Не с тобой. Дилогия - Gesiona

Бар встретил непривычной тишиной и табличками «closed» на дверях пабов и ресторанов. Лишь редкие машины и еще более редкие припозднившиеся прохожие встречались на некогда оживленных, а теперь опустевших, погрузившихся в сонное оцепенение улицах.

Нолан взглянул в зеркало заднего вида. Орион вольготно растянулся на мягком сиденье.

— Я сказала Эли, что привезу собаку сама, — сказала она, — так что у тебя будет очень приличный и правдоподобный повод для визита. Надеюсь, в дальнейшем мое чуткое руководство тебе не понадобится?

— Не понадобится, — твердо ответил Нолан.

Никогда и никуда он не собирался так тщательно и придирчиво, как сегодня. Он полчаса проторчал перед зеркалом, так и этак ероша шевелюру, стараниями цирюльника приведенную в божеский вид. В конце концов, такое пристальное внимание к собственной внешности рассмешило его. Ну, прямо отроковица перед первым свиданием. Впрочем, перед тем далеким первым свиданием он не испытывал и десятой доли того волнения, которое одолевало его сейчас. Ему не исполнилось и девятнадцати, но он был весьма самоуверенным и дерзким юнцом. Сейчас ему почти двадцать восемь, и он с радостью позаимствовал бы хотя бы половину прежней самоуверенности. Потому что сейчас ему было чертовски страшно.

Нехорошее предчувствие охватило его еще на подъезде к дому. Среди сверкающих праздничной иллюминацией особняков их жилище выглядело пугающе темным и безжизненным. В доме не горело ни одно окно.

Машина остановилась. Орион нетерпеливо заскулил и царапнул лапой по стеклу. Выбравшись наружу, Нолан заспешил за радостно потрусившим по дорожке псом, чувствуя, как с каждым шагом тает его надежда. Поднимая руку к звонку, он уже знал, что дом пуст.

— Это еще ничего не значит! — ответил Нолан на вопросительный взгляд лабрадора, когда на звонок, как того и следовало ожидать, никто не открыл.

Нолан задумчиво почесал нос, а потом сбежал со ступенек крыльца. Возвращая ключи от дома Алисе, он совершенно забыл об отпирающем ворота гаража радиобрелке, который так и остался болтаться на связке вместе с ключами от машины. И сейчас Нолан собирался беззастенчиво им воспользоваться.

С тихим шуршанием поползли вверх роллеты, вспыхнул свет. Убедившись, что миниатюрного Алисиного «ситроена» нет на месте, Нолан достал телефон.

— Ее нет, мама, — сказал он, едва на звонок ответили. — Дом заперт, гараж пуст. Ты уверена, что она собиралась вернуться именно сегодня?

— Твоя мать еще не впала в маразм! — возмутилась Рита. — Я своими глазами видела обратный билет. Может быть, рейс задержали?

— На четыре часа? — с сомнением произнес Нолан. — С чего бы?

— Хорошо, я сейчас наберу ее и все выясню. Полагаю, мне это будет сделать удобнее.

Нолан вышел из гаража и медленно побрел к своей машине. Орион бежал рядом, недоуменно заглядывая в лицо хозяину. Он явно не понимал, почему, приехав домой, они не заходят внутрь, а зачем-то таскаются по двору. И куда подевалась любимая хозяйка?

— Хотел бы я это знать! — тоскливо пробормотал Нолан, отвечая на невысказанный собачий вопрос.

Он сел за руль, достал сигареты, закурил. Покосился на соседнее сиденье, где лежал огромный букет роз и коробка шоколадных конфет Butlers deluxe, которые так любила его сладкоежка кошка. Сердце вдруг сжалось от тревоги. Где она? Что могло произойти?

Телефон разразился игривой трелью.

— Отключен, — взволнованно сообщила Рита.

— Что? — не сразу понял он.

— Ее телефон отключен.

Нолан похолодел. Чего-то подобного он и боялся.

— Я еду в аэропорт. Попытаюсь разузнать, была ли она в списках пассажиров рейса.

— Держи меня в курсе, хорошо? — попросила Рита.

Нолан отбросил недокуренную сигарету, вылез из машины и, схватив Ориона за ошейник, затолкал упирающегося пса в салон. Истерично взвизгнув шинами, тяжелый Range Rover сорвался с места.

До аэропорта, который располагался к северу от Дублина, проще всего было добираться по объездной, что помогало избежать зависания в городских пробках, но сегодня вопрос с пробками отпал сам собой, и Нолан мчался напрямую, через Блэкрок и Болсбридж, через район Северных доков и Истпойнт, за которым начинался недавно открытый Дублинский портовый туннель. Пытаясь заставить себя рассуждать хладнокровно, Нолан прокручивал все возможные версии, которые могли бы объяснить исчезновение Алисы. Авиакатастрофу и прочие стихийные бедствия он отмел сразу, как варианты фантастические. Ирландия — маленькая страна, и подобные катаклизмы получали широкий резонанс сразу же и становились известны всем, включая слепоглухонемых инвалидов, напрочь игнорирующих СМИ. Поразмышляв над версиями автомобильной аварии и похищения, он также отодвинул их, как маловероятные. Первую, так как при наличии документов, удостоверяющих личность, на них уже вышли бы соответствующие службы, от второй же откровенно попахивало Голливудом. Покончив с объективными факторами, он перешел к субъективным. Во-первых, Алиса могла изменить свои планы и отправиться на праздники в Россию к родным, во-вторых, могла вернуться в Дублин, чтобы отпраздновать Рождество с друзьями, в-третьих, по каким-то причинам могла задержаться в Лондоне. Первые два не выдерживали критики. Алиса редко бывала в России и на его памяти никогда не срывалась туда спонтанно, никого не предупредив. По поводу второго предположения — у них не было принято встречать Рождество в компании друзей, только с самыми близкими людьми, а ее самыми близкими людьми продолжала оставаться его, Нолана, семья. Что же касается Лондона… Черт, почему ему не пришло в голову спросить, на какой концерт она летит?

Вновь зазвонил телефон.

— Ты где? — спросила Рита.

— Въезжаю в туннель.

— Разворачивайся. Эли только что прислала сообщение.

— Что⁈ — Нолан резко затормозил. — Что там? С ней все в порядке?

— Я ничего не понимаю, — как-то жалобно произнесла Рита. — Она поздравляет всех с наступающим Рождеством, пишет, что праздники проведет в Европе и просит приютить Ориона до Нового года. Все.

— Все? — растерянно переспросил Нолан. — Как в Европе? Где она?

— Никаких пояснений. Я попыталась дозвониться до нее, но телефон снова отключен. Очень странно все это.

Нолан съехал на обочину, остановился, не глуша двигатель.

— Мам, ты не знаешь, — он запнулся, прежде чем озвучить ту самую мысль, которая подсознательно зрела в нем сегодняшний вечер и которой он изо всех сил старался не дать оформиться, — она полетела в Лондон одна?

Рита задумалась.

— Да нет, — произнесла она, отвечая скорее на свои мысли, чем на его вопрос. — Конечно, одна. Вряд ли она стала бы скрывать, если бы была с компанией. Зачем?

— И в самом деле — зачем, —