Сезон разводов - Джеки Коллинз

Но, вопреки ожиданиям, вошел не Джамп, а какая-то девица. Высокая, худенькая, рыжая, в узких джинсах, просторной белой рубахе и кожаной куртке от Фенди, принадлежащей Кэт. Ее любимой куртке!

– Ой! – испугалась девушка. – Что тут происходит? Где Джамп?

– Ты кто такая? – набросилась на нее Кэт;

– Миранда, – ответила та. – Интереснее знать, кто ты?

– Вообще-то, это мой дом, – сказала Кэт. – И на тебе моя куртка.

– Прошу прощения, – нисколько не смутилась Миранда, – но это квартира Джампа. А куртку он мне подарил.

– Вот еще новости! – возмутилась Кэт. – Джамп мой муж, точнее, почти что бывший. И это наша квартира. А куртка – моя, так что изволь ее снять.

– Не донимаю… – опешила Миранда.

– Оно и видно, – огрызнулась Кэт. Из спальни вышла Луанна.

– Это еще что за явление? – уставилась она на девушку. И тут обе узнали гостью, хотя она и перекрасилась. Девушка с пленки! Та самая, с которой Джамп развлекался на супружеском ложе.

* * *

После брифинга Шелби спустилась с Расселом, Беком и Карой в бар. Они сидели и болтали о картине, об отзывах прессы и о предстоящих премьерных показах.

Шелби была рада, что никто не затрагивает личных тем. Ей еще предстояло сегодня объясняться с Л инком, и она с ужасом ждала этого момента.

Когда она наконец собралась уходить, Рассел отвел ее в сторону.

– Послушай, – вполголоса произнес он, – я понимаю, тебе сейчас нелегко. Но запомни: никому не давай собой манипулировать, кто бы это ни был.

– Я знаю, – вздохнула она. – Придется проявить характер.

– Ты справишься, – заверил Рассел. – Я вижу, у тебя есть стержень. Так что давай избавляйся от своей британской сдержанности и вперед – как ты это делала на съемках.

Подошла Кара и обняла ее на прощание.

– Обожаю с тобой работать, – сказала она, снова поправляя свои вычурные очки. – Ты настоящий профессионал.

– Спасибо, Кара, мне тоже было приятно работать с тобой. Особенно понравилось, как ты того парня выставила.

– Неужто слушать их бред? – Кара пожала плечами. – Они знают, с кем имеют дело. Я в этом бизнесе уже пять лет.

– Ты еще девчонка, – вступил в разговор Бек и нежно взял ее за руку. – Иди сюда, выпьем еще.

Кара улыбнулась и села рядом с ним. Разница в возрасте у них была лет двадцать, но ладили они прекрасно.

– А ты, Шелби? – предложил Рассел. – Точно больше выпить не хочешь?

– Спасибо, Рассел, мне хватило. Я чувствую, как силы возвращаются.

Рассел поднял большие пальцы.

– Линк неплохой парень. Всех нас иногда подлавливают в неподобающем виде. Это все съемки виноваты. Если хочешь сохранить брак, никогда не отпускай мужа-актера на съемки одного!

– Это точно, – подхватил Бек. – Съемки на выезде – сплошное искушение. Последняя моя жена-актриса удрала с помощником оператора!

– Не слушай его, – оборвал Рассел, – он ничего не понимает.

Шелби вышла из бара, села в лифт и поехала наверх.

Она была измучена многочасовым общением с прессой и вовсе не в настроении выяснять отношения. В глубине души она даже надеялась не застать Линка в номере.

Почему у них все разладилось?

Что его вдруг потянуло на эту актриску?

Конечно, она сама виновата: нужно было сразу сказать ему про Пита. Ей нет оправданий. Разве что… Как приятно было проводить время с человеком, за которым не надо все время наблюдать и который не критикует ее по всякому поводу! Те несколько дней, что Линк провел в лечебнице в Малибу, прошли даром, теперь это абсолютно ясно. Нет ничего хуже алкоголика, отказывающегося признать свою проблему. В последнее время она на многие вещи закрывала глаза. Пора проявить характер.

Она очень любила Линка, но настало время задуматься о своем будущем.

* * *

Наконец-то Лола дозвонилась до Тони.

– Что ты наделал?! – в ужасе прошептала она в трубку. – Как ты мог?

Тони был невозмутим:

– А что я наделал?

– Тайрел Уайт! – прошипела Лола.

– Я ничего не делал. А что такое? Что случилось?

– Не пудри мне мозги, Тони, я не идиотка. В новостях только об этом и говорят.

– О чем?

– На него напали и избили. И я знаю, кто это сделал. Это ты!

– Ты мне льстишь, крошка. Я сижу в номере с рассеченной губой. Я и на улицу-то не выходил.

– Но ведь это ты все подстроил, разве нет? – Лоле очень хотелось ему поверить.

– Я даже не знаю, где этот чувак живет, – небрежно проговорил Тони. – У него наверняка куча врагов.

– Тони…

– Да, я тоже ему не друг, но это не значит, что я устроил нападение.

– Ты мне правду говоришь?

– Конечно! – После паузы он добавил: – Чем занимаешься? Не хочешь приехать? Вместе в джакузи полежим…

– Ко мне из Лос-Анджелеса сестра прилетела.

– Сестра? Надо же, а я с ней не знаком. Как ее зовут?

– Сельма. Она хорошая.

– На тебя похожа? Если да, может, нам втроем поразвлечься?

– Тони, не дури. Сельма хорошая девочка.

– Кому они нужны, эти хорошие девочки? Мне нравятся испорченные, страстные, распутные – как ты.

– Примем это за комплимент, – усмехнулась Лола. – Но должна тебя разочаровать: Сельма совсем не такая.

– Тем хуже.

– Я тут подумала, может, нам поужинать вместе? Но ты должен обещать, что будешь вести себя хорошо.

– А твоя Сельма танцует?

– Конечно. Она же моя сестра. У нас в семье все танцуют.

– Это мне подходит.

– Ты бы маму мою видел – она танцевала профессионально. Лучше всех.

– Может, мне и вправду стоит познакомиться с твоей мамой. Я слышал, это помогает определить, как с годами будет выглядеть девушка. Как думаешь, может, попробовать, а?

– Да зачем тебе?

– Ну… на случай, если мы решим остаток жизни провести вместе.

– Тони, ты что, делаешь мне предложение?

– А тебе бы хотелось? Признайся! – лукаво усмехнулся он.

– Вот негодяй!

– Не спорю, но именно это тебя и привлекает, разве нет?

– Так мы берем Сельму на ужин?

– Берем. Спускайтесь в девять тридцать, лимузин будет ждать.

– Спасибо, Тони. И ты будешь вести себя хорошо, да?

– Лучше не бывает.