Раунд 2. Ты будешь моим - Кэти Эванс

Неожиданно по другую сторону ринга я заметила Нору, и во мне поднялся ужасный гнев и обида на нее, когда я поняла, что она избегает смотреть в мою сторону.

Скорпион запрыгнул на ринг. Его помощник снял с него халат, и он продемонстрировал толпе еще одного огромного черного скорпиона, которого, видимо, недавно нанес на всю спину. Он повертелся на ринге, красуясь перед зрителями. Этот тип стал еще уродливее, и я испытала настоящее удовольствие при виде шрама – подарка от Реми – на его мерзкой роже.

– Приятно видеть, что он такой же отвратительный, – хмыкнул Пит.

– Пит, я поверить не могу, что моя сестра, освободившись от этого чудовища и перестав принимать наркотики, вдруг снова к нему вернулась. Как подумаю об этом, мне дурно становится. – Я снова бросила через ринг взгляд на Нору, и при мысли о ее предательстве мне словно нож в сердце вонзили.

– Все совсем не так, как ты думаешь, Брук, – сообщил мне Пит, кивая на ринг. – Ты ведь многого не знаешь. Просто подожди, и все поймешь.

– Что ты имеешь в виду? – ошарашенно спросила я, но если Пит и ответил, я его не услышала.

Скорпион повернулся в сторону Норы, и сестра посмотрела на него с мрачным выражением, которое вовсе не походило на выражение лица влюбленной молодой женщины. Он резко развернулся, чтобы взглянуть прямо на меня, и демонстративно показал мне средний палец.

– Черт, Брук, ради любви к Реми…

Я подняла обе руки, показывая ему средние пальцы, и Скорпион одарил меня гнусной ухмылкой, продемонстрировав желтоватые зубы.

Пит ахнул и застонал, словно у него схватило живот.

– Если Ремингтон узнает, что он только что показал тебе непристойный жест и ты ответила ему тем же…

Тут же раздался свист и крики неодобрения, и Скорпион продемонстрировал средний палец и зрителям тоже, все с тем же наглым оскалом, но этого ему показалось мало – он схватился за паховую область и сжал ее с вызывающим видом. Толпа заревела с еще большим возмущением.

Боже, я никак не могла понять, как может моя сестра иметь дело с таким мерзким типом. Она всегда была такой романтичной. Всегда мечтала встретить своего принца. И все для того, чтобы в конце концов связаться со Скорпионом?

– И еще один претендент на титул чемпиона. Мы все его знаем! Мы все хотим посмотреть, сможет ли он его завоевать сегодня. Итак, кто же это? Готовьтесь встречать единственного и неповторимого Ремингтона Тейта! Вот он – Р-и-и-ип!!

Я ничего не могла с собой поделать – при звуке его имени меня словно молния пронзила. В зале стоял шум, когда выходил Скорпион. Но крики и бурное ликование, которыми толпа встретила Ремингтона, заставили мое горло сжаться от эмоций, и сердце замерло в груди.

– Ре-мин-гтон! Ре-мин-гтон! – нараспев кричала толпа. Казалось, красный цвет заполнил весь зал. А потом я заметила единственное алое пятно, которое я так жаждала увидеть, и все мое тело устремилось к нему. Зрители вокруг меня выкрикивали его имя, я буквально тонула в нем, как и в красном цвете, который, казалось, был повсюду.

– Реми, прикончи его!!! Вперед, Р-р-р-и-и-ип!

Все мои органы заработали на полную катушку. Легкие, сердце, надпочечники, глаза – каждая частичка моего тела жаждала его. Он трусцой вбежал на арену, и меня закрутило в водовороте тревоги, страха и волнения. Я разрывалась между стремлением увести его отсюда в безопасное место и желанием присоединиться к восторженным крикам фанатов, дать ему понять, что он единственный здесь король ринга. Одним легким прыжком он оказался на ринге и тут же позволил Райли сдернуть с его плеч алый халат. Мне казалось, что я слышу единый вздох, сорвавшийся с уст женщин, сидящих рядом со мной.

– Реми, убей его! – кричала одна из них.

А потом произошло нечто удивительное. Он начал свой фирменный поворот, красуясь перед зрителями, демонстрируя свои загорелые твердые мускулы во всем великолепии, и я услышала, как женщина рядом экзальтированно завопила, что его тело должно быть увековечено в мраморе, ведь оно воплощение мужественности и совершенства. И тут он посмотрел на меня. Голубые глаза его сияли как звезды. Это был самый яркий, самый чистый голубой цвет на свете. Он улыбнулся, продемонстрировав очаровательные ямочки на щеках, и я с дрогнувшим сердцем поняла, что имел в виду тренер, когда упоминал о нормальном состоянии. Его глаза в тот момент действительно были голубыми. Прозрачными, удивительно красивыми, сверкающими. Эти глаза и ямочки на щеках вызвали у меня в животе порхание тысячи бабочек, я словно взорвалась фейерверком.

Меня охватила буря эмоций, и внезапно я каждой клеточкой своего тела поняла, что ему удалось преодолеть себя. Это действительно так. Перед нами снова был Ремингтон Тейт. Человек, который падает и поднимается, и это повторяется снова и снова. Он идет вперед, с трудом преодолевая преграды, побеждает и упорно продолжает свой путь. И он своего добился. Я помнила, кто он. Откуда берется его сила и упорство, из какого неведомого источника, которого нет ни у кого в мире. Он непобедим, его невозможно сокрушить. И он раздавит Скорпиона, как и обещал.

Прозвучал гонг, и мой парень сразу ринулся в бой, не теряя времени даром. Он сразу вышел в центр ринга. Скорпион, видимо, предполагал, что какое-то время они будут прыгать друг вокруг друга, примериваясь, но Ремингтон умудрился нанести ему несколько быстрых ударов по корпусу, заставив мерзкое животное отшатнуться.

От волнения кровь у меня вскипела, забурлила пузырьками. Я прижала руку ко рту, а потом закричала вместе со всеми.

– Реми!

– Брук! – Пит заставил меня опуститься на место, но я была так взволнована, что не могла сидеть спокойно. Я чувствовала его, Ремингтона, чувствовала тяжесть его ребенка в своем животе. Я чувствовала, что он живет во мне, его энергия пронизывала меня.

Бойцы сразу начали сражаться в полную силу.

Реми обрушил кулаки на челюсть Скорпиона, от чего тот пошатнулся. Я едва могла сдерживать эмоции, переполнявшие мое сердце, и тяжело дышала. Боже, казалось, я так долго – целую тысячу лет – ждала, чтобы увидеть этот поединок, а теперь была просто не в состоянии все это выносить. Толпа фанатов тоже давно предвкушала этот бой, и теперь они кричали изо всех сил. И я вместе с ними!

– Вперед, Реми!

– Бей его, Реми!

– Ремингтон, я так люблю тебя, мать твою! Боже, я так тебя люблю! – изо всех сил кричала я.

– Брук! – с упреком произнес Пит, указывая на мой живот. – Тебе вредно так прыгать.

– Полезно, Пит! Очень даже полезно! – Ребенок зашевелился, и живот схватило судорогой, но подобное у меня иногда случалось – я знала, что дети так себя ведут за три месяца до родов. Наверное, он почувствовал мой адреналин. Или понимал, что папа его сейчас сражается. Он шевелился каждый раз после судороги, и я подумала, что обстановка вокруг сейчас слишком накалилась, чтобы расслабиться. Как можно спокойно смотреть на все это?