Волшебство Зимнего Бала - Ирина Властная

состариться успею, а уж после слов, что такое же количество народа и со стороны благородных Дрэймуртов крыльями до столицы домахало в столь короткий срок, у меня и вовсе зубы от злости на некоторых белобрысых ящериц заскрипели, даже заклинание спокойствия свою силу потеряло, а амулет я дома оставила, он к платью никак не подходил.

Для полноты картины, наш экипаж ещё и остановился, довольно далеко от Храма. Оказалось, в поворот не вписалась повозка, гружённая ящиками с рыбой, что теперь по всей дороги своими глянцевыми боками блестела… дорога была перекрыта намертво. Издевательство какое-то, в самом деле!

Я не удержалась… видят Боги, я старалась сдержаться, но день, который должен был стать самым счастливым в моей жизни, был наполнен хаосом, столь разнообразными событиями и эмоциями, что у меня нервы просто сдали!

– Бездна! Да будь оно всё проклято! – ругалась я под недовольными взглядами родителей и под полные веселья бабушки.

– Тихо, девочка, ты выйдешь сегодня замуж за своего дракона, слово даю! – удержала меня леди Роана, когда я уже из экипажа собиралась выскочить и в атласных туфельках по снегу и морозу в Храм отправится.

Мне очень хотелось кого-то стукнуть, вот прям со всей силы и от души! Пока я боролась с этим неподобающим желанием для леди, бабушка спокойно достала переговорный артефакт, и через секунду в экипаже раздался голос лорда Остэла Дрэймурта:

– Да, моё сокровище несговорчивое?

– Лорд Остэл, дорогой, у нас тут неприятность небольшая… – улыбнулась бабушка, а я про свои проблемы забыла, с интересом к разговору прислушиваясь. – Девочку нашу до истерики довели, а тут ещё дорогу повозка перегородила, в Храм доехать не можем…

– Понял, очарование моих глаз. Уже летим.

Переговорник замолчал, а я брови в удивлении вскинула:

– Может, и вы сегодня с лордом Остэлом клятвы принесёте? Раз всех уже собрали в одном месте?

– Милая, сегодня твой день, я даже Лирию на место поставила, когда она захотела вперёд вас перед алтарём встать, мол, их Артефакт Судьбы первыми соединил, им и клятвы брачные приносить в первую очередь. Гадина мелкая, захотелось ей всё внимание на себя перетянуть, ишь какая. Значит, этот неугомонный всю столицу на уши поставил, чтобы вам свадьбу достойную в кратчайшие сроки организовать, а она на всё готовое позарилась! Пусть завтра идут и приносят клятвы, хоть с самого утра… на банкете сэкономят, младший Дрэймурт с таким размахом подошёл ко всему, что даже мне страшно стало…

Это что получается, бабушка предложила Лирии на стол поставить то, что от нашего стола останется? Большего оскорбления для юной красавицы, привыкшей получать всё самое лучшее и быть в центре внимания, сложно представить… кому-то придётся в кратчайшие сроки пересмотреть свои жизненные ценности.

– А мы с лордом Остэлом клятвы в любой день принести можем, нам вся эта суета лишняя не нужна, давно не дети уже…

Ага, значит, благородный лорд Остэл всё же добился благосклонности леди Роан! Вот даже не сомневалась в этом! Драконы от своего не отступают. За бабушку стало светло и радостно.

Потом послышался шум, дверца экипажа распахнулась, являя нам сияющего улыбкой лорда Остэла, замершего на мгновение в восхищение… от леди Роаны, которая была очаровательна и такой же очаровательной улыбкой дракона одарила. Зрачок в зелёных глазах привычно в ниточку вытянулся.

– Моя дорогая, вы можете продолжить путь, – галантно поклонился он и, между делом так, заметил: – Айрин, вы изумительно выглядите, Эйдел извёлся весь, боюсь, что Храм может пострадать, а он всё-таки центральный, не будем лишать столицу такого удивительного архитектурного сооружения, поторопимся, в смысле.

Дверца так же быстро захлопнулась, как и открылась, и экипаж неспешно покатил в сторону моей мечты, к Эйделу, то есть. То ли эстрийцы настолько быстро ходили, то ли мы настолько медленно ехали, но все те, кто пришёл нам на помощь во главе с лордом Остэлом, встречали нас на ступенях Храма лучезарными улыбками и приветственными криками.

Отец вёл меня по центральному проходу к алтарю, где стояли храмовники в белоснежных свободных одеяниях, как олицетворение чистых помыслов, и где меня ждал бесподобный лорд Эйдел Дрэймурт, в идеальном камзоле тёмно-синего цвета, украшенном таким же золотым узором, как и моё платье, без привычной косы, с горящим от желания взглядом, которым он, словно хищник следил за каждым моим шагом… мне казалось, он даже моё дыхание отслеживает, настолько пристально он наблюдал за мной… не знаю, о чём думал этот шикарный мужчина, а мне вот до ужаса хотелось зарыться пальцами в его волосы и отдаться в плен его губ.

– Айрин… счастье моё, – принял мою похолодевшую ладошку в свои горячие руки Эйдел, и столько всего было в его льдистых глазах, которые сияли ярче звёзд на небе, что у меня дыхание перехватило от счастья, а слова и вовсе были не нужны… они просто не смогут передать всё то, что вспыхивало в груди каждый раз при взгляде на черноволосого дракона.

Что-то торжественно вещали храмовники, а я терялась во льдистых глазах и не могла ни одного слова уловить из сказанного, но, когда заговорил Эйдел, я вся обратилась в слух.

– Перед Богами и свидетелями, я лорд Эйдел Дрэймурт клянусь своей жизнью и своими крыльями, любить и оберегать леди Айрин Вэлди, быть ей опорой, защитой, и любящим супругом. Уважать, заботится и дарить радость каждый день, – громко и чётко проговаривал свою клятву мужчина, а потом куда тише добавил: – Ты моё счастье, моё сердце, душа и крылья, я люблю тебя, моя прекрасная Айрин, и буду любить вечно…

– Перед Богами и свидетелями, я леди Айрин Вэлди клянусь своей жизнью, любить и оберегать лорда Эйдела Дрэймурта, быть ему поддержкой, верной и любящей супругой. Уважать, заботиться и дарить радость каждый день, – разнёсся мой уверенный голос по просторному помещению, а после также добавила исключительно для Эйдела: – Ты самый удивительный мужчина, я восхищаюсь тобой, мой дорогой Эйдел, и отдам тебе всю свою любовь и нежность, что…

Договорить мне просто не дали, мужские губы накрыли мои в требовательном и обжигающем поцелуе, намного раньше, чем надо было по регламенту брачной церемонии, потому как сначала храмовники напутствующие речи должны были произнести, потом имена наши в книгу занести, и только потом супруг мог супругу целомудренным поцелуем одарить.

Сейчас же и поцелуй был настолько далёк от скромного, как и мы от Эстрии, и храмовники что-то быстро бормотали, спешно