Избранница Мастера рун - Ника Ёрш

оправдания, но ничего путного в голову не шло. В итоге я притихла, повела плечами и наконец признала:

— Мне ужасно совестно за подобное поведение. Прошу у вас прощения, Мастер рун.

Он молчал. Лицо источало надменную задумчивость, словно Рэйкиар перестал играть в шута и теперь размышлял: принять мои извинения или отправить обратно? Обратно… Туда, где меня не ждёт ничего хорошего. Туда, где я снова стану камнем на шее отца… Боги, мне нельзя возвращаться!

И, прежде чем Мастер сказал хоть что-то, я выпалила:

— Что нужно делать? Я о роли вашей избранницы. Что это подразумевает?

Пару секунд, показавшихся мне вечностью, Рэйкиар молчал, а затем вздохнул и с прежней непринуждённостью сообщил:

— Просто скажите «да», и всё. На год вы — моя избранница для всех.

Так легко… Отдать себя ему на год!

— Но зачем вам я? — спросила, чувствуя отчаяние. — Здесь нет других женщин?

По губам Рэйкиара скользнула насмешливая улыбка.

— Ещё вчера здесь не было ни одной кианы, — с издёвкой проговорил он, — и вдруг вбегаете вы: воспитанная, начитанная, родовитая. Спешите навстречу, сметая любые преграды на пути. А я — представляете? — как раз захотел примерить на себя статус несвободного мужчины. Всё совпало! Должно быть, вас мне послали боги!

— Боги здесь ни при чём! — запротестовала я. — Это просто случай.

— Нет, я склонен видеть здесь нечто большее, — пафосно проговорил Рэйкиар. — Однако если вы не согласны со мной, я легко укажу, где выход.

— Я… не знаю, — пробормотала, передёргивая плечами. И с надеждой уточнила: — Скажите, а избранница… Она обязана делить с вами постель? Или можно как-то обойти этот щекотливый момент?

Рэйкиар задумался. Глядя на меня, он постучал по губам указательным пальцем, а затем вынес вердикт:

— Я не стану настаивать на совместной спальне, киана Коррс. Впрочем, когда вы сами придёте ко мне, не откажу. Но любовников заводить запрещаю. Сразу. Не терплю, когда покушаются на моё.

Сначала я почувствовала прилив крови к щекам, потому что обсуждать подобное с мужчиной — стыдно… Но потом, услышав про спальню!.. И про собственнические замашки Мастера! И вообще…

Создавалось ощущение, будто я брежу, и это все — дурной сон. Так что я даже ущипнула себя за запястье. Стало больно.

Рэйкиар с интересом смотрел на меня, ожидая продолжения диалога.

— Прошу, возьмите что-то другое, — произнесла я, с мольбой посмотрев на Мастера.

— М-нет, — задумчиво промурлыкал Мастер. — Хочу озвученное.

— Я не знаю этого мира, ваших традиций и этикета. Вам будет за меня стыдно, — с долей угрозы выдала я.

— Так даже интересней. — Мастер лучезарно улыбнулся. — Мне давно не было стыдно.

— Вы не оставляете мне выбора, — прошипела я, всплеснув руками.

С пальцев посыпались искры.

— Выбор есть всегда, киана, — отозвался Рэйкиар. Улыбка сошла с его губ, а тон вновь едва уловимо изменился, когда он продолжил: — Сейчас вы можете предпочесть гордо уйти в свой мир и принять уготованную участь. Запечатать дар, уговорить ещё не старого отца вновь жениться и продолжить род. Потом умереть в мучениях, сжигаемая собственным даром. Или… Остаться со мной, очароваться, отдаться пылкой страсти и через год получить свободу и от меня, и от проклятья.

«Он знает обо мне всё!» — мелькнула пугающая мысль. Следом пришла злость, а в зале стало ощутимо жарче.

— Очароваться… вами?! — Я нервно рассмеялась, даже не замечая, что в полу образовалась новая трещина. — Да уж, самомнение у вас о-го-го!

— И глаза по-настоящему необычные, — кивнул он, ничуть не оскорбившись. — Таких вы ещё точно не видели, так ведь? Впрочем, я вообще могу показать много нового… Но решать вам, Влада.

Я закрыла лицо руками. Мотнула головой. Возвращаться ни с чем? Мучить себя и близких? Нет уж. Я обещала отцу, что найду способ избавиться от проклятья!

— Значит, от меня требуется принять статус вашей избранницы, так? — уточнила я. — И вы не будете требовать, чтобы я… очаровалась?

— Не буду, — раздалось в ответ. — Но предупреждаю: вы не устоите.

Я убрала руки от лица и недоверчиво посмотрела на Мастера.

— То есть вы и мысли не допускаете, что я не захочу оказаться в ваших объятиях?

— Я — реалист. — Он самодовольно улыбнулся.

Красивый. Притягательный. Но мой разум ему не победить!

Я тоже улыбнулась:

— И если за весь год я сама не приду к вам с предложением… быть вместе?..

— То условия сделки всё равно будут считаться выполненными.

— И спустя год вы в любом случае снимете проклятье? — настаивала я. — Независимо от того, поддамся я вашим… эм… чарам или нет?

— Угу.

Ему явно наскучил разговор.

Я фыркнула, повела плечами и добавила только одно условие:

— Позвольте иногда писать отцу.

Мастер бросил на меня быстрый взгляд, затем кивнул:

— Раз в месяц. Но никакой конкретики про меня и это место. Лишь общие черты.

— Согласна на сделку! — выпалила я, радостно протягивая руку.

Устоять против его чар? Справлюсь!

Рэйкиар посмотрел на мою ладошку, затем на меня — как на глупое дитя. И, прежде чем я успела сообразить хоть что-то, подошёл. Встав вплотную, он навис надо мной и сообщил низким, чуть рокочущим голосом:

— Сделка скрепляется иначе, Вла-ада.

А затем приник губами к моим губам. Горячо, страстно и… быстро.

Только я растерянно замерла, вдыхая тонкий, изысканный, едва уловимый запах мужского парфюма и растворяясь в неожиданно нахлынувших ощущениях, как всё прекратилось, а перед затуманенным взором показалась стремительно удаляющаяся широкая спина Рэйкиара.

— Теперь нужно слегка подкорректировать твоё проклятье, избранница, — насмешливо бросил Мастер. — Догоняй.

Глава 2

Его дом оказался… просторным. В широких коридорах с высокими потолками не было мебели или украшений. Совсем. Изобиловали лишь окна в массивных деревянных рамах, через которые поступало много света и тепла — солнце палило нещадно.

И тем контрастней выглядел огромный холл с центральной лестницей. Здесь я бы опять использовала слово «помпезный». Окон не нашлось, зато гладкие светло-голубые стены были увешаны гравюрами с изображением моря, неба и стихии. То шторм, то ураган, то штиль… Пол устилала мраморная плитка с золотыми вкраплениями-рунами. В центре красными линиями сияла пентаграмма телепорта, а прямо над ним, на кипенно-белом потолке, висела необычайно большая золотая люстра, магические светильники которой освещали холл настолько ярко, что становилось больно глазам. Она была невероятно тяжела на вид, и мне сразу стало страшно даже ненароком оказаться под ней.

— Восторг? — явно перепутал мой страх с восхищением Мастер, после чего продолжил с гордостью: — Заказал в вашем мире. Ждал три недели! Но оно того стоило. И вон те напольные вазы тоже…

Он ткнул в сторону,