Меня повело - Царина Вереск

Я выдыхаю и гашу экран. Темнота накрывает комнату, но внутри уже не так пусто. Страшно. Но хочется.

Глава 49

Алина.

Я стою у стены, стараясь занять как можно меньше места, будто если сожмусь — стану менее заметной.

Вокруг шум. Голоса, смех, щелчки каблуков по полу, запах лака для волос и духов, слишком сладких, слишком чужих. Девушек много. Очень много. И почти каждая — как с картинки. Высокие, уверенные, с идеально выпрямленными спинами и спокойными лицами, будто они здесь уже сто раз были и им вообще всё равно.

А я… я не знаю, куда деть руки.

Скрещиваю их на груди — неудобно. Опускаю вниз — кажется, что выгляжу глупо. Беру телефон — делаю вид, что занята. Хотя на самом деле просто смотрю в чёрный экран.

Зачем я вообще сюда пришла?

Сердце бьётся слишком быстро. В горле сухо.

Я поднимаю взгляд и начинаю наблюдать. Передо мной — импровизированная зона кастинга. Девушки по одной выходят, проходят вперёд, останавливаются, поворачиваются. Кто-то что-то говорит, кто-то просто смотрит, оценивает. Несколько человек сидят за столом — листают что-то, переговариваются, иногда кивают, иногда вообще не поднимают глаз.

И от этого становится ещё хуже. Потому что здесь никто никого не ждёт. Никому нет дела, кто ты. Ты либо подходишь… либо нет.

Я сглатываю.

Очередь медленно двигается. Девушки уходят вперёд одна за другой. Кто-то выходит уверенно, кто-то чуть быстрее, будто хочет поскорее закончить. Но почти у всех есть одно — спокойствие. Как будто они знают, что делают. А я не знаю.

Я снова ловлю себя на том, что смотрю слишком пристально. На движения. На позы. На то, как они держат плечи, как смотрят прямо перед собой, как будто внутри у них нет ни капли сомнения. Как они это делают?

Я пробую незаметно выпрямить спину. Повторить. Вдохнуть глубже. Получается… странно. Внутри всё равно паника.

— Спокойно, — шепчу себе почти беззвучно. Но не помогает.

Я снова смотрю вперёд. Одна девушка проходит особенно уверенно. Останавливается, чуть поворачивает голову, взгляд — холодный, отстранённый. Как будто ей не нужно никого убеждать. И в этот момент у меня внутри что-то щёлкает. А вдруг… у меня тоже получится? Мысль слабая. Неуверенная. Но она есть. Я цепляюсь за неё.

Ведь вчера… мне правда понравилось. Пока я просто смотрела. Пока это было не про меня. Пока не нужно было выходить.

Я сжимаю телефон в руке сильнее. Ладно. Я здесь. Уйти всегда можно. Но если уйду сейчас — я так и не узнаю.

Очередь снова двигается. Я делаю шаг вперёд. И чувствую, как внутри всё сжимается ещё сильнее. Но на этот раз… я не отступаю.

— Следующая.

Слово звучит уже привычно, но внутри всё равно дергается. Это я.

Я делаю шаг вперёд — и сразу чувствую, как подкашиваются колени. Как будто тело против. Как будто оно помнит вчера и заранее готовится снова провалиться.

Свет здесь не такой жёсткий, как на съёмке, но всё равно ощущается. Пространство открытое, впереди — люди, взгляды, оценка.

Я замираю на секунду. Сейчас опять будет…

Пальцы сжимаются в кулак, и я случайно цепляю браслет на запястье. Тот самый, что подарил мне Макс. Обволакивает мое запястья, как будто сам все время держит меня за руку.

Я опускаю на него взгляд. И в голове всплывает вчерашний вечер. Двор. Лавка. Макс рядом.

«Ну и что? Зато поймёшь, твоё или нет.»

Я медленно выдыхаю. Ладно. Не умирать же.

Я выпрямляюсь. Плечи назад. Шея длиннее. Подбородок чуть вверх.

И вдруг вспоминаю совсем другое. Зал. Зеркала. Тренер, который вечно повторял:

«Спина. Носок тяни. Ты держишь линию, а не разваливаешься.»

Я почти автоматически подтягиваюсь. Чуть вытягиваю корпус. Ставлю стопу аккуратнее. Перекатываюсь. И делаю шаг. Потом ещё один. Сначала неловко. Слишком осторожно. Но с каждым движением становится чуть легче.

Я не думаю, как выгляжу. Я просто иду. Дохожу до отметки. Останавливаюсь. Пауза. Поворачиваюсь. Сердце всё ещё бьётся быстро, но уже не так хаотично. Как будто я его поймала.

Кто-то что-то говорит сбоку. Я не разбираю слова. Только интонацию.

Я возвращаюсь назад. И только тогда понимаю, что дышала всё это время слишком поверхностно. Вдох. Ещё вдох.

Я отхожу в сторону. Руки слегка дрожат, но внутри… не пусто. Не как вчера. Я не провалилась. Я просто… прошла.

— Ещё раз, — звучит голос.

Я поднимаю голову. И снова выхожу. И снова. И ещё.

Девушек гоняют без остановки. Кто-то устает, кто-то начинает раздражаться, кто-то теряет ту самую уверенность, с которой пришёл.

Часы тянутся медленно. Мы ходим, разворачиваемся, возвращаемся. Снова и снова. Как будто нас проверяют не только на внешность, а на выносливость.

Я сначала считаю попытки. Потом перестаю. Потому что в какой-то момент тело начинает работать само. Шаг. Поворот. Спина. Взгляд. Я уже не думаю «как я выгляжу». Я просто делаю. Иногда ловлю себя на том, что повторяю про себя: Спина… носок… держи… И это держит. Держит меня лучше, чем страх.

К вечеру ноги начинают ныть. Внутри всё устало. Волосы липнут к шее, макияж, наверное, уже давно не идеальный. Но я всё ещё здесь. И это уже маленькая победа.

Я отхожу в сторону, перевожу дыхание. Ноги гудят. Плечи чуть тянет от напряжения. В голове — пусто и одновременно слишком много всего. День будто размазался. Один длинный отрезок: шаг — поворот — назад. Снова. Снова. Снова. Я даже не понимаю, как держусь до сих пор.

Я уже собираюсь тихо выскользнуть к выходу, когда слышу:

— Алина.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь.

Полина.

Она стоит чуть в стороне, опираясь на стол, и смотрит на меня тем же внимательным взглядом, как тогда, в студии.

Я подхожу ближе. Осторожно. Как будто сейчас скажут что-то окончательное.

— Да?

Она на секунду молчит, будто оценивает ещё раз.

— Ты сегодня лучше.

Я моргаю.

— Лучше… чем вчера?

— Очевидно, — усмехается она. — Но не обольщайся.

Мысленно фыркаю. Какое там. Вчера мне четко указали на мои «способности».

— Слушай, — говорит уже чуть серьёзнее. — У тебя есть шанс.

Сердце делает резкий удар.

— Дизайнеру ты… не противна, — она криво улыбается. — Это уже плюс.

Я невольно смеюсь.

— Очень вдохновляюще.

— Я честно говорю., - Она делает шаг ближе. — Но есть проблема.

Я сразу напрягаюсь.

— Походка.

Я опускаю взгляд на свои ноги, будто там написан ответ.

— Не ужасно, — пожимает плечами Полина. — Но сыровато. Ты думаешь. Слишком.

Я закусываю губу.