Не отвергай босса, опасно! - Маргарита Светлова

— Это твоих рук дело, шакал? — Марат медленно развернулся к Тимуру, которого продолжал удерживать Глеб.

— Нет, сам удивлён. Я разберусь, кто заказчик, и накажу, — ответил сдавленным голосом.

— Уверен?

— Даю слово. Ты же знаешь, я всегда держу своё слово.

Мой хмыкнул, явно считая по-другому.

— Глеб, отпусти его, пусть забирает свою падаль, иначе я за себя не ручаюсь.

Стоило им уйти, началось…

— Какого чёрта ты полезла с голыми руками на огромного мужика! Совсем мозгов нет?! — взревел Глеб, надвигаясь, на Люду.

— У меня вот что было, — показала она пилочку.

— Серьёзно? Пилочкой — натренированного качка? Да у тебя мозгов меньше, чем у курицы!

— Не ори на меня!

— Действительно, чего орать? Тебя высечь нужно! Какого чёрта ты так вырядилась? — показал он глазами на вполне приличное платье.

— Ты кто ты такой, чтобы мне указывать?! Если мы сегодня пришли вам помочь, это ничего не значит…

— Помочь?! — сощурил он глаза и рявкнул: — Да вы только всё испортили!

— Ничего мы не испортили!

— Ты хоть понимаешь, во что вляпалась? Тимур так просто не отстанет. Пойти его добить, что ли, во избежание проблем… — обречённо закончил тираду.

— Стоп, вы план по мордобою на сегодня выполнили, ударили каждый по разу — на этом остановимся, — тут же влезла Соня. Мужчины замерли и уставились во все глаза на миниатюрную блондинку, которая взяла на себя главенствующую роль. — Девочки, у нас проблемы.

Мы забыли о стоявших рядом мужчинах.

— Какие? — хором с Людой спросили.

— Вернее, не у нас, а у Люды. Твой мужчина прав.

— Да не мой он! — возмутилась тут же роковая красавица.

— Я неправильно выразилась — твоя головная боль. — С последней поправкой Люда согласилась и кивнула. — Так вот, этот мужик встал в стойку охотника, так что готовься.

— Что, ещё один? Мало ей одного, так другой нарисовался! — разволновалась я. — Что делать будем?

— Как всегда — будем убивать интерес.

— Что-то у нас с этим плохо выходит, — показала я глазами на мужчин, которые, к слову, были на взводе.

— Ну… да, — согласилась она и тоже печально посмотрела на мужчин.



— Мне осточертел этот балаган, — первый не выдержал Глеб, подошёл к Люде, схватил её за руку и, продолжая возмущаться, повёл обратно в зал, — интерес они собрались убивать, стратеги хреновы! Одеваться нужно скромно, убивать ничего бы не пришлось.

— То есть, если я буду скромно одеваться, ты от меня отстанешь? — тут же ухватилась за возможность Люда.

— Поздно, мой интерес не убить, а этого я сам прибью, если вздумает к тебе лезть. И вообще, с сегодняшнего дня ты живёшь у меня.

— Нет! — встала она как вкопанная.

— Мне твое согласие не требуется. И запомни — я это делаю исключительно, чтобы защитить тебя. Если не это — хрен бы я пустил тебя к себе домой.

Ой, что потом началось…

На людях мы продолжали изображать влюблённых дур, но стоило покинуть приём, мы все разругались в пух и прах, даже я с Мартом. И если при друзьях он держался, то дома меня ждал самый настоящий вынос мозга. Я тоже в долгу не осталась и высказалась по поводу его друзей. В итоге на свадьбу к Лизе с Авериным мы поехали разобиженные друг на друга, как, впрочем, и мои подруги со своими мужчинами. Вот так и помогай мужчинам. Мы для них старались… А они чем отплатили?

Пока собирались на свадьбу, со своим переругалась ещё раз пять: то платье ему не нравится, то слишком яркий макияж. Замучил своими придирками! Благо родители не видели наши сору — они забрали Алису к себе на два дня, давая нам побыть наедине, наверное, надеялись, что это поможет нам наладить отношения. Ага, помогло! Я разобиделась и ушла спать в комнату дочери, заперев дверь, а Марат пригрозил выбить её! Ну а я сказала, что маме всё расскажу — отстал. Наутро смотрел на меня как на врага народа, я отплатила ему тем же, решила пока не идти на мировую — он незаслуженно отругал меня в прошлый раз, а значит это дело принципа. Посему решила держаться, сколько возможно, а точнее, пока он прощения не попросит.

На регистрации делали вид, что у нас всё хорошо, чтобы чита Авериных не догадалась, что у нас военные действия. Лиза беременна, ей волноваться ни к чему. Подруги тоже делали вид, что всё в норме, пока не пришло время рассаживаться по местам в банкетном зале. Вот тут и возникла первая загвоздка — мы с девчонками ни в какую не хотели садиться рядом со своими мужчинами.

— С чего вдруг я должна с тобой сидеть?! — первая возмутилась Люда.

— С того, что ты моя женщина, — процедил сквозь зубы Глеб.

— Что-то не припомню такого события в своей жизни, тем более меня от твоей физиономии воротит.

Того от злости даже слегка перекосило.

— Слушайте, давайте не будем устраивать сцен! Мальчики пусть садятся по ту сторону стола, а мы по эту. Тогда никаких вопросов не возникнет, — решила разрядить обстановку Соня, а то на нас уже стали коситься.

— Юля, — услышала голос своего, и он постучал рукой по стулу рядом с собой.

«Серьёзно? Он считает, я сейчас, как собачка, сяду рядом?»

— Я хочу с подругами пообщаться, — проигнорировав его жест, селя рядом с Соней. Мой одарил меня не менее злым взглядом, чем его друг Люду. Понятно — разборкам дома быть. Ну и пусть, зато сейчас повеселюсь.

Веселье вначале не задалось — хмурый взгляд Калагова всё портил, с подругами открыто говорить мы не могли — напротив нас мужчины. Но больше всего злило, что они вдруг стали рассматривать девочек как-то заинтересованно, а в глазах читался азарт. Ну точно какую-то пакость замыслили!

— Люда, не стоит делать такой скорбный вид, будто ты подругу не замуж выдаёшь, а в последний путь провожаешь, — принялся язвить Глеб.

Идиот!

— А при чём тут Лиза? Я расстроена по другому поводу, — невозмутимо ответила она.

— Поделишься? — поинтересовался он и поднес ко рту вилку с салатом.

— Зачем мне говорить дважды? — тот замер.

— Не понял?

— А что тут не понять? — сделала она паузу, внимательно смотря на него. В этот момент Глеб всё-таки донёс вилку с едой до рта. Ох, и зря он это сделал! — Ты же у нас только ту информацию воспринимаешь, которую воровато добыл, а именно — подслушал.

После гневной отповеди он поперхнулся, и Кирилл тут же дал ему стакан водой. Откашлявшись, Глеб ответил.

— Прослушивал, прослушиваю и буду прослушивать до тех пор, пока ты, вертихвостка, будешь нарываться на неприятности!