Сломленный рыцарь - Л. Дж. Шэн

– И в чем вопрос?

Я остановился. Она тоже.

Я повернулся лицом к ней.

– Как мне вернуть ее?

– Ты хочешь моей помощи? – Ее глаза заблестели.

Хочу я? Да, блин. Луна пообещала мне быть рядом, и она рядом, но только как друг. Она знает, что я трезвый, но все равно не позволяет мне касаться ее. Целовать. Чувствовать.

Я понял. Я облажался. И ей нужно дать мне стимул держаться подальше от алкоголя и всего прочего. Особенно сейчас, когда ушла мама. Но разве она не слышала своих собственных слов на похоронах? Если вы любите кого-то, то не отпускайте его. Придушите его, черт побери, пока он не осознает, что у него нет шансов сбежать. Ага. Это как раз то чувство, тот метод, который я хочу попробовать.

– Да. – Я запустил пальцы в волосы. – Да, я хочу твоей помощи, Дикси. Это и есть проверка, – добавил я. – Если ты поможешь мне, то ты в деле.

– А если она не ответит на твои попытки?

Я знаю, что она спросила в основном, чтобы понимать, каково ее положение, что это не имеет ничего общего со мной и Луной, но мысль о неудаче заставила меня подумать о том, чтобы отказаться от этой идеи.

– Если это случится, то мы обсудим это позже.

– Нет, – сказала она. – Я не согласна на это. Я готова подать в отставку. Я хочу, чтобы ты пообещал, что мы будем видеться дважды в неделю, независимо от того, что случится, по обоюдному согласию, – добавила она, от чего я чуть не рассмеялся.

Больше никаких преследований.

– Если ты хочешь встречаться, то я выбираю место, – прояснил я.

– Хорошо, – кивнула она.

– И я говорю, когда и сколько по времени. Мы будем делать так, как я скажу. – Я ткнул пальцем в грудь. – Потому что ты облажаешься, Дикс. Без обид.

– Я и не обижаюсь.

– Итак, каков твой план насчет Луны? – спросил я, возвращаясь к делу.

Со всем уважением к моей новой матери, но я должен не потерять Луну для начала.

– Дай мне немного времени, чтобы составить идеальный план. Встретимся у меня в отеле в восемь? Я могу заказать китайскую еду.

– Ненавижу китайскую, – сказал я.

– Суши?

– Суши были нашей с мамой традицией. Так что, нет.

– Извини. – На ее лице отразилось сожаление, как будто она ответственна за то, что мамы больше нет. – Что насчет пончиков?

– Пончиков?

– Пончики будут нашей фишкой. Ты их любишь.

Я ничего не ответил.

– Ты не спросишь меня, откуда я знаю? – Она улыбнулась.

– Хм, нет. Я живой, а значит, люблю пончики. Это не высшая математика. Углеводы и сахар все равно, что оргазм.

За последнее время, пока она преследовала меня, я не съел ни одного пончика. Так что, она не могла выяснить это таким образом.

– Да. Тогда позволь мне уточнить. Твой любимый вкус с фисташками и ванилью, ну и частично обычные.

– А теперь конкретнее. Так точно. Немного жутко. Откуда ты знаешь?

Хотя я люблю пончики, я обожаю брать их по шесть штук в упаковке, а эти два вкуса никогда не идут вместе. На самом деле, я пока слишком молодой и активный, чтобы становиться толстым, но папа с друзьями говорят что-то о формировании хороших привычек, так что ты никогда не будешь выглядеть на шестьдесят, когда тебе сорок.

В любом случае этот разговор не отстойный, что уже неплохо.

– Потому что когда ты был в моем животике, то просто с ума сходил от пончиков с фисташками. – Она покраснела.

Я продолжил смотреть на нее, в ожидании большего.

– И молока. Ох, как же ты любил молоко с пончиками.

– Я выпиваю около литра в день.

Пошли в жопу, хейтеры. У меня хорошие, крепкие кости только благодаря этому дерьму. Все-таки, Дикси более сносная, чем я рассчитывал.

– Я потакала тебе, конечно. Я брала один каждый день для нас. Первый раз я купила все пончики в пекарне и откусила по кусочку от каждого. Ты чуть не выбил дух из меня, когда я откусила фисташковый. Так что они были у нас каждый день. Фисташковый пончик с большим стаканом молока.

– Это… прикольно.

– Так что, пончики и наш план? – Она улыбнулась.

– Пончики и план. – Я кивнул.

Луна

– Вот она.

Послышался шепот за моей спиной, пока я рассеянно перебирала одежду. Голос женский. Пронзительный.

– Ходят слухи, что она рассталась с Найтом в ту же неделю, когда умерла его мама. Бессердечно, да? После стольких лет заботы с его стороны. У него буквально не было жизни без нее.

– Сумасшедший, – вздохнула другая девушка.

Иногда – намного чаще, чем я сама задумывалась об этом – люди считали, что если я не могу разговаривать, то я ничего не слышу. Ну или, может, я слышу, но это не имеет никакого значения. Я не собиралась ни с кем спорить. И никогда не спорила. Только вот сегодня, пока я тусовалась с Дарьей, ее матерью Мелоди, Эмилией и Эди в попытках найти идеальное платье для помолвки, эти девушка ждали ответной реакции.

– Луна, – позвала Эди, сидя на кремовом кресле перед примерочной с остальными женщинами, сжимая бокал с шампанским в руке. Дарья внутри, примеряет уже пятое платье в бутике. Все старались сосредоточиться на одежде, а не на том факте, что мы все делали вид, что игнорируем ощутимое присутствие Розы в комнате. Мне даже пришлось сделать шаг назад, притворяясь, что я что-то ищу, чтобы никто не увидел, что я плачу. Я ужасно скучаю по Розе. И с каждым днем все больше.

– …и теперь она тусуется с Дарьей Фоллоуил? Очень удобно. Все, что ей надо было сделать, это стать такой же стервой, как она, чтобы попасть в клуб крутых девиц.

Разговоры позади меня стали громче.

– Надеюсь, что Найт вернется к Поппи. По крайней мере, она не играет в тупые детские игры.

– Луна, детка, иди сюда. Я думаю, что мы нашли то самое, – сказала Эди.

Должно быть, она заметила девочек позади меня, сделав вывод по их взглядам, что они разговаривают обо мне, и пожелала спасти меня от сердечного приступа.

Эди, Эмилия, Мелоди и Дарья начали привыкать к моему разговору, как и все вокруг меня, но они все еще гиперопекают меня. Они волнуются, что я не справлюсь.

– Одну минуту, мам! – крикнула я громко и ясно.

Болтовня позади меня прекратилась. Как и шуршание одеждой. Я развернулась с улыбкой сирены на лице. Вот тот самый момент – я стою лицом к лицу со своими обидчиками, вместо того чтобы прятаться за восхитительной спиной Найта.

Устанавливаю рекорд после того, кем я была для него. Кем он был для меня.