выходя из нее.

Луна кажется непреклонной в том, что мы не вредим ребенку, и знает много об этом. Кроме того, она здорова и уже любит этого ребенка больше, чем я люблю саму жизнь, а это значит, что этот комочек попал в добрые руки. И живот.

– Найт, беременность работает не так. Мы можем заниматься сексом. Ребенок в безопасности. А вот ты? Все зависит от того, насколько сильно ты будешь играть со мной в постели.

К тому времени, когда я закончил, она с трудом смогла дойти до ванны. Я остался лежать на кровати, наблюдая, как ее обнаженная фигура движется к освещенной ванной комнате. Три месяца назад, когда мы узнали, что она беременна, мы пришли в восторг. Несмотря на то что думали все вокруг, беременность была запланирована на все сто процентов.

Да, да, я знаю. Мы оба учимся в Южно-Калифорнийском колледже. Мы оба студенты. Я работаю тренером по футболу в младшей лиге, и мне ни хрена не платят, я занимаюсь этим просто для души, а Луна только что закончила проект, за который неплохо заплатили. Новость мы узнали случайно месяц назад, на запоздалой свадьбе Дарьи и Пенна. Луна не пила. Дарья тоже. Так что, было несложно сложить два плюс два.

– У наших деток будут детки! – заявила Мелоди Фоллоуил.

По каким-то причинам это прозвучало грубо из ее уст.

Решение завести ребенка было непросто принять. Мы просто отмечали пункты, к которым должна стремиться счастливая пара нашего возраста – помолвка, дом, белый лабрадор по имени Джонни и уродливый хаски по имени Роттен – но что-то было не так. И это что-то было мамой, конечно, не только из-за ее отсутствия, а из-за того, что заботиться было не о ком. Не за кого бороться. Ради кого просто быть.

Секрет о нас с Луной – мы любители заботиться по своей природе. Я так привык заботиться о ней и маме, а она – обо всем остальном мире, включая меня, что нам нужен кто-то, кому подарить лишнюю любовь.

Папа чуть не убил меня, когда узнал, что я обрюхатил невесту в девятнадцать лет специально. К счастью, Дикси его успокоила.

Луна напевает песню «Enjoy the Silence» Depeche Mode. На лице легкая улыбка. Интересно, там мальчик или девочка? Мы продолжаем называть ребенка «она», потому что какая-то часть нас уверена, что этот ребенок олицетворяет маму.

А еще мне интересно, будут у ребенка зеленые или серые глаза.

Будет ли темная, гладкая кожа и полные губы.

Надеюсь, что малыш будет знать, что мы хотели ребенка еще до того, как узнали о его существовании. Это так не похоже на наших биологических матерей, мы никогда не отпустим его или ее. И я не имею в виду после рождения. Я имею в виду всегда. Может, даже после колледжа. Мы закроем его в комнате навсегда.

Ладно, это не самый лучший подход к воспитанию. Не берите в голову.

– Я думал, что ты ненавидишь эту песню, – кричу я Луне и похлопываю по постели рядом с собой, намекая на то, что прошло уже много времени и пора начать второй раунд.

– Так и есть, – воскликнула она, возвращаясь из ванной и залезая в постель.

Наша квартира на Венис-Бич довольно хорошая. Вы можете услышать, как ночью волны обрушиваются на берег, обычно это фон для шума туристов, их смеха и криков, а перед балконом ужасно играют уличные музыканты. Я люблю шум и суету. Это напоминает мне о том, как мне повезло связать свою судьбу с самым тихим человеком, которого я знаю.

– Тогда почему ты ее поешь? – Я прижался к ней ближе, потираясь носом о ее шею.

Мы соприкасаемся грудью. Моя твердая и мускулистая. Ее – мягкая и круглая.

– Потому что. – Она улыбнулась. – Эди ее любит, а я люблю Эди.

– Тогда по такому же принципу ты любишь анал, – сказал я.

– Да? – Она искоса посмотрела на меня.

– Ага. Потому что я люблю анал, а ты любишь меня.

– Только на твой день рождения. – Она предупреждающе подняла палец. – По всей видимости, только тогда я тебя полюблю.

– И на национальные праздники, – поспорил я.

– Ты заключил спор сам с собой.

– На канадские тоже. Сейчас самое время проявлять солидарность.

Она засмеялась. И я тоже. Не могу дождаться, когда к нашей тусовке присоединится малыш.

Он даже не подозревает, как долго мы его ждем.

Как я хочу, чтобы он был рядом.

Как в тот день, незадолго до смерти мамы, когда я извинялся перед Луной за то, что не надел презерватив. То было неискреннее извинение. Потому что я хотел, чтобы у нас был ребенок.

Я хочу искупить то, что сделали наши матери.

Только вот Дикси совсем не та женщина, на которую я обижался. А может, никогда и не была такой. Иногда мы делаем из людей монстров в своих головах просто потому, что не можем понять их.

А может, мы не понимаем их, потому что и не пытаемся.

А не пытаемся, потому что боимся.

В любом случае, я перестал бояться. Любви. Чувств. Прощения.

Мы с Луной создавали личности друг друга с самого начала. Нужды. Желания. Мораль.