Край собачьих следов - Алёна Рю

конкретного. В конце концов, так бывает, что и тихий человек на самом деле таким только прикидывается. Ведь не просто же так выяснилось, что Арок – частый и любимый посетитель «Падшей совы», а никто бы на него не подумал.

Зацепившись за сучок, Рикки подтянулся и вскарабкался выше, надеясь, что ничто на этот раз не обломится.

***

Никогда еще Денни не встречал с такой радостью первые лучи солнца. Его и Слэйда вывели из подземной тюрьмы, откуда их должны были перевезти в ближайшее расположение войск.

В первую минуту бывшие заключенные даже зажмурились, до того ярким показался дневной свет.

– Скажите, – обратился Слэйд к одному из стражников, – нам не положено перед отъездом попрощаться с семьей?

– У вас есть семья? – удивился тот.

– Конечно, есть, здесь в Толлгарде, – заявил разбойник с невозмутимым видом.

– Да, по закону должны дать один день, – ответил, подумав, стражник. – Но это только если правда семья.

– А как же иначе! – воскликнул Слэйд, широко улыбнувшись.

Денни не стал ничего спрашивать, только пристально посмотрел на друга. Их вывезли за стены академии, потом доставили в какое-то высокое здание, где каждого долго и нудно расспрашивали, а затем сунули на подпись какие-то бумаги. После чего выдали мешок с одеждой, судя по всему, военной формой, и велели переодеться.

Слэйд продолжал выяснять, имеет ли он право увидеться с семьей. К удивлению Денни, он такое право действительно имел, более того, решение отвезти его к родным было принято почти сразу, после появления его подписи на бумагах. Бывший разбойник, а ныне доблестный воин армии Западной Лансии, переоделся и в сопровождении троих стражников сел в повозку. Денни следил за ним через окно.

– Будь здоров! – крикнул Слэйд так, словно прощался навсегда, и махнул рукой.

Кучер стеганул лошадь, и повозка тронулась.

– У меня такое чувство, что он только что вспомнил об этой семье, – заметил стоявший у двери стражник.

– Да, у меня тоже, – вздохнул Денни, только сейчас начиная понимать, что задумал его приятель.

– А у вас есть семья? – полюбопытствовал мужчина.

– Мама в Ланкасе.

– Тогда вам повезло. Вас, скорее всего, мимо него и повезут, так что сможете напоследок повидаться.

– Напоследок? – переспросил Денни.

Стражник виновато улыбнулся, а затем сделал вид, что никакого разговора между ними не было, потому что в комнате появился его капитан.

– Вы переоделись? – даже не глядя на новобранца, сухо спросил тот. – Идите за мной.

И Денниард пошел, внутренне готовясь к новой главе в своей жизни. Только бы слова солдата оказались правдой. И только бы мама простила, что он так и не смог ей помочь. А теперь снова оставляет одну. И ведь на этот раз может так случиться, что навсегда.

***

Марина привыкла вставать рано. Нужно было переделать нескончаемую кучу дел, и целого дня могло не хватить. Порой ей становилось грустно и одиноко, она чувствовала себя осликом, который от рассвета до заката крутит жернова на мельнице. Но такой уж была ее жизнь. С тех пор как Слэйд бросил их, ей пришлось трудиться с удвоенной силой.

Когда Бим научился ходить, а позднее и бегать, стало еще тяжелее. Присматривать за быстроногим мальчишкой едва ли удавалось. Личиком он походил на нее, нравом же весь был в отца. Такой же свободолюбивый, лихой и даже немного безрассудный. Одно хорошо, что самостоятельный. Когда-то именно за это она и полюбила Слэйда, и как насмешка судьбы, именно эти черты характера и увели того из семьи.

Первое время Марина безуспешно пыталась понять и найти ответ на один вопрос: любил ли ее Слэйд? А если любил, то когда и почему разлюбил? В чем была ее вина? Ведь она всегда была исправной хозяйкой и даже подарила ему сына.

Но чем больше проходило времени, тем реже она задавалась этими вопросами. Почему солнце встает на востоке, а садится на западе? Потому что так устроен мир. Почему Слэйд бросил их? Потому что так устроен он. И ничего здесь изменить нельзя. А если и можно было когда-то, то этот момент безвозвратно упущен.

Она как раз закончила стирать белье и вешала его на веревку, когда к дому подъехала повозка с четырьмя мужчинами. Сердце ушло в пятки при мысли, что Бим что-то натворил, ведь от старой гадалки, у которой он проводил так много времени, можно было ожидать чего угодно. Но еще сильнее забилось сердце, когда в одном из них Марина узнала своего беглого мужа.

Собравшись с духом и придав себе невозмутимый вид, она шагнула к повозке и вежливо спросила:

– Вам что-то угодно?

– Да, – ответил один из стражников и указал на Слэйда: – Вы знаете этого человека?

Он смотрел ей прямо в глаза. И даже посмел улыбнуться.

– Нет, – ответила Марина, отступая.

– Ну как же! – заволновался Слэйд. – Это же я, твой муж! Я вернулся!

Она сжала кулаки и, вдохнув, ответила со всем спокойствием:

– Вы ошибаетесь. Мой муж давно умер.

– В таком случае извините нас, – стражник отсалютовал и хлопнул по плечу кучера.

– Подождите! – крикнул Слэйд. – Марина!

Отпихнув своего конвоира, он спрыгнул на землю.

– Это же я! Бей меня, ругай, но только не говори, что не знаешь!

Чем больше он горячился, тем легче ей становилось.

– Простите, но я правда вас не знаю, – произнесла она со всей вежливостью, – и никогда не знала.

– Но у нас же есть сын, Бим! – не сдавался Слэйд.

«Он даже помнит, как его зовут?» – удивилась она про себя, но вслух только сказала:

– Бим не ваш сын.

– Как же не мой! Марина, – он схватил ее за плечи. – Ты что, не помнишь, как мы любили друг друга?!

Она отстранилась.

– Я не помню, чтобы вы любили меня.

– Ну, хватит! – недовольно прикрикнул стражник. – Залезай обратно. Нет у тебя здесь никакой семьи.

– Марина! – в отчаянии крикнул Слэйд.

Два других стражника схватили его под мышки. Только сейчас она заметила, что он был в солдатской форме. Значит, отправлялся на войну и пришел повидаться. Внутри что-то шевельнулось и заболело. Знакомое чувство утраты напомнило о себе.

– Поздно, – одними губами сказала она.

Повозка тронулась с места.

– Марина! – еще раз