Зимняя роза - Дженнифер Доннелли

Что этот малый задумал? – недоумевал Фредди, нервы которого снова напряглись.

Берридж был очень дружен с Дикки Ламбертом, соперником Фредди за представительство от Тауэр-Хамлетс. Не являясь членом парламента, Ламберт не мог выступать. Зато Берридж мог.

– Уважаемый член палаты от Банбери, – объявил спикер.

Берридж откашлялся и мрачным тоном спросил:

– Хотелось бы знать, видел ли уважаемый член палаты от Тауэр-Хамлетс сегодняшний номер «Таймс»?

У Фредди зашевелились волосы на затылке. Такой же вопрос задавал ему Бингэм, когда он спешил на заседание. Почему?

– Нет, не видел. Возможно, положение дел в округе моего коллеги оставляет ему больше свободного времени, чего не могу сказать о себе.

Сторонники Фредди засмеялись. Тори сидели с каменными лицами.

– Господин спикер, я желаю внести существенную поправку, – сказал Берридж.

И вновь зазвучали одобрительные возгласы. Фредди чувствовал, что его ударили исподтишка. Как и все присутствующие, он знал: Берридж воспользовался существующим протоколом не ради поправок к законопроекту о гомруле. Тори намеревался утопить гомруль.

– Ваши основания, сэр? – спросил спикер.

Берридж взмахнул над головой экземпляром «Таймс», и еще пара дюжин парламентариев-тори сделали то же самое. «Перестрелка в Дублине. Пятеро убитых», – кричал заголовок на первой странице. «Республиканцы подстерегли полицейских и застрелили их из винтовок, украденных с лондонского склада».

Зал наполнился гневными криками. Послышался свист и оскорбительные возгласы. Фредди казалось, что удары сыплются на него со всех сторон. Он едва дышал.

Берридж дождался тишины и продолжил:

– Пятеро убитых в Дублине были англичанами. У них остались английские жены и английские дети. Республиканцы, революционеры, мятежники… называйте этих ирландцев как вам угодно, но названия не изменят главного. Они – убийцы. Все без исключения. И уважаемый член палаты хочет, чтобы Англия передала бразды правления этим преступникам, этим убийцам? Позволительно ли людям подобного сорта управлять судьбой нашей ближайшей соседки и в конечном итоге влиять на судьбу и нашей страны? Позволительно ли давать гомруль в руки отребья?

Фредди попытался было ответить, но его зашикали возбужденные тори. Спикер призвал к порядку. Когда страсти постепенно улеглись и Фредди сделал новую попытку выступить, Берридж нанес ему еще один удар.

– Винтовки, из которых застрелили наших полицейских, были украдены со склада «Крепость». Склад этот находится в Восточном Лондоне, в округе Тауэр-Хамлетс. – Берридж сделал паузу и добил Фредди словами: – Судя по всему, уважаемый член парламента хочет превратить Ирландию в территорию беззакония и преступлений на манер округа, который он представляет.

В зале раздался смех, жестокий, язвительный, убийственный. Берридж и его стая атаковали, а тори, ощутив собственное преимущество, позволили ему это. Меж тем либералы, почувствовав, что законопроект провалился, оставили Фредди один на один с торжествующими противниками. Спикер вновь призвал к порядку. Зал успокоился. Берридж махнул спикеру, показывая, что сказал все и можно объявлять голосование. Оно состоялось. Большинство членов палаты общин проголосовали против. С гомрулем было покончено.

И со мной, скорее всего, тоже, подумал Фредди.

Объявили перерыв. Парламентарии дружно покидали зал, торопясь выкурить сигарету или чего-нибудь выпить. Кто-то положил руку Фредди на плечо, похлопал по спине. Вокруг перешептывались, восклицали и вполголоса обменивались впечатлениями. Фредди поднял глаза на галерею для публики и увидел хмурого Бингэма, рядом с которым стоял Уиш. Чуть поодаль – улыбающийся Ричард Ламберт. Газетчики лихорадочно строчили в блокнотах.

Фредди не двинулся с места. Он не торопился вставать и заниматься другими делами. Теперь ему предстояло сражение уже не за гомруль, а за собственное выживание. Он увидел Берриджа. Тот выходил из зала в сопровождении улыбающегося премьер-министра. Фредди удивило, что он не испытывает к противнику никакой вражды. Берридж сражался за свою партию. Подвернулась возможность опрокинуть противника, Берридж и опрокинул. При иных обстоятельствах Фредди поступил бы точно так же.

Главным виновником случившегося был всего один человек. Не Берридж. Не Ламберт. И уж конечно же, не сам Фредди.

Главным виновником, испортившим Фредди карьеру, был Сид Мэлоун. Если бы Мэлоун со своими головорезами не ограбил «Крепость», винтовки не попали бы в Ирландию. Пятеро полицейских были бы живы. Гомруль успешно прошел бы через палату общин, и успех законопроекта гарантировал бы и личный успех Фредди.

Мэлоун все разрушил, причем очень серьезно. Мэлоун и заплатит. Довольно скоро. Дорого заплатит. 

Сид лежал на кровати у себя на втором этаже дома. Первый занимала «Баркентина». На Сиде распласталась совершенно голая Джемма Дин.

– Джем, поосторожнее. Бок болит, – простонал Сид.

– Сильно болит?

– Сильнее не бывает.

– Бедняжка, – сказала Джемма, скатываясь с него. – Так лучше?

– Значительно.

– Выпить хочешь?

– Не откажусь.

Джемма вылезла из постели Сида, накинула халат и прошла к бюро налить две порции виски. Наливая, она напевала какую-то песенку из репертуара своего мюзик-холла. Сид осторожно прикоснулся к ране, убедившись, что повязка на месте. Три дня назад он вернулся из больницы. Со времени его встречи со сваей прошло две недели. Рана заживала на удивление быстро, но пройдет еще какое-то время, прежде чем он полностью окрепнет и сможет выдерживать постельную акробатику Джеммы. А эта девчонка своими руками и ртом умела делать чудеса…

Джемма подала ему стакан. Пока она забиралась в кровать, часть виски из ее стакана пролилась Сиду на грудь. Джемма наклонилась, слизала пролитое и улыбнулась ему.

– Я по тебе соскучилась, – сказала она, целуя его в губы.

– И я по тебе соскучился, дорогуша.

Сид залпом проглотил виски, поставил пустой стакан на ночной столик, потом сунул руку под подушку, стараясь не привлекать внимания Джеммы. Найдя то, что ему требовалось, Сид сел на постели.

– Фрэнки тут учудил, пока тебя не было. Ты даже не поверишь, – сказала Джемма.

– Скорее всего, поверю.

– Он спер у доктора одну из штучек с трубками. Забыла название. Ты, наверное, видел. Ею сердце слушают и хрипы в груди.

– У какого доктора?

– У той девицы, что тебя штопала.

– Поганец Фрэнки! Ей же нужна эта штука, – рассердился Сид.

Джемма посмотрела на него как на сумасшедшего.

– Сид, это пустяк. У врачей полным-полно такого добра. Докторша наверняка уже себе новую купила. А Фрэнки с помощью этой штучки замки прослушивает. Приставил к сейфу Дези. Сказал, что слышит, как там железки поворачиваются. Дез его застукал. Фрэнки глазом не моргнул. Говорит: «Твой сейф захворал. Я ему грудку слушаю». Дез едва не обделался. Правда, смешно?