Бриджит Джонс без ума от мальчишки - Хелен Филдинг

– Дуги сразу понял основную мысль, которую я вложила в свою адаптацию пьесы, – сказала я, постаравшись, чтобы имя режиссера прозвучало почти по-домашнему доверительно и в то же время – с должным почтением к его предположительным талантам. – Вам непременно нужно с ним встретиться. Я уверена, вы согласитесь с его трактовкой и с его ви́дением образа главной героини (тут я попыталась перейти на профессиональный жаргон – без особого, впрочем, успеха).

Мы договорились, что Эмбергрис Билк постарается выбрать время, чтобы встретиться с Дуги, после чего актриса ушла, сославшись на дела. Увы, наша беседа оказалась слишком короткой, хотя я и чувствовала, что мы почти подружились!..

Наверное, я была бы полностью счастлива, если бы меня не тошнило после съеденной мною горы еды, предназначенной для двоих, да еще я запила все шампанским.

17:45. Только что позвонила «из машины» в «Гринлайт продакшнз», чтобы похвастаться своими успехами. Оказалось, что Эмбергрис уже звонила туда из своей машины, чтобы сказать, какой я приятный, чуткий и умный собеседник.

Это был едва ли не самый жаркий день года, и солнце стояло еще высоко, когда мы встретились, чтобы ехать к Талите. Рокстер выглядел просто роскошно – загорелый, в ослепительно-белой футболке, с легкой тенью щетины на гладко выбритом мужественном подбородке. На приглашении значилось: «Неформальная летняя вечеринка», и я немного волновалась по поводу своего платья от «Джей Крю» – кстати, тоже из коллекции «Встречаем Весну в Белом». Правда, его выбирала для меня сама Талита, но все равно… Впрочем, увидев меня, Рокстер сказал: «О, Джонси! Ты выглядишь потрясающе!», и у меня немного отлегло от сердца.

– Ты тоже выглядишь что надо, – сказала я ему, едва не задыхаясь от нахлынувшей на меня похоти. – Отличный костюмчик!

При этих словах Рокстер, который понятия не имел, какой такой костюмчик я имею в виду, скептически оглядел себя и сказал:

– Это просто джинсы и майка, Джонси!..

– Ну да, – ответила я и хихикнула, представив себе, как будет выглядеть обтянутая майкой мускулистая грудь Рокстера среди костюмов и широких панам.

– Как ты думаешь, – спросил он, – у Талиты будет полный фуршет или просто бутерброды?

– Рокстер!.. – строго сказала я и даже подняла палец в предостерегающем жесте, и он ткнулся губами мне в шею.

– Я что, я – ничего… – пробормотал он. – Для меня главное – ты… А все-таки, как тебе кажется, будет там горячее или только холодные закуски?.. Шучу, шучу!

Всего через полчаса мы уже шагали рука об руку по узкой кирпичной дорожке, которая вела в спрятанный за домом обширный сад. Солнце играло на голубой воде плавательного бассейна, вокруг стояли белые кресла, а на лужайке были разложены надувные матрасы и стоял летний шатер, что придавало классической английской чайной вечеринке легкое сходство с приемом в марокканском стиле.

– Принести тебе что-нибудь поесть… то есть – выпить?

На мгновение растерявшись, я машинально кивнула, и Рокстер тотчас убрел куда-то в поисках еды, а я продолжала разглядывать преобразившийся сад с удивлением и легким испугом. Так бывает, когда внезапно оказываешься в многолюдной толпе – в первые минуты внимание рассеивается, так что ты не можешь узнать даже хорошо знакомых людей и чувствуешь себя крайне неуютно. Будь на мне мое любимое темно-синее платье, я, возможно, чувствовала бы себя иначе, но теперь мне казалось, что я одета совершенно неподобающим образом и все эти люди будут надо мной смеяться…

– Привет, Бриджит! – От толпы отделились Винни и Космо. Наконец-то знакомые лица!.. – Ты опять одна? А где же все те «бойфренды», о которых мы так много слышали? Ну, ничего, может быть, сегодня ты кого-нибудь себе найдешь!

– Да, – кивнула Винни и заговорщически подмигнула. – Бинко Каррадерс, кстати, уже здесь! – И она кивком головы указала на Бинко, который с полубезумным видом озирался по сторонам: волосы всклокочены, полное, дряблое тело выпирает из… О боже! Вместо обычного мятого костюма Бинко зачем-то напялил аквамариновые клеши и кричаще-яркую рубашку с присборенными рукавами, кружевными манжетами и жабо.

– Он подумал, что сегодняшняя вечеринка посвящена шестидесятым годам, а не шестидесятилетию, – снова хихикнула Винни.

– Бинко сказал, что хотел бы с тобой пообщаться, – сообщил Космо. – Так что поспеши, пока его не увели у тебя из-под носа готовые на все разведенки.

– А вот и я, крошка! – Рокстер возник рядом со мной, держа в одной руке сразу два высоких бокала с шампанским.

– Познакомьтесь, это Роксби Макдафф, – непринужденно сказала я. – А это – Космо и Винни, мои старые друзья…

Услышав знакомые имена, Рокстер приветливо кивнул и вручил мне бокал.

– Рад познакомиться, – сдержанно воскликнул он, салютуя Космо и Винни своим бокалом. – Много о вас слышал.

– Это твой племянник? – поинтересовался Космо.

– Вовсе нет, – отозвался Рокстер, демонстративно обнимая меня за талию. – Это было бы противоестественно, вы не находите?

У Космо сделался такой вид, будто у него на глазах рассы́палась созданная им социосексуальная картина мироздания. Казалось, он даже покачнулся, в одно мгновение утратив опору под ногами. Как же так, Бриджит Джонс – и не одна?! Это что-то неслыханное!..

– Ну… – пробормотал Космо. – Вид у нее действительно цветущий…

– И я, кажется, понимаю почему, – добавила Винни, разглядывая обвившую мою талию мускулистую руку Рокстера.

В следующий миг к нам подлетел Том.

– Привет, Бриджит! Как ты похудела! Это и есть Рокстер?.. Привет, я – Том. С днем рождения. Рокстеру сегодня исполнилось тридцать, – добавил он специально для Космо и Винни. – А-а, вот и Аркис. Извините, я должен бежать…

– Увидимся, Том. – Рокстер кивнул ему и повернулся ко мне: – Я что-то немного проголодался, дорогая. Пойдем поищем что-нибудь перекусить?

Когда мы повернулись, чтобы идти к буфету, его рука соскользнула с талии мне на попу да так там и осталась.

Потом к нам снова подошел Том, на этот раз вместе с Аркисом. Венгр выглядел еще лучше, чем на фотографиях в «Скраффе», и я радостно улыбнулась.

– Можешь ничего мне не говорить, – сказал Том. – Ты выглядишь до отвращения счастливой.

– Мне в последнее время было очень нелегко, – проговорила я дрогнувшим голосом. – Разве я не заслуживаю немножечко счастья?

– Только не гордись. Гордыня ведет к падению, – заметил Том глубокомысленно.

– Сам не гордись. – Я кивнула в сторону Аркиса. – Сhapeau![72]

– Значит, будем просто получать удовольствие. – Том кивнул, и мы чокнулись нашими бокалами.